Тимур Ильясов – Знамение (страница 10)

– Выходи, гребаный урод! – злобно цежу я под нос, сжимая и разжимая кулаки, вглядываясь в темный силуэт водителя в салоне.

Проходит около минуты, и ничего не происходит. Сердце стучит все быстрее, нагнетая давление в голове. Тут нервы сдают, и я, рывком распахнув дверь, пружиной срываюсь с места и с решимостью разобраться с обидчиком направляюсь к нему.

Когда до авто остаются считанные шаги и я начинаю различать лицо водителя, его авто внезапно трогается, чуть не проехав по ногам, с визгом покрышек разворачивается и стремительно уезжает в обратную сторону. Озадаченный подобной развязкой, я стою на месте, глотая поднятую дорожную пыль.

Вернувшись в салон, я некоторое время сижу и размышляю, пытаясь понять, что только что произошло и связано ли это с остальными событиями. Не придя к каким-либо выводам, выворачиваю авто с обочины и направляюсь в сторону яхт-клуба.

XXI

Футболка взмокла от пота и липнет к спине. Воздух из окна не приносит свежести, обдувая зноем. Включаю кондиционер, который также дует жаром, но вскоре, разогнавшись, заполняет салон прохладой. Жалею, что забыл включить его сразу. Может, с «холодной» головой я бы поступил с преследователем иначе.

До меня вдруг доходит, что я не запомнил номер регистрации того авто! Самое логичное, что можно было сделать в моем положении.

«Какой же я баран!» – ругаю я себя за несообразительность, стараясь воссоздать в памяти номер. «Номер точно местный. Я бы обратил внимание на другой регион. Кажется, были цифры „пять“, „три“ и „семь“», – безуспешно испытываю память я, подъезжая к яхт-клубу и выискивая свободное место для парковки.

Яхт-клуб выглядит не таким, каким я его помню. Как-то зимой я проезжал мимо, и он казался безжизненным скоплением конструкций, ощетинившимся в холодное небо десятком лодочных мачт, раскачивающихся под аккомпанемент стаккато болтающихся на ветру заборных растяжек рекламных объявлений.

Теперь тут бурлит жизнь. Десятки людей облепляют близлежащий пляж, а к воротам то и дело подъезжают автомобили, выплескивая из салонов стайки праздных туристов, предвкушающих водные развлечения. Кругом смех, солнцезащитные очки, разноцветные сумки и шлепанцы на босых ногах. А по изумрудной глади моря разбросан десяток лодок, яхт и катамаранов.

Мне завидно. Я был бы рад присоединиться к всеобщему веселью, но пляж, море и июльское солнце не в силах развеять мои тревоги.

Подхожу к воротам, осматриваюсь.

«Что искать? На что обратить внимание? Почему координаты указывают на это место?»

В беседке у ворот, скрываясь от солнца, сидит компания женщин.

– Мужчина, вы, случайно, не наш капитан? – заигрывает со мной одна из них – полноватая блондинка средних лет. Кепка едва держится на макушке, груди вываливаются из блузки, а широкие бедра едва прикрыты парео. Ее подруги громко гогочут. Видимо, они пьяны.

– Простите, девушки, нет, – сурово отрезаю я, заставив обиженно померкнуть игривые взоры дам.

Пройдя через ворота, я замечаю подростка, сидящего на стуле и, судя по всему, проверяющего входящих на территорию клуба. В шортах и без майки, загорелый до черноты пацан с наглым выражением веснушчатого лица похож на задиру из детства. Смартфон в его руках вещает трансляцию спортивного матча.

– Добрый день, – обращаюсь я к нему, обдумывая легенду, благодаря которой смогу пройти на территорию.

Паршивец не поднимает на меня глаза и лишь лениво кивает, не удостоив ответа.

– У кого можно поговорить об аренде лодки? – говорю я первое, что приходит в голову.

– Там номера телефонов. Звоните, – наглым тоном отвечает он, махнув на рекламные вывески, висящие на заборе.

– Может, хозяева на месте? Я сразу договорюсь, – не унимаюсь я.

Парень, наконец, отвлекается от смартфона и с прищуром испытывающе осматривает меня.

– Идите в капитанский домик. Там, возле пирса, – наконец, отвечает он, указав на большое строение у кромки моря, и снова утыкается в экран гаджета.

Воодушевленный успешным прохождением препятствия, я направляюсь в указанную пацаном сторону.

XXII

Иду не спеша, внимательно осматриваясь, мимо рядов разномастных ангаров и гаражей. По пути встречаются двое парней, занятых ремонтом двигателя, смачно матерящихся, пытающихся разжать детали механизма. Они не обращают на меня внимания.

Потом встречаю долговязую девочку-подростка в очках и рваных по моде джинсах. Она появляется в проеме гаража, на мгновение скользит по мне взглядом и пропадает в темноте помещения.

Продвигаюсь дальше, выискивая в окружающей обстановке знаки, которые бы помогли решить загадку послания, оставленного на окне. Но ничего пока не вызывает подозрений.

