Тимофей Царенко – Живой (страница 19)
А ещё система всех этих интересных людей никак не идентифицировала.
Я повернулся к камерам.
— Здравствуйте, уважаемые зрители! Разрешите вам представить команду отборных ублюдков! Каждый из них обязательно попытается меня убить. И скорее всего, кому-то это удастся. Теперь давайте познакомимся с ними поближе.
— Мужик, ты бы заткнулся, — буркнул Громила, когда я сел напротив.
Он оперся на локти и пристально меня разглядывал.
— Слушай, чувак, вот объясни мне, ты-то чего паришься? — я не воспринял угрозу. — На меня посмотри внимательно. Ты же таких, как я, кушаешь на завтрак. И не наедаешься. Я в игре всего пару дней. Ты меня в этой особой зоне убьёшь и не вспотеешь. Кстати, я Живой!
— О, рядовой по званию? Серьёзно? Как это тебя угораздило? — в голосе Громилы натуральное сочувствие. — И откуда такая отрицательная человечность? У меня и то выше!
— Я обаятельный и хорошо стреляю, — беспомощно развожу руками.
— Из пулемёта по детскому саду? — заржала девушка с кривыми пальцами.
— Не будем о грустном. Каждый из вас легко может задать любые вопросы моему остывающему телу. Мужик, лучше расскажи, как ты меня убивать будешь? А я тебе водки хлебнуть дам.
Даже в такие непростые времена надо заводить друзей.
— О, это тема. Но ты, Живой, не переживай. Я тебе просто шею сломаю. Почти не больно, — Громила ответил уже с изрядной теплотой в голосе.
В желудке образовался холодный ком.
— А ты как сюда угодил? По пьяни удушил кого-то? — я состроил заинтересованную рожу.
— Ага, целый бордель. Они мне змею душить не захотели!
Громила захохотал. И присосался к бутылке.
— А как вас звать, уважаемый? Если не возражаете, буду звать вас Громилой.
— Иди в жопу! — отмахнулся Громила.
Потом вернул бутылку. Выпил он едва ли пару глотков. А ещё я видел, что глазами он не улыбался, хотя и смотрелся увальнем-весельчаком.
— Мадам, водки? — протягиваю подношение зеленоглазке.
— А давай. И если тебе интересно, то я тебя выпотрошу. И кишки намотаю на шею, — Рапунцель, наоборот, присосалась к бутылке основательно.
— И за что вас сюда? Выпотрошили насильника, который покусился на ваше прекрасное тело? — я демонстративно подкатывал шары.
— Скорее наоборот. Люблю чувствовать власть, знаешь ли. Я умею подключаться к нервной системе другого человека.
Лысая красотка сексуально облизнула пальцы. Из их кончиков за языком потянулись крохотные хоботки.
Меня едва не стошнило.
— О, тогда расскажите нашим зрителям, как вы меня планируете убить?
— С чего это «планирую»? Я и убью тебя, мальчик, мы в разных весовых категориях! Ты же не боишься, допустим, канарейку? Или голубя? У тебя нет ни единого шанса, мой бедный голубок.
Девушка улыбнулась, и её зубы зашевелились. Я не удержался, икнул. И это мне ещё крупно повезло, что не обосрался.
— Ну так это… Вон те милые джентльмены будут рады убить меня при первой возможности, и мы с вами можем разминуться. Прошу меня извинить, если не приду к назначенному часу, — вздохнул в притворном сожалении.
— Ох, как жаль, что мы не познакомились раньше! Какие изысканные манеры! Знаешь, ты мне понравился, Живой. И если тебя все же интересует, как именно я тебя теперь убью… Тебе будет очень приятно умирать. Даю слово! — и Рапунцель лизнула меня в щёку.
Я не успел отшатнуться. На щеке остались крохотные порезы. Выступила кровь.
Господи, я явно умею нравиться женщинам! Или аппетит вызываю. Сказать наверняка сложно.
— Если я не успею удрать, то прошу вас уступить даме место.
Это я обращаюсь уже к Бандосам. Те коротко переглядываются.
— Мы тебе вот что скажем, мужик. Мы убьём тебя быстро и максимально эффективно. Мы победим в этой игре, потому что мы — лучшие!
Голос был молодой, но «под крутого». Они что, состарили себе внешность, чтобы выглядеть солиднее? О боги, да лучше бы они ширялись!
— Да, мы лучшие! Запомните это и ставьте на нас свои деньги! — добавил второй, обернувшись к камерам. — И шлите донаты! Мы круты и безжалостны.
Эй, стоп, они мне что, зрителей отбивают? Отличный бестиарий подбирается. Какие-то форменные утырки и жулики. Ладно, идём дальше.
Водки я, кстати, типам не предложил. Перетопчутся.
— О, я думаю моим зрителям будет интересно, кто же ещё нам повстречается на пути! Все эти люди, они же милые и замечательные. Вы когда-нибудь встречали настолько интересных личностей? Прошу все средства, вырученные на патентах результатов исследований психических травм и устойчивых девиаций, донатить на мой счёт!
Идея хорошая, кстати. Как бы узнать, можно ли эти донаты обналичить?
В интерфейсе появилась новая иконка в виде кошелька. Она непрерывно моргала, счётчик поступлений постоянно рос.
— О, да мне уже накидали денег! Ой, как приятно! Спасибо! Я только что увидел, что вы всё это время мне донатили! Представляете, я был с вами весел и приветлив не потому, что получал за это хоть какое-то вознаграждение. Но, леди и джентльмены, воздержитесь! Деньги-то вы не печатаете. Лучше уж потратьте их на тех, кого любите! Боюсь, меня очень скоро убьют!
То, что я сегодня умру — далеко не факт. А деньги лишними не бывают. Наверно, это можно назвать попрошайничеством. Но давайте назовём это блогингом. О, точно, я теперь известный блогер! Никогда не рассматривал себя в подобном амплуа…
— Ну? А мне? — Киборг толкнул меня в бок.
— А, да, чувак, на, бухни! — я протянул ему бутылку. — А чего вдруг решил поговорить?
— Ты не опасен, — прозвучало в ответ.
Внимательно смотрю на собеседника. Тот отвечает мёртвым взглядом окуляров.
— Это ты из-за своих моргалок всё про меня знаешь? Клёвая штука. Где взял? — бесцеремонно разглядываю уродливый имплант.
— От танка отковырял. Он сопротивлялся и забрал мои глаза взамен.
Киборг отсалютовал бутылкой.
— Ну расскажи тогда зрителям, как ты меня хочешь убить.
Напрочь не представлял, что от этого типа ждать.
— Ты мне нравишься, Живой. Как мужчина нравишься. Привлекаешь.