Тимоти Зан – Траун. Измена (страница 18)

Илай знал, что отчасти их настороженность была вызвана присутствием адмирала Ар’алани, командовавшей флотом инородцев, чья истинная мощь была им неизвестна. Ее намерения могли нести угрозу, но Илай подозревал, что по большей части их опасения связаны с ним — человеком, который когда–то носил форму имперского офицера, а теперь был облачен в черный мундир Флота обороны чиссов.

Молодой лейтенант понятия не имел, какие детали его появления здесь Траун готов раскрыть штурмовикам, коммодору Фейро или кому бы то ни было. Ему было невдомек, собирается ли гранд–адмирал вообще об этом рассказывать. Траун вполне может отправить бывшего подчиненного обратно в Доминацию, так и не пожаловав ему возможность избавиться от незаслуженного чувства стыда и неблагонадежности.

Илай переживал не за себя. Траун сказал, что он может быть полезен чиссам, и у адмирала Ар’алани не было нареканий к его работе, так что на данный момент жаловаться не на что.

Основной удар пришелся по его родителям, которым приходилось жить с этим клеймом, и по друзьям из прошлой флотской жизни, которым то и дело приходилось выслушивать, как его имя смешивают с грязью.

Из–за этого отстраненность Трауна озадачивала еще сильнее. Неужели гранд–адмирал не видит, через что ему пришлось пройти и чем пожертвовать?

Было бы славно, если бы до отбытия удалось хотя бы с минуту переговорить с бывшим командиром с глазу на глаз и выяснить, что у того на уме.

Если же нет — остается только надеяться, что Ар’алани заготовила для него такое задание, которое затмит все сожаления.

Карвия назвал помещение, куда они вошли, медцентром. По мнению Илая, оно больше напоминало смесь процедурной, пыточной и анатомического театра. В смотровом кресле виднелось обмякшее тело человека, связанного ремнями по рукам и ногам и, очевидно, заколотого насмерть в этой же позе. Еще трое существ неизвестной расы лежали на полу, двое — возле панели управления в центре отсека, а последний — недалеко от кресла. Вокруг каждого из них расплылись лужицы бледно–розовой крови.

В отличие от них девочка–чисс казалась совершенно невредимой. Она лежала на процедурном столе у дальней стены с вытянутыми по бокам руками, кисти которых были спрятаны под бедрами. Лицо и верхняя часть туловища были укутаны в двойной слой черной ткани. Крови видно не было, но, насколько Илай мог судить, она была мертва.

По всей видимости, Ар’алани придерживалась иного мнения. Не успела за ними закрыться дверь, как адмирал широкими шагами двинулась к столу.

— Сонница? — спросил Траун, шедший следом вместе с Илаем.

— Да, одна из вариаций, — бросила через плечо Ар’алани. — Ее изобрели уже после вашего отбытия. Приглушите свет.

— Хорошо. — Оглядевшись, Траун направился к панели управления в центре комнаты. — Лейтенант Вэнто, будьте любезны, приготовьте полотенце, намоченное в горячей воде.

— Слушаюсь, сэр. — Илай шагнул к широкой двойной раковине. — Позвольте спросить…

— Иногда навигаторы, особенно совсем маленькие, страдают от перегрузки органов восприятия, — пояснила Ар’алани. — Это выражается в головной боли, ломоте во всем теле, помутнении зрения и головокружении.

— Для лечения необходимо ограничить внешние раздражители и войти в особое психическое состояние, которое называется «сонница», — добавил Траун. Он окинул взглядом пульт и повернул один из выключателей. Освещение в комнате потускнело до едва видимого мерцания. — В результате замедления метаболизма внешние физиологические проявления практически сходят на нет, а разгрузка органов чувств способствует восстановлению психики.

Илай кивнул, по–новому взглянув на неподвижное тело, с которого Ар’алани снимала черную обмотку. Благодаря тому что ладони были придавлены ногами, кончики пальцев не получали осязательных импульсов, а черная ткань частично блокировала свет, звуки и запахи.

Наверное, на чисских кораблях были специальные приспособления для таких процедур — скорее всего, запрятанные в глубине кают навигаторов, подальше от посторонних глаз. Здесь же девочке пришлось обойтись подручными средствами.

— Значит, гриски не догадались, что она все–таки жива?

— Интересный вопрос, — заметил Траун. — Ответ на него предполагает широкий спектр дальнейших вариантов развития событий. Впрочем, скоро мы его узнаем. Ар’алани?

— Она жива. — В голосе адмирала безошибочно угадывалось облегчение. — Лейтенант Вэнто?

— Прошу, — подскочив к столу, Илай вручил ей мокрое полотенце. — Что мне еще сделать?

— Отойдите подальше, — велела Ар’алани. Свернув полотенце, она положила его на лоб девочки. — Не хочу, чтобы первым, что она увидела, придя в себя, было человеческое лицо.

