Тимур Айтбаев – Смерть для бессмертных (страница 51)

— Мне кажется, — Кассандра массирует свой лоб, — ты очень сильно накрутила. Я не думаю, что тут какой-то вселенский заговор, или еще что… как минимум — мне вообще нет дела до всех этих ваших политических баталий.

— Вы это серьезно?! Доверенное лицо первого человека в Империи — мошенник! — не унимается Лиагель. — Да мы просто обязаны что-нибудь предпринять!

— А если ваш этот Дракула знает? — предполагает Кассандра. — Если он в курсе? А мы придем такие — бла-бла-бла, так и так. Что будет? Он просто замочит нас, как нехер делать. Если всё то, что вы о нем говорите, правда.

— А если нет? — Лиагель трясет руками. — Если он не в курсе?! Если мы — единственные в Империи, кто сейчас знает секрет этого якобы Карлейна?! Мы ведь не знаем ничего о его планах.

— Красноволосая женщина, — вдруг произносит Гелегост, всё это время хранивший молчание. — Граф доверяет красноволосой женщине. Нужно рассказать ей.

— Ты имеешь ввиду эту… как ее там… Мадам? — Лиагель никогда не разговаривала с ней лично, но да, граф часто был всюду именно с ней. Даже на эту церемонию он пошел с Мадам и Карлейном, двумя своими самыми доверенными лицами. И ещё она была единственной, кого он взял на войну. — Еще можно было бы поговорить с Аквой, если бы она была здесь…

— Да, маленькая Аква бы точно знала, как поступить, — кивает Гелегост.

— В общем, — хлопает в ладоши Кассандра, — рассказывайте, кому хотите. Делайте, что угодно, прошу лишь об одном — не впутывайте нас! Кем бы ни был этот ваш хамелеон — он абсолютно точно опасен. А мы… мы просто проплывали мимо. Нам ни к чему эти проблемы.

— А если она не поверит нам? — Лиагель подходит к креслу, в котором сидит Кассандра, и опускается на колени, чтобы их лица были на одном уровне. — Если она потребует показать нам настоящего Карлейна? В качестве доказательства.

— И приведет людей, чтобы убить нас? А заодно и вас? К чему уверенность, что эта ваша красная женщина не заодно с этим двойником? Еще раз повторяю, эльфийка, не трогайте нас. Я просто хочу уплыть отсюда. Вместе с Карлейном. Забудьте о нашем существовании.

Когда этот вонючий орк и надоедливая эльфийка свалили, Кассандра в спешке стала собирать свои вещи, разложенные по комнате.

— Собирайся, Карлейн. Валим отсюда. Если получится, покинем город.

— Может… просто в другой трактир заселиться?

— Они найдут нас. Веришь, или нет, но эта эльфийка не остановится. Найдет проблем на свою эльфийскую жопу и втянет нас. Под пытками она всё расскажет. И нас начнут искать. А подыхать… я пока непланирую.

— Думаешь, мы им так будем нужны? — он тоже начал собираться, хотя все его купленные сегодня вещи уместились в один шкафчик. — Мы же никого не трогаем.

— Как эта эльфийка сама и сказала — ты, милый, единственное доказательство того, что их Карлейн — ненастоящий. И они попытаются это исправить.

— Но он сам отпустил меня.

— А теперь всё изменилось. И, совершенно точно, ты для него — угроза номер один.

***

Во дворец Лиагель и Гелегоста не впустили. Однако всё же послали человека, который должен был бы передать красноволосой женщине, что для нее есть очень важная информация. Вопрос жизни и смерти. Стражник тут же направился выполнять приказ и отсутствовал довольно-таки долго — Гелегост даже успел уснуть, сидя на ступенях.

Наконец, стражник вернулся и сообщил, что Мадам ожидает их в библиотеке. Также он сообщил, что лично проводит их к месту встречи. Пока они шли по дворцу, у Лиагель то и дело появлялись страшные мысли о том, что их ведут в некую ловушку, но она тут же отбрасывала их — всё же пока еще они ничего не рассказали, и никто даже понятия не имеет о том, что за вопрос такой важный нужно обсуждать посреди ночи.

Когда они вошли в небольшую комнату, претенциозно названную библиотекой, стражник тут же вышел, оставляя их одних. Мадам, облаченная в красный халат, стояла у камина, а к ним спиной.

— Я надеюсь, этой действительно что-то важное. Вы выдернули меня из постели.

— Да, это очень… очень важно! — тут же затараторила эльфийка.

— Лиагель и Гелегост, я полагаю? — она поворачивается. — Знаю вас. Спутники того сгоревшего дворфа…

Лиагель слегка вздрогнула.

— Ладно, вы добились моей аудиенции посреди ночи. Я вас слушаю.

— Карлейн — не тот, за кого себя выдает.

Лицо Мадам совершенно точно поменялось. И даже взгляд немного изменился.

— Что ты имеешь в виду?

— Настоящий Карлейн сейчас в трактире. Тот, кто выдает себя за него — некий наемник, который может менять лица. Нам неизвестно, что это за человек, но ясно одно — он опасен! Чертовски опасен!

— И… как давно… он выдает себя за Карлейна?

