Тимоти Зан – Дракон и Судья (страница 12)

Но пока Голвины болтали и смеялись, за трапезой, сам Джек вёл себя нехарактерно тихо. Он был достаточно вежлив, отвечал на любые вопросы, улыбался и кивал — когда это было уместно. Но у него явно не лежало к этому сердце.

Дрейкосу выпал шанс в конце трапезы, когда по местному обычаю обедающие должны были встать и пообщаться с людьми разного ранга. Джек тоже покинул своё место, но вместо того, чтобы бродить по залу, направился в сторону холла. Опершись локтями о простенок, высотой по пояс, он смотрел на залитый лунным светом каньон вокруг них. — Джек? — неуверенно позвал Дрейкос из-за плеча.

— В этом самом месте, — сказал мальчик, его голос звучал отстранённо.

— Мне нужно проверить шаттл, — сказал ему Дрейкос, безуспешно пытаясь прочитать выражение лица мальчика.

Джек сделал глубокий вдох, как бы заставляя себя вынырнуть из отвлечённых мыслей, и огляделся вокруг. — Кажется, всё в порядке, — сказал он. Слегка повернувшись, он протянул правую руку через стену и свесил её вниз.

Дрейкос скользнул по руке мальчика и выскочил из рукава. Быстрый щелчок передними лапами, и он зацепился когтями за фасад здания. Мгновение он висел, чтобы убедиться в отсутствии здесь наблюдателей. Затем, бросив последний взгляд на встревоженное лицо Джека, он оставил его и спрыгнул вниз, к краю пашни.

В каньоне культивировалось по меньшей мере восемь различных видов растений, как заметил Дрейкос во время дневной прогулки Джека. Как правило, на каждом из участков, отмеченных узкими ирригационными каналами, было от двух до четырёх различных видов.

Вероятно, фермеры рассматривали эту систему как эффективный способ удовлетворения потребностей различных растений. Поэт-воин, подобный Дрейкосу, вместо этого видел возможности использования растений разного размера для передвижения. Высовывая язык каждые пару вдохов, чтобы попробовать тонкие запахи местности, он направился вниз по течению к посадочной площадке и шаттлу.

Он был уже на полпути, когда заметил на дальнем берегу реки одинокого Голвина, который двигался по дорожкам между участками посевов в том же направлении, что и Дрейкос.

Дрейкос замер, присев рядом с широкой полосой растений, похожих на пшеницу, и нахмурился. У иномирянина не было с собой никаких орудий труда, так что он, вероятно, не собирался работать в поле. Вероятно, он также не собирался просто гулять — для этого он вёл себя слишком скрытно.

А кроме посевов и пары жилых столбов, в этом направлении был только шаттл.

Дрейкос задумчиво крутил хвостом. К несчастью для него, Голвину не нужно было беспокоиться о том, что его здесь увидят. А вот Дрейкос беспокоился, и это означало, что в гонке по прямой, по пахотным землям иномирянин почти наверняка достигнет шаттла первым.

Но кто сказал, что Дрейкос должен держаться пахотных земель?

Вода в реке была прохладной, но не такой холодной, как он думал. Он скользнул под воду, оставив над водой только макушку головы, и быстро и тихо поплыл к посадочной площадке.

Он достиг её задолго до Голвина и вылез из реки. С его чешуи капала вода. Присев в тени шаттла, он быстро осмотрел транспортное средство.

Как он видел во время их предыдущей поездки, в пассажирском салоне были передние и задние сиденья, каждое из которых могло вместить трёх Голвинов. Пассажирский салон и грузовой отсек сообщались. В задней части шаттла, как он теперь мог видеть, был широкий люк, который, вероятно, вёл в грузовой отсек.

Если Дрейкос и хотел что-то увидеть, то грузовой отсек был вне доступа.

Голвин был теперь всего в семидесяти футах от него. Взяв со дна реки небольшой камень, Дрейкос обхватил его кончиком хвоста и перебросил через голову иномирянина.

Он с мягким шелестом приземлился в растениях позади него. Голвин испуганно обернулся, мотая головой туда-сюда в поисках источника шума.

Когда тот отвернулся, Дрейкос открыл заднюю дверь шаттла и проскользнул внутрь.

Закрыв дверь, он лёг на бок на заднем сиденье и огляделся. Спинка переднего сиденья была обтянута плотной тёмно-синей тканью, как и заднее сиденье. Вытянув коготь, он разрезал ткань снизу и по боковым краям переднего сиденья, образовав широкий клапан.

Перекатившись на другой бок, он проделал то же самое с тканью, свисающей с лицевой части заднего сиденья. Затем, подняв ткань, он лёг и пристроил лоскуты поверх себя.

Это был до абсурда простой обман, и при свете дня он не продержался бы и секунды. Но ночь была тёмной, а Голвин торопился. Велика вероятность, что он даже не посмотрит на сиденья первого ряда, не говоря уже о втором.

Передняя дверь со стороны водителя открылась, и Дрейкос приготовился. Но судя по быстрому и переменчивому давлению на подушки сидений перед ним, Голвин намеревался просто сесть и отправиться в путь.