От этого замечания молодого лейтенанта передернуло, но адмирал говорила разумно: после всего, что малышке пришлось пережить, нужно, чтобы при пробуждении ее встречали привычные, родственные лица.

— Долго это продлится? — спросил он, делая шаг назад.

Неожиданно для всех по телу малышки прошла судорога, спина выгнулась, и она снова неподвижно распласталась на столе. Изо рта вырвался то ли крик, то ли всхлип…

— Подъем! — властно скомандовала Ар’алани. — Навигатор Доминации чиссов, подъем!

Девочка резко открыла глаза. С секунду она молча смотрела на склонившуюся над ней женщину, а затем вдруг подскочила и обвила шею Ар’алани руками, вцепившись так, будто только это удерживало ее от провала обратно в небытие.

Тут словно прорвало плотину, и малышка разразилась слезами.

Краем глаза Илай уловил, что Траун жестом подзывает его отойти к двери. Лейтенант попятился, не в силах отвести глаз от того, как адмирал, которую он знал строгой и чопорной, ласково утешает напуганную малышку.

Траун поджидал его у двери.

— Выводы, лейтенант? — тихо спросил чисс.

— Думаю, пост был в распоряжении этих инородцев, — ответил Илай. — Скорее всего, человек в кресле был убит во время допроса, который они проводили. Смею предположить, что он и остальные люди — это экипаж исчезнувшего грузовика «Алланар N3», который обстреляли у нас на глазах несколько часов назад.

— Допустим, — согласился Траун. — Точно узнаем после более детального анализа. Продолжайте.

— Эти инородцы распоряжались на посту, но над ними стояла пара надзирателей–грисков, — пустился в размышления лейтенант. Он заметил, что девочка немного успокоилась, хотя так и не выпустила Ар’алани из цепких объятий. — Правда, надзирателей не посвящали во все тонкости местной рутины.

— Почему вы так решили?

— Потому что они не догадались, что девочка по–прежнему жива, — пояснил Илай. — Я полагаю, что к этой технике прибегали не один раз, и инородцы знали, в чем ее суть. Тот факт, что малышку положили здесь, а не у себя в каюте, говорит о том, что с нее не желали спускать глаз.

— Очень хорошо, — кивнул Траун. — Что было дальше?

Илай прикусил губу, смакуя разливающееся по щекам тепло от похвалы гранд–адмирала.

— Должно быть, между ними вспыхнул конфликт, — предположил он. — Когда вы пошли в атаку или когда обездвижили пост, инородцы взбунтовались, и гриски в отместку с ними расправились.

— Нет, — отрезал Траун.

Тепло отхлынуло от щек.

— Бунта не было?

— Приглядитесь, где лежат тела, — посоветовал чисс. — И заодно — к шкафу с инструментами возле процедурного стола.

— Вижу, — сказал его спутник. Шкаф с инструментами больше походил на витрину: сквозь прозрачные дверцы виднелись ровные ряды медицинских приспособлений.

— Обратите внимание на большие скальпели и другие режущие инструменты, — подсказал Траун. — Все на своих местах. Если бы инородцы взбунтовались, то эти трое уж точно вооружились бы тем, что попалось под руку.

— Да, теперь понятно, — поморщился Илай. Он должен был сам заметить это.

— Кроме того, в командном пункте или рядом с ним мы не нашли ни одного похожего трупа. Следов перемещения трупов тоже нет. Единственное, что удалось обнаружить, — кровавые следы самих грисков, которые вернулись в командный пункт ожидать нашего прибытия.

— Вот оно что, — протянул лейтенант. Чего уж там, это он совершенно упустил. «Если тебя ткнули носом, отбрасывай смущение и досаду и усваивай новые знания». — Значит, когда пост вырубился, они поняли, что мы неизбежно его захватим, и решили заткнуть рты всем на борту. Поскольку вы поджарили им всю электронику, система самоуничтожения не сработала, и грискам пришлось пройтись по всем помещениям и убить всех, кто попадался на пути.

— С чего вы взяли, что тут есть система самоуничтожения?

— Потому что такая же была на боевом корабле.

— Превосходно, — одобрительно кивнул гранд–адмирал. — Живыми не сдаваться, особенно когда нужно оберегать секретность задания.

— Тем не менее гриски сдались живыми, — заметил Илай. — Или штурмовики схватили их раньше, чем они успели покончить с собой?

— Я уточню обстоятельства у майора Карвии, но не думаю, что дело в этом, — ответил Траун. — Более вероятно, что они решили узнать, что нам известно о них и об их операции. Вам что–нибудь бросилось в глаза?

Илай порылся в памяти:

— Они повели себя как–то странно, когда им сообщили о гибели корабля прикрытия. Мне кажется, их поразило, что вы его уничтожили.

— Не совсем так, — поправил его чисс. — Я думаю, они не подозревали о самом присутствии корабля. — Он наклонил голову. — Что наводит на вопрос о вас, Ар’алани, и «Стойком». Как вы сами оказались в этой системе?