Тимоти Зан – Черный спецназ (страница 42)

В повисшей тишине отчетливо прозвучал голос Бакши:

– Бросьте бластеры, или я убью вас.

Кейн обернулся и уставился на него, но капрал не сделал ни одного движения и не вынул оружия. Однако, глядя на его лицо, можно было поверить, что Бакши способен умертвить кого угодно одним усилием воли.

Кейну почудилось, что откуда-то действительно потянуло холодом.

– Советую всем расслабиться, – спокойно сказал Лейт. – Мы не хотели бы причинять вам вреда. Но я, кажется, предупреждал, чтобы не трясли перед нами оружием, – он взглянул на одну из стен и мотнул головой в сторону двери. – Прочь отсюда. Все! Тримейн?

Побагровевший от стыда и гнева, глава Радикса махнул рукой, и в стенах бесшумно открылись шесть дверей. Из темных ниш с виноватым видом вышли шестеро человек. Один из них держался за глаз, а у другого ручьем лилась из носа кровь. Лейт подал знак, Ноук с Мердоком вернули им реквизированные бластеры, и они направились к выходу.

– Надеюсь, больше нас никто не подслушивает? – когда дверь закрылась, спросил Лейт.

– Не беспокойтесь, – прорычал Камерон. – Этим людям можно полностью доверять.

– На Аргенте никому нельзя доверять полностью, – возразил Лейт. – И прошу вас не дергаться. В отличие от вас, нас слишком мало, чтобы несколько раз испытывать судьбу. Именно поэтому мы и не посвятили никого в наши сегодняшние планы. Я, конечно, сожалею, если ваше достоинство оскорблено, но пока мы просто вынуждены действовать подобным образом.

– Дело не в уязвленной гордыне, Даймон, – заговорила Фэй Пиччикано. – Зная вашу затею с Хенслоу, Майлз мог бы оказать вам неоценимую помощь, если бы вы заранее с ним проконсультировались. Насколько я понимаю, вы хотели найти какого-то конкретного узника? Если да, то мы могли бы помочь вам через свои каналы.

Лейт уклончиво пожал плечами.

– В другой раз я обязательно так и сделаю.

– Другого раза не будет, – твердо сказал Бакши. – Насколько я знаю Апостолериса, теперь он постарается перевести заключенных куда-нибудь в другое место. И чтобы вызволить их, нам придется заплатить очень многими жизнями. Вот чего вы добились благодаря своей выходке.

– Возможно, – согласился Лейт. – Опять же, прошу меня извинить. А куда их могут отправить? Есть ли какие-нибудь конкретные предположения?

– Скорее всего, в тюрьму Цербер, – ответила Фэй. – Это старая крепость к юго-востоку отсюда. Глушь там непролазная. Над землей находятся всего четыре этажа, а остальные шесть под землей. Двор огромный, даже «Корсар», при желании, может сесть. Обнесена толстенной кирпичной стеной со сторожевыми башнями по углам. На них орудия с дистанционным управлением.

– Если их туда засадят, вам лучше начинать паковать свои вещички и возвращаться восвояси, – сказал Валентайн.

– Полегче, Дейл, – осадил его Бакши.

– Виноват, капрал, но я уже сыт по горло. Мы предоставляем им убежище, снабжаем информацией и совершенно ничего не получаем взамен!

Бакши скосил глаза на Лейта.

– Вы ответите на этот упрек? – спросил он.

– Безусловно. Если бы у вас доставало терпения и вы были бы чуть-чуть подальновиднее, то давно бы поняли, какую пользу можете извлечь из нашего здесь пребывания.

– Пользу? – скривился Валентайн.

– Именно. За неимением лучшего примера, возьмем хотя бы разрушение ворот Стрипа. Кому-то ведь придется их восстанавливать? И этот «кто-то» вполне может оснастить дверные петли миниатюрными минами. Тогда даже не придется таранить ворота, задумай вы что-нибудь из Стрипа нелегально вывезти.

По-видимому, о возможности таких действий никто из аргентян даже не помышлял. Тримейн и Бакши переглянулись, и Кейн заметил, что капрал еле заметно кивнул.

– Обещайте впредь консультироваться, по крайней мере, со мной, прежде чем решиться на какую-то акцию, – потребовал Тримейн.

– Обещаю. В том случае, если это будет касаться личного состава Радикса, – быстро ответил Лейт, – и если у меня будет время для подобных консультаций. Во всех остальных случаях я оставляю за собой право единолично принимать решения.

– Вы по-прежнему ни во что нас не ставите? – поинтересовался Валентайн.

– Не сказал бы так конкретно, но пока это лучшее, что я могу предложить.

Повисла неловкая пауза.

– Ладно, – выдавил Тримейн. – Вижу, что к соглашению мы не придем.

Однако, предупреждаю, – он снова указал пальцем на Лейта, – мы тоже умеем играть по военным правилам. Если кто-то из членов Радикса погибнет, когда вы будете действовать без моего ведома, я устрою вам военный суд! Обещаю.

