Тимоти Зан – Звёздные войны. Траун: Доминация. Меньшее зло (страница 73)

– В ящике лежит секция одного из синхротронных ускорителей тахионного потока, – подхватил Лаппинсик. – В Совете полагали, что его можно встроить в новое корпускулярное оружие, которое они разрабатывают.

– После всего услышанного я бы скорее подумал, что вы предложите им изучать фрагмент на Спозии, – заметил Трасс. – Так он хотя бы останется под охраной ОИГ.

– Обычно мы так и делали, – криво усмехнулся Ламиов. – Но в этот раз Совет ни в какую не захотел выводить свой прототип из-под охраны своего исследовательского центра.

– Можно посмотреть на фрагмент? – спросил Траун.

Патриарх со старшим помощником снова переглянулись, но на этот раз безмолвный обмен мнениями был короче.

– Если хотите, – произнес Ламиов. По его знаку Лаппинсик достал складной нож и принялся вскрывать пломбы. – Хотя предупреждаю, что смотреть там особо не на что.

Все сидели в молчании, пока старший помощник не расправился с пломбами и не поднял рельефную крышку, повторявшую очертания устройства.

– Прошу, – сказал он, указывая на содержимое ящика.

Траун, обойдя стол, подошел ближе. Вытянув шею, он заглянул внутрь ящика.

– Синдик? – обратился к Трассу Ламиов.

– Это не обязательно, – ответил Трасс, взмахом руки отказавшись от предложения. – Я верю вам на слово.

– И зря, – внезапно помрачнев, обронил Траун. Выпрямившись, он вперил взгляд в Ламиова. – Этот фрагмент не от «Солнечной бури».

– Почему вы так считаете? – взвешенно осведомился патриарх.

– На поверхности цилиндра вмятины, а края обшарпаны, как будто его с силой вырвали с места, – начал перечислять Траун. – Но на сочленениях оболочки нет ни малейших следов распада, которые обязательно появились бы, попади объект под воздействие массивного выброса частиц.

– Можно подумать, вы видели, как должны выглядеть последствия такого удара, – усомнился Лаппинсик.

– Вы и сами это видели, – возразил Траун. – Широко известно, что выброс ионов при попадании плазмосферы оказывает на материалы сходный эффект.

– И какой из этого вывод? – все так же невозмутимо спросил Ламиов.

Долгую секунду Траун смотрел ему в глаза, а потом вдруг вытянулся в струнку.

– У семьи Стайбла был не один образец «Солнечной бури», – сказал он. – У вас был запасной. – Покосившись на Трасса, он вновь посмотрел на Ламиова. – И сейчас есть.

– Верно, – подтвердил патриарх. Голос его стал таким же мрачным, как у Трауна. – Здесь-то и кроется великая надежда и страшная угроза для Доминации. Теперь вы видите, почему мы так отчаянно стремились вернуть чуть было не утраченный ускоритель. Не только потому, что паатаатусы могли перенять кроющиеся в нем технологии, но и потому, что без него наша запасная «Солнечная буря» не работает.

– Совет знает об этом запасном оружии? – спросил Траун.

– О запасном образце, – поправил его Ламиов. – Мы называем его исключительно «образец».

– Откуда он взялся? – осведомился Трасс. – Вы сами его собрали?

– Нет, – покачал головой патриарх. – Технология до сих пор нам недоступна. Второй образец, как и первый, добыли где-то в Низшем космосе, хотя и несколькими столетиями позже. Подробности либо забыты, либо намеренно скрыты, но нам известно, что семья Стайбла как-то узнала о его существовании и снарядила экспедицию на его поиски.

– Кто еще об этом знает? – спросил Траун.

– Помимо присутствующих здесь – генерал Ба’киф и адмирал Джа’фоск, – сообщил Ламиов. – Больше никто. Даже техники, которые изучали фрагмент, не знали, откуда он снят.

– Итого шестеро, – подвел итог Трасс.

– Да, – подтвердил патриарх. – Шестеро посвященных, в руках которых будущее Доминации.

– Что вы будете с ним делать? – поинтересовался Траун.

– Сейчас? – Ламиов отрывисто пожал плечами. – То же, что и раньше. Будем охранять его, изучать, стараться почерпнуть из него что-то полезное и сохранять на тот крайний случай, если вдруг снова придется пойти на столь ужасный шаг. – Он моргнул, и Трасс с удивлением понял, что видит слезы в глазах патриарха. – Если этот день настанет, – почти неслышно добавил он, – скорее всего, в истории чиссов появится второй патриарх по прозвищу «Трагический».

– Возможно, – кивнул Траун, и Трасс увидел небольшой тик у него на щеке. – Патриарх, если на этом все, то замечу, что отлет «Реющего ястреба» и так уже отложен на более длительное время, чем Совет отвел для этого. Если вы вызовете челнок или позволите синдику Трассу самому…

– Знаете, средний коммандер, боюсь, «Реющему ястребу» вместе с Советом придется еще подождать, – произнес Ламиов, упреждающе подняв руку, когда Трасс начал вставать. – Патриэли семьи Стайбла как раз собираются для небольшой церемонии, которая состоится через три часа.