— С самого начала! Еще со времен своего обучения!

— Невозможно, — Кара качает головой. — Он показал себя преданным и верным воином. В нем нет причин сомневаться. Тем более, что… насколько я знаю, та история с подосланным убийцей уже завершена. Настоящего Карлейна спасли. Тогда же, когда спасли и тебя, к слову. А того, кто выдавал себя за него — убили. Мне знакома та история. Но сейчас Аква лично проверила Карлейна.

Историю своего спасения Лиагель почему-то помнила очень смутно. Урывками.

— Тогда это была какая-то двойная махинация. Поверьте, Мадам! Я видела настоящего Карлейна! Мы видели! Только что! И сразу же поспешили к вам! Он рассказал всё! Всё, что было на самом деле!

— То есть… вы совершенно случайно наткнулись на настоящего, скажем, Карлейна, и он вам все выложил? И наткнулись именно здесь, в Голденхэйвене. Именно тогда, когда наш господин и Перегил заключили мир? Вам не кажется… всё это странным?

Гелегост внезапно стал подозревать, что обманули как раз таки их.

— Хотите сказать…

— Вас обвели вокруг пальца, — уверенности Каре было не занимать. — Не знаю, зачем. И почему именно вас решили так использовать, но ясно одно — тот Карлейн, что сейчас находится в замке — самый что ни на есть настоящий. А тот, кто выдает себя за него — либо очень похожий на него аферист, либо…

Кара замолчала.

Знахарь, оказавшийся предателем. Кобольд, о котором знахарь знал. Карлейн, который догадался использовать его кровь. Она сама пригласила Карлейна на обед. Звездный солдат, едва окончивший Академию, но уже попавший на аудиенцию к графу. В тот же вечер сражает лучшего воина Айронхолла. А потом его хватают и связывают? Тот же самый знахарь?

— Как я… могу поговорить с этим вашим… настоящим Карлейном?

— Боюсь, что никак, — Лиагель качает головой. — Они наотрез отказались участвовать. Они… боятся.

— Но с чем мне идти к Деснице? — доверие Кары к Карлейну довольно сильно пошатнулось. Хотя она и не понимала, какую цель он преследует, учитывая всё то, что он сделал для Маркуса, но… его появление в их жизни и правда заслуживает очень тщательной проверки. — Я же не могу просто сказать, что Карлейн — предатель? Мне нужны какие-нибудь доказательства. Что угодно.

— А если мы отправимся в Айронхолл? — спрашивает Лиагель. — Узнаем о Карлейне всё. Всю его родословную, друзей, родственником.

— Там всё чисто, — тут же отвечает Кара. — Я проверила его сразу же, как только Маркус взял его к себе. Нет ни родни, ни друзей.

— И тем страннее, разве нет?

Кара не могла не согласиться. Она очень медленно опустилась в кресло и стала думать.

— Но что нам тогда делать? — спрашивает саму себя. — Это просто слова. Ни одного веского доказательства. Внешность могут менять Бесшумные. Но нескольких из них сам же Карлейн на тот свет и отправил. Если он — один из них, то ничего не сходится. Я совершенно ничего не понимаю.

Гелегост просто молчит. Он вроде бы слышит разговор, но давно уже потерял нить повествования. И потому он слушает молча, любуясь фигурами обеих собеседниц.

— Выбора нет, — вздыхает Кара. — Я просто поговорю с Десницей. Выложу ему информацию, как есть. И пусть дальше он решает сам. А теперь… расскажите мне всё. С самого начала и в малейших подробностях. Всё, что вам поведал этот якобы настоящий Карлейн.

***

Кара возвращается в комнату примерно через часа полтора после ухода. Может быть, даже два.

Маркус все еще спит. Две обнаженные красотки, которые составили этим вечером им компанию, тоже тихонько посапывают, прижавшись к ее мужчине.

Вздохнув, она понимает, что местечка рядом с ним уже себе не найдет, не разбудив при этом кого-нибудь, и потому решает лечь немного поодаль. Снимает свой халат, туфли — и ложится, повернувшись к спящим спиной. Она размышляет, как расскажет Маркусу обо всём, что услышала. Зная историю целиком, она и правда теперь верит, что Карлейн всё это время был не тем, за кого себя выдавал. И всё ещё не понимает, почему он всё ещё себя не выдал. Какую цель он преследует?

Идти к нему и попытаться поговорить — очень глупо. Если он действительно предатель, то убьет её. Хотя…

Она встает, снова надевает халат и идет к столу. Берет лист бумаги и перо. И пишет Маркусу письмо. Коротко описывает то, что узнала, и то, что ему следует поговорить с эльфийкой Лиагель, которая была в отряде Кирилла, если он захочет узнать историю более подробно. Затем она пишет о своих к нему чувствах и заканчивает тем, что, если она не вернется и этой ночью умрет (или же пропадет без вести), то Карлейн и правда предатель, ибо сейчас она идет обвинить его лично. Прямо в лицо.

Написав письмо и оставив его на прикроватной тумбочке, она надела свои алые туфельки на высоких каблуках и покинула спальню. Ее сердце билось учащенно, ведь она понимала, что, возможно, идет в объятия собственной смерти.