Тимофей Кулабухов – Системная нежить. Том 2 (страница 8)

Переместил спавшие с меня штаны и обувь в сумку, заставил Темника аки младенца отнести меня в большой дом в другом конце деревни, найти спальню на втором этаже, уложить на жёсткую кровать, укрыть.

Убрал обоих моих неживых спутников в карты. Почти мгновенно уснул, но спал беспокойным сном.

Проснулся резко, беспокойно, сердце стучит. Сел.

На улице голоса, крики, ржание лошадей, всполохи факелов.

Поднёс дрожащие руки к лицу. Твою мать, у меня снова есть руки! Тонкие, бледные, дрожащие, снова проклюнулся системный голод. Но! Есть руки, есть ноги, есть возможность сесть! Захотелось немедленно пуститься в пляс.

Ладно. Восторги потом. Выходит, в пещере я не регенерировал и всё время проседал своим дряхлым здоровьем не потому, что сильно пострадал, а из-за гадкой богини. Может она собиралась меня забрать с собой и от души пытать, пока я схожу с ума от боли и невозможности спокойно умереть? Кажется, кто-то нарывается на грубость.

Вернёмся к шуму-гаму на улице. Кажется человеки устроены довольно предсказуемо.

Когда подкупленный мной отряд вернулся на базу с пустыми руками (что не так и удивительно, они же ищут жратву на тщательно разграбленной территории) и доложил об неуспехе, от их чуткого руководства не укрылась деталь о нападавших — монстре и колдуне, что не укладывалось в стандарты описания врага. Любопытство у военных работает просто — они послали карательный отряд чтобы дать ордынцам мзды. Теперь, найдя посреди деревушки куски сожранных туш, их внутренние детективы решили, что находятся на верном пути. В результате интеллектуального штурма им пришла в голову инновационная идея, что было бы недурно обыскать дома в деревне. Теперь группы по пять-шесть солдат рассредоточились и хаотично вскрывают все строения, переругиваясь и натыкаясь друг на друга.

Удивительно что ни ещё никто никого не убил. Впрочем, это я сейчас исправлю. Как говориться, кто к нам с чем зачем, тот от того и того!

В мою хатку тоже ввалились, нещадно выбив дверь (вообще-то она была открыта, но солдат такая деталь не волновала). Кроме поисков монстра, искали чем бы можно было поживиться.

Накинул невидимость, поигрывая пехотным ножом и пошатываясь от слабости, пошёл играть в Джона Рембо.

Эти придурки разбрелись по комнатам, и только старшина стоял в предбаннике и подбадривал их криками, часть из которых моё знание языка «шалагайский усреднённый» не распознавало. Пробелы в образовании, а ведь выражения цветастые и явно нужны мне.

Пехотный нож рассёк горло «крикуна». Шагнув к нему поближе, ощутимо цапнул его за шею, прокусил, позволил повалиться. Ну, первый пошёл.

Не снимая невидимости, подло нападал на солдат. Только последний понял, что происходит какая-то нездоровая херня, когда споткнулся о окровавленное тело своего товарища. Получив клевцом по темечку и стандартный укус в шею, он тоже затих и перестал оглашать криками хаос в безымянной деревушке.

Восприятие сразу показало, что я на верном пути. Однако, надо проверить и вторую технологию.

Вызвал Темника и придал ему оружие, которое когда-то забрал у торговца Жоры.

Черный меч рыцаря нежити. Редкий. Быстрое обращение от любого повреждения, повышенная прочность, аура страдания, побочный эффект — страх.

Темник с сомнением посмотрел на двуручный меч, который смотрелся в его руке несолидно, но не стал перечить.

Выпустил его и велел напасть на группу конников, но не трогать одинокого мужичка в плаще, потом почти сразу же метнуться в другой конец деревни.

Гуль-громила был тупой. Чего уж там. Как сказал один мой знакомый, юрист должен быть туп и эффективен. Вот Темник и был. Секунды за четыре он проколол всем верховым, а также и их лошадям животы как бармен прокалывает вишенки для коктейля, легко, быстро, безжалостно. Красавчик. Умчавшись на другой конец деревни он принялся не столь изящно крушить попавшуюся ему под руку группу копейщиков.

А я подло напал сзади на обнаглевшего от такой наглости мужика. Укол между рёбер, укус в шею. Единственное, я не заметил, что рядом с ним невзрачной тенью стоял какой-то пацан, который честно шарахнул по мне файерболом. Колдун, наверное. Был.

Пахло вонючей палёной шерстью. Надо думать, моей.

Принудительно обратить низшего 0/5? Да/Нет.

Да.