Траун оглянулся на Трасса, озадаченно сдвинув брови.

– Какая-то церемония, связанная с «Реющим ястребом»?

– Она связана с вами лично. – Патриарх умолк, словно собираясь с мыслями. – За эти два дня, прошедшие с тех пор, как старший помощник Лаппинсик прислал сообщение об успехе операции, в котором особо отмечался ваш ключевой вклад в спасение груза, я несколько раз обсуждал вопрос с патриэлями и другими высокопоставленными чиновниками семьи Стайбла. По понятным причинам я не мог в полной мере описать ситуацию, но уж необычайную значимость вашей операции подчеркнул. В результате этих консультаций…

Он опять умолк, и Трасс поразился тому, что патриарх словно прибавил в росте.

– Я хочу предложить вам принять почесть, которая редко оказывается членам семьи Стайбла и почти никогда – представителям других семей. Отныне к вашему имени, Митт’рау’нуру, добавится окончание «одо». На тайброике, древнем наречии нашей семьи, им обозначали хранителя или защитника, заслужившего высочайшее уважение.

Траун снова метнул взгляд на Трасса.

– Патриарх Ламиов, я весьма польщен, – с некоторым сомнением произнес он. Трассу пришло в голову, что младший родственник сейчас пытается сообразить, что же ему предложено: искренняя благодарность за возращение «Солнечной бури» или вечное напоминание о необходимости хранить секрет. – Я лишь задаюсь вопросом, как на это посмотрит руководство семьи Митт.

– Можете сами спросить у патриарха Тоораки, – улыбнулся Ламиов. – Он уже приехал, чтобы лично присутствовать на церемонии. Итак. – Он поднял руки, указывая на Трауна и на Трасса. – Лаппинсик проводит вас в покои, где вы сможете переодеться и ознакомиться с ходом церемонии. Ваши облачения уже готовы, а описание процедур незамедлительно будет выслано вам на квестисы. Если больше нет вопросов, то увидимся через три часа.

Глава 17

Еще на заре своей карьеры Самакро выяснил, что, если момент подобран удачно, сомнительный отчет может погрязнуть в волоките на стадии отправки, чтения или наложения резолюции. Дополнительное время приходилось весьма кстати, если проштрафившемуся офицеру нужно было покопаться в поисках дополнительных доводов, прецедентов и правовых лазеек. А при исключительном везении отчет и вовсе может отправиться в архив, так и не попавшись на глаза особо принципиальным крючкотворам.

К сожалению, в данном случае не было ни единого шанса, что дело попадет под сукно.

– Конечно, он рассержен, – проворчал Самакро. Он стоял у самого выхода из каюты «идущей по небу», наблюдая за тем, как Талиас с Че’ри по приказу Ба’кифа поспешно собирают дорожные сумки. – Из-за этой истории с магис он и так подставился в полный рост отсюда и до резиденции семьи Плих. А теперь мы возвращаемся с опозданием, без старшего капитана Трауна, зато с докладом о двух принятых боях. Нам повезло, что он не пошел вразнос.

– Но вы же ни в чем не виноваты, – страдальчески протянула Че’ри. – Я скажу верховному генералу Ба’кифу, что это я все придумала.

– Похвальное намерение, Че’ри, – сказал Самакро, подавив в глубине души собственные опасения. Пускай «идущая по небу» сыграла в сложившейся ситуации определенную роль, нельзя взваливать эту тяжесть на ее плечи. – Но командиром в тот момент был я, и я отдал приказ. Значит, и отвечать мне. За все, – добавил он, выделив последнюю фразу голосом. – Не переживай… мне не впервой отдуваться перед Советом.

– Нам тоже, – вставила Талиас, улыбнувшись подопечной самой лучезарной улыбкой, какую смогла выдавить при таких обстоятельствах. – Все будет хорошо.

– Конечно, будет, – согласился Самакро, не сводя глаз с тревожных морщин на ее лице. Талиас тоже нервничала, и причин для этого у нее было больше, чем у Че’ри. Самое худшее, что Совет может сделать с отбившейся от рук «идущей по небу» – досрочно отправить ее в отставку и отдать на удочерение. На Талиас же может обрушиться что угодно – от понижения статуса или полного изгнания из семьи Митт до реального тюремного срока. – Впрочем, напоминаю, что старшие по званию не любят, когда их заставляют ждать.

– Мы готовы, – сказала Талиас, рывком стягивая края сумки и застегивая замок. – Че’ри, я еще кое-что прихвачу… упакуем получше, пока будем лететь на челноке.

На посадочной площадке их встречали трое воинов – больше, чем просто вежливый эскорт, в который обычно отряжали одного, но меньше, чем полноценные восемь, которых обычно отряжали для сопровождения уважаемого аристократа или опасного преступника. Воины сдержанно, механически поприветствовали Самакро, явно стремясь максимально дистанцироваться от ситуации, после чего и гости, и эскорт погрузились в двенадцатиместный тоннельный экспресс, и тот понес их в штаб Сил обороны.