Тимур Айтбаев – Смерть для бессмертных (страница 32)
— Я не разговаривал с Бруно после этого.
— И на это мне тоже плевать! Это твоя война! Хочешь воевать — воюй сам! Если на нас нападут — дай нам покинуть город! Если нападешь ты — иди и нападай сам. Иди на хер, Спенсер! И не трогай мою семью!
Маркус некоторое время сидит не двигаясь, а затем смотрит Эбигейл под ноги.
Медленно встает и идет к двери.
— Мы не договорили!
— Договорили, — парирует он совершенно спокойно. — Бруно я в армию не возьму — можешь быть уверенна. А к тебе я сейчас приглашу Кару.
— На кой хрен она мне?!
— В твоей крови сейчас столько гормонов, а сама ты настолько напряжена… что не заметила, как у тебя отошли воды.
И вот теперь Эбби испуганно схватилась за свой живот. Теперь она это чувствовала. Раскрыв рот, она старалась понять, как же она ничего не поняла? Уже в третий раз, а тут…
— Я быстро, — обещает Маркус и уходит прочь. И это был последний раз, когда они встречались.
***
Хейзел остался один в тронном зале, когда его мать повела старую знакомую к Маркусу. И ему сразу же стало скучно. Пара стражников, что стояли у дверей были словно предметами интерьера, а не живыми людьми. И потому он направился делать то, что делал почти каждый день, когда его мать уединялась с Маркусом в их спальне, — шататься по замку.
Он уже понял, что придется остаться в этом замке, спать на этих ужасно мягких кроватях (хотя тайком он спускался на пол и спал так, как ему больше нравилось), носить эти мерзкие неудобные одежды и изображать идеального сына для биологического отца, который когда-то осеменил его мать. Если бы он мог говорить, то никогда не назвал бы его отцом и тем более папой. Он был для него чужим. Всего лишь альфа-самцом, самым сильным в стае. Когда-нибудь, когда Хейзел вырастет и станет сильнее, то обязательно вызовет уже постаревшего отца на бой и одержит верх. Возможно, из стаи он его не выгонит, но мать заберет себе обратно. Ведь теперь он станет вожаком. А вожак сам выбирает себе самку.
Шатаясь по коридорам, он осматривал картины с эротическим содержанием. Эрекция у него уже была, но только по утрам. Играться со своим «дружком» он пока еще не умел, но знал, зачем он нужен, пусть пока именно этот аспект и казался ему мерзким. Хотя вот девочки его уже привлекали. Он даже представлял их себе голенькими. Мечтал их трогать и целовать. Но не более того.
И в момент таких раздумий в его фантазии и вклинилась девочка с синими волосами. Очень красивая, кстати! И почти его ровесница. Ну, возможно, совсем чуточку старше.
— Ну да, ясно, — улыбается она. — Куда отец — туда и сын. Яблоко от яблоньки все же не слишком далеко упало.
Он смотрит на нее ее очень дружелюбно. Однако она все равно улыбается — теперь уже ему в ответ.
— Это вовсе не плохо — зря ты так. Мальчики есть мальчики.
Она кажется дружелюбной. А теперь… ему даже начинает казаться, что она весьма мила… и красива.
— Ой, правда? — ее улыбка становится еще шире.
Хейзел хмурится и не понимает.
— Тебе кажется, что я красива? Правда так считаешь? — ее маленький пальчик стал накручивать на себя прядь синих волос. — Это очень приятно! Мне тоже кажется, что ты весьма привлекателен!
Хейзелу начинает казаться, что девчонка читает мысли.
— Да, это именно так! — тут же подтверждает она его предположение. — Но не как слова, а… как образы, наверное. Я чувствую твои мысли.
Ему кажется, что это очень здорово. Ведь раньше его лучше всех понимала лишь его мать.
И тут лицо девочки становится немного грустным.
— Меня зовут Аква, — говорит она. — А ты Хейзел, я знаю. Не обидишься, если я расскажу кое-что тебе о твоей маме?
Хейзел отрицательно качает головой.
— Она скоро… уйдет от тебя. На совсем. Нет, не к Маркусу, нет. Она… умрет, Хейзел. Когда-то давно… чуть больше времени назад, чем тебе лет, ее сердце уже переставало биться. И тогда один оборотень, чье имя ты носишь… отдал ей свое. Но у каждого сердца, милый… есть свой срок годности. Если бы он не отдал тогда своей сердце твоей маме, то она бы умерла. А он… умер бы уже очень скоро. Но в тот день… он поменял даты смерти. Свою… и ее. Но теперь Смерть придет за ней. Никто не живет вечно.
Хейзелу было страшно. На глаза стали накатывать слезы. Он чувствовал, что вот-вот расплачется прямо на глазах у девчонки. Неужели это правда?! Неужели… он останется один?!