Через несколько секунд шаттл поднялся в воздух. Резко удалившись от центра каньона и вечеринки, всё ещё продолжавшейся в Большом Зале, они устремились вверх. Дрейкос отвёл уголки ткани от глаз, устроился в кресле и стал ждать.

Они летели уже почти час, когда чувство равновесия подсказало Дрейкосу, что они начинают снижаться. К свету звёзд теперь добавилось рассеянное сияние, отражённое от потолка шаттла, указывая на огни цивилизации внизу. Дрейкос снова расправил над собой клапана маскировки. Через несколько минут они были вниз.

Люк открылся, произошёл ещё один быстрый сдвиг веса Голвина на сиденье, а затем он ушёл, закрыв люк за собой.

Дрейкос сосчитал до двадцати. Затем, отодвинув ткань, он поднялся на уровень окна и выглянул наружу.

Они приземлились на большой парковочной площадке, очевидно, недалеко от космопорта, куда “Эссеней” прибыл несколькими часами ранее. С трёх сторон посадочную площадку окружали приземистые здания, в которых располагались многочисленные небольшие магазины.

А с четвёртой стороны находилось одно большое здание. Над дверью светящимися буквами было написано: “InterWorld Corporation, NorthCentral Semaline”.

Дрейкос почувствовал, как его когти чуть царапнули пол шаттла. Так вот по какой причине Голвин улизнул с большого праздника. Ему нужно было отправить срочное сообщение в другой мир.

Сразу после прибытия Джека в каньон…

Через пятнадцать минут Голвин вышел из здания “InterWorld” и быстрой трусцой направился к шаттлу. Дрейкос вернулся под камуфляжные шторки ещё до того, как дверь распахнулась. И снова Голвин не удосужился проверить заднее сиденье перед взлётом.

На этот раз эта невнимательность дорого ему обойдётся.

Полёт обратно в каньон прошёл без происшествий. Дрейкос терпеливо ждал… и когда Голвин опустил челнок на посадочную площадку, К’да бесшумно откинул ткань и поднялся позади иномирянина. — Не оборачивайся, — прорычал он.

Голвин дёрнулся, словно его ударило молнией. Рефлекторно он начал поворачивать голову.

Но он замер, когда его щека столкнулась с когтем К’да. — Кто ты? — прохрипел он.

— Вопросы задаю я, — сказал Дрейкос. Ты послал сообщение по межмировому каналу. Что это было за сообщение, и кому ты его отправил?

— Я не посылал.

Он всхлипнул, когда когда Дрейкос надавил когтем на его кожу. Что это было за послание, и кому ты его отправил?

— Имя мне неизвестно, — сказал Голвин, в его голосе появились нотки паники. Только номер.

— Назови мне номер.

Голвин так и сделал. Это был длинный номер, и Дрейкос надеялся, что сможет запомнить все цифры. — Теперь само сообщение, — сказал он.

Голвин не ответил. Дрейкос подтолкнул его снова: — Я просто хотел сообщить им, что в каньоне появился ещё один Юпа, — сказал он, слова практически сами вырывались из него. Очевидно, никто не предупредил его, что это маленькое поручение может быть сопряжено с опасностью.

— И что потом?

— Это всё, — сказал Голвин, — я просто должен был им сообщить. Это всё, что я знаю.

Дрейкос понимал, что, вероятно, так оно и было. Никто не будет настолько глуп, чтобы доверить такому жалкому существу хоть какие-то настоящие секреты. — Ты никому не расскажешь об этом разговоре, — сказал он, — и не будешь больше покидать пределы этого каньона.

— Я сделаю так, как вы скажете, — сказал Голвин. Вы можете доверять моему слов…

Остаток обещания канул в небытие, когда Дрейкос с силой ударил его по шее ниже уха.

Он обмяк на своём сиденье, потеряв сознание. Дрейкос подождал мгновение, чтобы убедиться в этом, затем открыл заднюю дверь и выскользнул наружу.

В Большом зале было тихо и темно, он заметил, что вечеринка, очевидно, закончилась. Но, возможно, по полям ещё мог кто-то бродить. Снова спустившись в реку, он направился вверх по течению.

До столба Джека он добрался без происшествий. Мост, который построили Голвины, был очевидным путём наверх, но было бы интересно посмотреть, сможет ли он взобраться по плющу так, как это делали Голвины. Вонзив передние когти в сетку, он начал подниматься.

Всё прошло с переменным успехом. Плющ был достаточно крепким, чтобы выдержать его вес, и прочно укоренившимся в камне. Но когти Дрейкоса были острее, чем те маленькие цеплялки или крючки, которые были у Голвинов на руках и позволяли им лазать. Ему приходилось постоянно быть начеку, чтобы не прорезаться растения насквозь и не свалиться на землю.

В крайнем случае, решил он, вероятно, будет быстрее проигнорировать растения и вонзить когти прямо в маленькие трещины в камне, как он сделал, покидая Большой зал.