Тимур Кибиров – Стихи о любви (сборник) (страница 14)

томительные скрипки, лепестки пионов темных падали в фонтаны медлительно. И черные очки Она сняла, приблизившись. И странным, нездешним светом хищные зрачки сияли, и одежды ниспадали, и ноготки накрашенные сжали мне… В общем, Лена, двадцать лет мне было. И, проснувшись до подъема, я плакал от стыда. И мой сосед Дроздов храпел. И никакого брома не содержали, Лена, ни обед, ни завтрак и ни ужин. Вовсе нет.

IX. Эклога

Мой друг, мой нежный друг, зарывшись с головою в пунцовых лепестках гудит дремучий шмель. И дождь слепой пройдет над пышною ботвою, в террасу проскользнет сквозь шиферную щель, и капнет на стихи, на желтые страницы Эжена де Кюсти, на огурцы в цвету. И жесть раскалена, и кожа золотится, анисовка уже теряет кислоту. А раскладушки холст все сохраняет влажность ушедшего дождя и спину холодит. И пение цикад, и твой бюстгальтер пляжный, и сонных кур возня, и пенье аонид. Сюда, мой друг, сюда! Ты знаешь край, где вишня объедена дроздом, где стрекот и покой, и киснет молоко, мой ангел, и облыжно благословляет всех зеленокудрый зной. Зеленокудрый фавн, безмозглый, синеглазый, капустницы крыла и Хлои белизна. В сарае темном пыль, и ржавчина, и грязный твой плюшевый медведь, и лирная струна поет себе, поет. Мой нежный друг, мой глупый, нам некуда идти. Уж огурцы в цвету. Гармошка на крыльце, твои сухие губы, веснушки на носу, улыбки на лету. Но, ангел мой, замри, закрой глаза. Клубнику последнюю уже прими в ладонь свою, александрийский стих из стародавней книги, французскую печаль, летейскую струю тягучую, как мед, прохладную, как щавель, хорошую, как ты, как огурцы в цвету. И говорок дриад, и купидон картавый, соседа-фавна внук в полуденном саду. Нам некуда идти. Мы знаем край, мы знаем, как лук порей красив, как шмель нетороплив, как зной смежил глаза и цацкается с нами, как заросла вода под сенью старых ив. И некуда идти. И незачем. Прекрасный, мой нежный друг, сюда! Взгляни – лягушка тут зеленая сидит под георгином красным. И пусть себе сидит. А нам пора на пруд.

Сантименты

1989

Лене Борисовой

Вместо эпиграфа

Из Джона Шейда

Когда, открыв глаза, ты сразу их зажмуришь от блеска зелени в распахнутом окне, от пенья этих птиц, от этого июля, – не стыдно ли тебе? Не страшно ли тебе? Когда сквозь синих туч на воды упадает косой последний луч в осенней тишине, и льется по волне, и долго остывает, – не страшно ли тебе? Не стыдно ли тебе?