Повернув за угол в сторону пирса, пропускаю группу туристов, видимо, только сошедших с одной из лодок после морской прогулки. Иностранцы. Несколько пар средних лет, активно размахивающих при разговоре руками, а также стайка разновозрастных детей, галдящих на английском и требующих внимания взрослых.

Скрыв глаза за очками, я внимательно осматриваю каждого из них. Ничего необычного.

Однако стоит мне разминуться с группой, как я вдруг ловлю взгляд девочки лет шести. Она идет позади остальных, раскачивая в руках розовый рюкзачок. Ее миловидное личико, обрамленное копной влажных от купания в море волос, по-взрослому сосредоточено. Она будто знает, что я наблюдаю за ними, и, не скрываясь, пристально смотрит на меня.

Мне неловко от ее взгляда, и я ускоряю шаг, оставляя компанию далеко позади. Однако затылком ощущаю, что чудная девчонка продолжает таращиться на меня. Одеревеневшие ноги с трудом передвигаются. Не выдержав напряжения, решаюсь обернуться, убедиться, что стал жертвой собственного воображения.

Потрясенный, убеждаюсь в обратном. Девочка стоит на месте, прилично отстав от родителей, и смотрит в мою сторону, отчего, несмотря на жару, холодок прокатывается по спине. Сцена кажется жуткой, почти списанной со сценариев фильмов ужасов.

«Мало ли что в голове у ребенка? Не накручивай себя!» – одергиваю я себя, невольно проводя параллели с пацаном, который сказал мне «готовиться», а также с собственной дочерью и ее сном.

«Иди своей дорогой», – мысленно обращаюсь я к ней, пригвожденный к месту ее взглядом.

Еще немного, и я сорвусь и наору на девчонку, чтобы та оставила меня в покое. И она вдруг опускает взгляд и убегает вслед удаляющейся родне.

Одеревеневшие было ноги становятся ватными. Смущенный собственной впечатлительностью и сбитый с толку происходящим, я беру время, чтобы взять себя в руки, а потом, выдохнув, продолжаю путь.

XXIII

Мой внедорожник c шелестом покрышек пожирает асфальт шоссе. Пейзаж проплывающего по сторонам города тонет в бесформенной мути. В фокусе лишь квадрат дороги перед глазами. Ощущаю себя скаковой лошадью с шорами на глазах, взмыленной забегом.

В капитанском домике случилась странность, как, впрочем, все, что случается в моей жизни в последнее время. Надо вернуться домой, постоять под горячими струями душа и все обдумать, может, тогда картинка уложится и я пойму, что делать.

Произошло вот что. Отделавшись от странной девочки, я добрался до одноэтажного здания, гордо называемого капитанским домиком, а по сути непримечательного квадратного строения с синей крышей и парой окон в решетках. К морю здание выходило двориком с навесом, под которым укрывался длинный деревянный стол со скамьей, видимо, для застолий.

Я постучал в дверь, защищавшую вход в помещение. Никто не ответил. Дернул ручку. Закрыто. Изучил занавешенные изнутри шторами окна. Никого. Только вроде одна штора как-то дернулась.

– По поводу яхты! – выкрикнул я.

Никого.

Покрутился вокруг строения, походил по дворику, осматривая обстановку. Никто не вышел.

«Ну все. Хватит. Домой», – подумал я, ощутив малодушное облегчение от того, что дело, получается, сделано. Напоследок взглянул на зашторенные окна и замер от неожиданности!

«Чертовщина какая-то! Как я сразу не заметил».

Решетки на окнах были совсем новые. Но главное, они были идентичны тем, что недавно установлены в моей квартире. Не веря тому, что видел, я внимательно осмотрел детали, убеждаясь, что не ошибся.

Клубок неразгаданных совпадений стал еще запутаннее, а нить тревоги в животе натянулась еще сильнее.

«Как это понимать? Поддельная бригада бесплатно установила в моем доме решетки? Оставила на стекле координаты места, где установлены такие же? Зачем?»

– Откройте! Слышите, откройте! – завопил я, яростно колотя в окно. Но безмолвие оставалось непреклонным.

Отчаявшись, я выругался и быстрым шагом направился прочь. Стремительно пересек территорию яхт-клуба, буркнув скомканное «до свидания» парню на входе, сел в машину и помчал в сторону дома.

XXIV

Прошло восемь с лишним месяцев. Как один день. Пишу эти строки 1 апреля 2020 года. В день дурака! Смешно.

Но давайте по порядку. Надо отметить, что странностей более не происходило. Никаких вещих снов или знаков на стекле. Кошмары, конечно, снились. Жуткие сны про червей под кожей или чужое отражение в зеркале, но ничего про космические полеты или зомби-апокалипсис. И спать я стал плохо, отчего подсел на снотворное. Но это пустяки.

Супруге удавалось жить, как прежде, заниматься бытом и детьми. Я же тревожился и, кажется, съезжал с «катушек», не в силах обуздать эмоции. Но несмотря на это, нам удалось почти полностью подготовиться по пунктам списка.