Тимур Айтбаев – Вы призвали не того... Книга 5. Да здравствует Король! (страница 18)
Даже без толчка дверь с тихим скрипом открылась и… на меня уставился слегка поблескивающий в лунном свете ярко-желтый глаз.
Тело среагировало раньше сознания, и я на максимально доступной без усилителей скорости метнулась вперед, зажав жертве рот и прижав кинжал к горлу.
— Рыпнешься — прирежу, — зашипела в самое ухо, оказавшееся неожиданно мохнатым.
— Уму, — слабо промычала жертва, слегка кивнув.
— Сейчас я тебя отпущу. Любой писк без моего разрешения, и ты труп. Даже если успеешь предупредить своих хозяев, то убить тебя и сбежать я сумею легко. Понял?
— Уму, — снова слабый кивок, сопровождаемый невнятным мычанием.
Осторожно убрав руку от его рта и кинжал от горла, я сделала шаг назад.
И только тут поняла, какая же я дура.
Во-первых, моя "жертва" оказалась худосочным пареньком лет четырнадцати. Одетый в какое-то бесформенное рванье, больше похожее на мешок с прорезями для головы и рук, он обессиленно сполз по стене, к которой я его придавила.
Во-вторых, он явно меня не видел — взгляд единственного желтого глаза блуждал по хибаре, тщетно пытаясь найти одну слишком импульсивную вампиршу.
Хм… Зверолюд? Да, точно. Только какой-то весь… избитый.
Невысокий, тощий, с всклокоченной гривой неровно обстриженных грязно-серых волос, из которых торчали наполовину обрезанные волчьи уши. Руки и ноги покрывали многочисленные свежие и застарелые шрамы и синяки, а все ногти были либо обломаны, либо вырваны с корнем. Левый глаз закрывала повязка из грубой серой ткани, пропитанная кровью, запах которой я, собственно, и учуяла.
Ну и довершала все это дело металлическая полоска явно великоватого рабского ошейника, по которой шла гравировка с именем и адресом владельца.
Скептически хмыкнув, я скинула "покров тьмы", так как никакой угрозы для меня этот избитый волчонок не представлял, и присела перед ним, поигрывая кинжалом.
— Хорошо, сладкий мой. Сейчас я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать на них максимально полно. Усек?
— Да, мэм, — тихо ответил зверолюд, покосившись единственным глазом на дверь.
— Вот и славно, — оскалилась я, демонстрируя вздрогнувшему мальчишке набор вампирских клыков. — Кто хозяин дома?
— Его светлость виконт Ломбис дю Пюрреш.
— Он сейчас тут?
— В отъезде, — волчонок осторожно подтянул к груди ноги и обнял колени. Его бил заметный озноб.
— Кто сейчас в особняке? Сколько слуг, господ, гостей и охраны?
— Я… не знаю точно, мэм, — тихо промямлил он, опустив взгляд в пол.
— Ладно, зайдем с другого боку. Охраны много?
— Нет, мэм. Только старый Гартис и его десяток.
— Родственники виконта?
— Молодая виконтесса с… — он замялся, явно не решаясь продолжать, но я подбодрила его помахав кинжалом перед носом. — С любовником, мэм. Братом виконта.
— Ох, не люблю я все эти каверзы аристо, — вздохнула я, присаживаясь рядом с волчонком. — Кто тебя так?
— Виконтесса, мэм.
— Понятно… — протянула я, задумчиво проведя языком по клыкам.
— Ты меня… съешь? — совсем тихо спросил волчонок.
Старый Лукий говорил, что я слишком импульсивна.
Хозяин часто ворчал, что я сначала делаю, а потом думаю.
Ну а я… А я просто делала то, что хотела. И сейчас, глядя на этого волчонка мне очень, прям нестерпимо хочется теплой крови. Крови, наполненной маной и жизнью.
— Съем, — улыбнулась я. — Но потом. Как проголодаюсь в дороге.
Зверолюд растерянно захлопал единственным глазом.
— Собирайся, — я широко-широко улыбнулась, с тихим хрустом трансформируя более-менее человеческие зубы в полную клыков пасть монстра. — Сейчас я уточню у виконтессы дорогу, и мы двинемся в путь…
ГЛАВА 179. ОПЕРАЦИЯ "МОТЫЛЬКИ" (ЧАСТЬ 3).
ТАЙНАЯ СТОРОНА СРАЖЕНИЯ
Два клинка со свистом рассекают воздух, отсекая руки стрелка, тщетно пытающегося защититься арбалетом.
Скольжу дальше мимо умершего от болевого шока врага.
В теле бурлит уже подзабытое чувство легкости и мощи.
В ушах звенит старая мелодия, разрываемая хрипловатым мощным вокалом.
Перед глазами из мельтешения фигур и теней возникают еще двое бойцов. Один неуклюже замахивается мечом, второй, стоя на шаг позади, пытается достать наконечником пики.
Слишком медленно. Слишком слабо. Слишком… смешно.
Пропускаю жало пики на волосок от шеи. Принимаю удар меча на жесткий блок левым гладиусом. Правый клинок со свистом рассекает прикрытое только паршивым кожаным доспехом брюхо мечника.
Рывок гладиуса и человек начинает заваливаться, выпотрошенный словно свинья на бойне.
Вновь уклоняюсь от выпада пики. Перехватываю древко. Тяну на себя. И пинаю в живот провалившегося вслед за оружием копейщика.
Кости ноги протестующе хрустят. Но человек тряпичной куклой отлетает на метр, замирая на земле с текущей через рот кровью.