— О нет, нет! — девочка, Аква, берет его за руки, а затем и вовсе сближается с ним и очень крепко обнимает. — Один ты не останешься — я тебе обещаю! У тебя всегда буду я! Мы будем дружить, как братик и сестренка, вместе расти… а когда станем чуть постарше…
У него мгновенно появляются фантазии определенного рода.
— Да, — он чувствует, что она улыбается, — ты все правильно понял и представил. Именно так у нас с тобой и будет. А когда мы станем совсем взрослыми — то поженимся. Это… я тебе обещаю.
Последние слова она шепчет ему в ухо, и внезапно ему становится очень тепло и спокойно. Он тоже обнял ее, и со стороны это казалось весьма милым явлением — то, как обнимается маленький мальчик с маленькой девочкой.
Но улыбалась Аква сейчас явно не из-за теплых обнимашек. Улыбка ее означала лишь одно — все шло точно по плану. Она уже даже не сомневалась в том, что Перегил пожалеет о том, что предал ее. Не сомневалась, что этот лицемерный божок в скором времени умрет, унося с собой и все улики, которые могли бы выдать ее участие в кое-каких не самых хороших делах, за которые ей было сейчас немного стыдно. Маркус тоже уже в ее власти. Но стоило проработать и план Б. А он шел уже куда дальше — на несколько лет вперед. Как минимум, лет на двадцать. Конечно, она надеялась, что прибегать к нему не придется, ведь это потеря драгоценного времени.
Хотя, с другой стороны… что время для той, кто собирается жить вечно?
Глава 18. Очищающий огонь
Отправив Кару к Эбби, Маркус также попросил своего дворецкого, чтобы тот разыскал Бруно и передал, что его жена рожает. Также приказал подыскать для Эбби отличную спальню. Сам же направился к выходу, где его уже ждали Кирилл и Лиагель. Их третьего товарища с ними не было.
— А где гном?
— Он не гном так-то, — тут же исправил Маркуса Кирилл. — Он дворф.
— Ясненько. Так где он?
Парень посмотрел на свою эльфийку, а она, в свою очередь — на него.
— Ясно. Ладно, пошли смотреть, что там за знахарь, и чем он там торгует.
Конюх подвел к графу и его двум товарищам коней, как вдруг в воротах появился спешащий гонец-солдат. Он спрыгнул со своего коня и пал ниц пред графом, затем тут же поднял голову:
— Беда, граф! Там огненный человек!
— Элементаль? — хмурится Кирилл.
— Большой такой! Везде горит! Атакует ворота!
Меньше секунды — и Маркус покрывается черной материей, а затем словно испаряется. Однако Кирилл понимает, что он направился к воротам сражаться с монстром.
— Я поскачу туда! — тут же запрыгивает Кирилл на коня.
— Я с тобой! — Лиагель тоже подбегает к лошади, но у ее бойфренда было иное мнение.
— Нет! Ты будь здесь! Если вдруг там будет опасно… я не хочу, чтобы ты пострадала!
И спустя несколько секунд Лиагель осталась наедине с конюхом и гонцом.
Осмотрев обоих, она призадумалась, а затем все же взяла у конюха поводья.
— Раз уж мне нельзя сражаться с огненным человеком, то пойду хоть хижину знахаря осмотрю, — сказав это словно самой себе, она грациозно запрыгивает на коня и медленно направляется к вратам.
Дорога много времени не заняла, и потому к уже знакомому ей дому она добралась еще до того, как Маркус успел справиться с огненным элементалем. Преспокойно зайдя внутрь, она тут же наткнулась на сгорбившегося слепого старика.
Принюхавшись, старец удивленно приподнял брови.
— Эльф? Женского пола? Да еще и молоденькая? Скажи, что ты красива, ну, пожалуйста!
— Ну… — Лиагель слегка застеснялась. — Думаю, чуть красивее среднее.
— Значит, красивее большинства! Что привело тебя в мою лавку, дитя?
— Тут вчера вечером был мой друг, Карлейн. Он сказал, что брал здесь снадобье… скажем так, у моего мужчины… проблемы… с этим делом…
— Правда? — старик хмурится. — Что ж, у него, значит, и правда проблемы. Раз не может порадовать девушку с таким дивным голосом… и запахом.
— Ох, спасибо. Так… не могли бы Вы мне продать такое же снадобье?
— Конечно! Я помню того парня! Бедолага. Вынужден исполнять супружеский долг с нелюбимой женщиной. Конечно. Сейчас!
Старик вышел в соседнюю комнату, а Лиагель решила осмотреться. Она стала ходить возле полок, разыскивая что-то вроде потайной двери, ну или что-нибудь еще. К тому моменту, как она успела все осмотреть, старик так и не появился, и она решила тоже покинуть комнату.
В соседней его не оказалось. И она решила осмотреть всё и тут. Принялась водить руками перед полками и остановилась точно там, где у старика как раз таки и была потайная дверь, почуяв сквозняк. Догадаться было несложно, что одна из книг была на самом деле рычагом, отворяющим эту дверь.