– Понятно. И тем не менее можете вы нам сообщить что-нибудь о перемещении узников?

Тримейн хмуро посмотрел на Камерона.

– Да, – с неохотой ответил тот. – Мои люди занимаются этим.

– Отлично. А какие новости с фронта Кризелли?

– Военные действия продолжаются, – без особого энтузиазма сообщила Салли Квинлан. – Но рекриляне пока не возвращаются, если именно это вас беспокоит.

– Вы попали в самую точку, – признал Лейт. – Благодарю вас.

Он собирался уже встать и попрощаться, как вдруг снова заговорил Валентайн.

– Секундочку, – сказал он. – Я хотел бы задать вам еще один вопрос.

Это Даже не связано с вашей секретной миссией. Меня интересует, как Кейну удалось так легко покинуть Землю? – Валентайн хитро посмотрел на землянина.

– Я объясню, – сразу же начал Кейн. – Сопротивление Земли похитило одного из правительственных служащих, который был очень похож на меня. Его удостоверение удалось подделать, а данные компьютерной сети были каким-то образом изменены…

– Каким-то образом? Не расскажете ли подробнее?

– Я не знаю, как именно, но все же это было сделано.

– Очень убедительный ответ!

Кейн почувствовал, что краснеет.

– Я – рядовой агент и не вхожу в руководство Сопротивления, – попытался он оправдаться. – Краточвил не счел необходимым посвящать меня в эти вопросы.

– Это тоже не объяснение, – оживился Камерон.

– Минуточку, – вмешался Лейт, – успокойтесь, пожалуйста. Мне кажется, я смогу внести ясность в этот вопрос.

Поймав на себе удивленный взгляд Кейна, он секунду помедлил и, стараясь не смотреть в его сторону, продолжил:

– В конце войны кому-то, очевидно, удалось решить проблему репродукции человеческих тканей методом клонирования…

Кейн с ужасом и недоумением вслушивался в слова Лейта. Столь фантастическая история никогда не приходила ему в голову. Ни его родители, ни люди из Сопротивления, занимавшиеся его подготовкой, ни разу даже не намекнули, что он представляет из себя что-то особенное. Но именно в этом Кейн вдруг уловил особый смысл. И чем больше он размышлял, слушая капрала, тем большую значимость видел в собственном предназначении. Теперь ему стало понятно, почему Краточвил и Маринос так небрежно отнеслись к возможности идентификации и почему так удивительно точно совпали медицинские данные. Вся основная работа была проделана еще двадцать шесть лет назад.

Лейт закончил свою речь, и несколько мгновений в комнате стояла тишина.

– Ну что ж, теория очень интересная, – сказал наконец Тримейн. – Однако совершенно бездоказательная.

– Примите ее в качестве основной гипотезы, – предложил Лейт.

– Хорошо. – Тримейн взглянул на Валентайна. – Пока мы можем принять и такое объяснение. Поступим следующим образом: мы предоставим вам информацию о ветеранах, а вы посвятите наев свои планы относительно их освобождения.

– Согласен, – ответил Лейт.

Совещание закончилось, и Кейн, сорвавшись с места, направился к выходу. Ему необходимо было побыть одному и осмыслить услышанное.

Погруженный в раздумья, он не заметил, как Ноук с Мердоком осторожно проследовали за ним.

Клон. С точки зрения биологии, это потомство одной клетки, или более высокоразвитый организм, полученный путем неполового размножения, то есть, по сути, вегетативно. Значит, он, Аллен Кейн, является генетически однородным дубликатом другого человека. До сих пор он считал, что его персональное обучение является традиционным методом Сопротивления при подготовке агентов. Но теперь Кейн уже не был в этом уверен. Его особая подготовка, оказывается, началась еще до того, как он осознал, что существует на свете. Он думал о том, что, может быть, сейчас по земле бродят еще несколько специальных агентов Алленов Кейнов и ждут своей очереди.

«Марионетка, – подумал он. – Клон – марионетка, чьи оборванные нити с готовностью подхватил Лейт. А теперь еще и Радикс старается присоединиться к нему. Клон. Я должен что-то чувствовать? Или нет? Гнев, негодование?»

Кейн думал о том, что всю жизнь считал себя личностью, индивидуумом.

Но, оказывается, близкие лгали ему, а кто-то, возможно, и посмеивался над его наивностью. «Наверное, я должен чувствовать стыд», – подумал Кейн. Но единственное, что он сейчас ощущал, – это оцепенение, почти ступор. И еще то, что он не выполнил своего предназначения. Видимо, давала о себе знать уж слишком «особая» подготовка, и постепенно оцепенение начало сменяться какой-то внутренней злостью. Кейн неожиданно понял: несмотря на это ошеломляющее открытие, он не свернет со своего пути и сдаваться не собирается…

– Кейн?

Возле комнаты отдыха кто-то его ожидал.

Кейн остановился, пытаясь отвлечься от мрачных мыслей, и узнал Лайэну Роудс.