Мужик мне был засчитан жопистой системой аж за троих, а молодой пацан за одного. Он же не думал, что разозлённого гуля остановит огненный шар размером с апельсин?

Последнего в сегодняшнем счётчике (надо посмотреть, когда он обнуляется) я обратил раненого конника, который корячился поблизости.

Морда в крови и подпалинах, системный голод вовсю намекал что надо бы кого-то схомячить, на ходу достал пару кусков невкусного варёного мяса, съел и принялся творить бардак и насилие.

Когда ты владеешь блинком и невидимостью в одном флаконе, а твои противники потеряли командира, остальное — дело усердия.

Бегаешь, колешь, кусаешь, отскакиваешь, следишь за маной. Всего противников было порядка восьмидесяти, и они сделали одновременно две глупости, равномерно распределились по местности (чтобы их было удобнее перебить поодиночке) и попытались бежать. Два раза ха.

Может, став они в строй, используя лучников, был бы хороший шанс. Однако их тактик обращался сейчас в нежить, а рядовой состав вёл себя крайне глупо.

Никакого отдыха после боя.

Темнику не нравилась роль носильщика, однако я строго велел ему стаскивать погибших в тот сарай, где мы пировали до этого. Над большинством восприятие показывало заветную надпись «в стадии обращения». Удача на моей стороне, как говориться имеет место «бинго».

Оставил валяться на улице я только двух колдунов. Мужик уже обратился (по крайней мере система показала мне его как «гуль-боевой маг»), пацан ещё мучался. Старший маг завывал белугой, держа голову младшего на коленях и смотрел на меня со смесью страха, ненависти и мольбы.

— Спаси его, монстр!

— Вот тебе хрен. В смысле с ним уже все норм… Ну, в широком смысле этого слова. Ты не заметил изменений в себе?

Он продолжил выть. Усевшись рядом, честно дал ему полминуты прийти в себя, картинно вздохнул и отвесил ему богатырскую затрещину, от которой он едва не упал.

— Болезный, харе голосить, мёртвых разбудишь.

Он действительно заткнулся и посмотрел на меня странно.

— Открытие тебе, — продолжил я искренне злым голосом. — Номер раз. Ваша засада на меня, кхе… Это была моя засада на вас. Ну и проверить надо было, работает ли тут магия мёртвых. Открытие номер два, работает. Персонально тебе и твоему…. ээээ…. Похоже это был не абстрактный подручный, а вполне конкретно твой любовник. Кхе. Повестка вылезла откуда не ждали. Что ж, не разделяю, но не осуждаю. Так вот. Ты и он и многие вокруг теперь — нежить. Ты не почувствовал в себе изменений? Ладно. Поехали дальше. Ты слушаешься меня, я теперь твой новый командир. Поэтому, первый приказ, полезай в лампу, в смысле, принимай запрос на статус раба. Или я вас обоих со вторым голубком нашинкую, понятно?

Маг заскрипел зубами, но запрос принял и был немедленно привязан к одной из карт. Мельком глянул на его характеристики и присвистнул, кажется, он был матёрым колдуном.

— Теперь, пока мой крупногабаритный приятель стаскивает тела в сарай…

— Зачем ты это делаешь?

— Не твой дело и не перебивай. Так вот. Рассказывай мне в двух словах о своём мире, о вашей войнушку и богах, особенно как его, Крио, про монеторскую звезду. Можешь начинать, а пока твой приятель придёт в себя, у вас нарисовалась отличная возможность быть вместе так сказать, в смерти…

Пока Темник заканчивал, а парнишка действительно кое-как очухивался, я неторопливо кушал, колдуну тоже дал кусок мяса, пусть поест, после обращения всегда голод. И слушал, слушал.

Звали его Трог Харигай из Ска, на что мне было откровенно плевать. Их империя существовала вечно, а если объективно и без пафоса, то порядка трёхсот лет, а их мир не был интегрирован в систему в полном смысле этого слова. Возможно, тут сказалось повреждение «звезды» на ранних этапах.

Самые сильные в лучшем случае имели статус юнитов. Жрецы и маги научились превращаться в игроков системы (а если точнее, это она им это позволяла и брала нехилую плату) и развивать свои способности, что совершенно не устраивало ханов, королей, царей и прочих канцлеров, которые с вольными и нахальными одинокими игроками вовсю боролись, усматривая в них риск для собственной власти и авторитета.

Конклав Майр Эпит был по сути сообществом, братством, как раз-таки игроков, которые плевать хотели на богов и моральную сторону вопроса, разными способами смогли захватили власть, поддерживали друг друга и рулили религиозными вопросами по своему усмотрению, собственноручно назначив себя епископами и прочими кардиналами. Немало этому способствовало то, что один из углов монеторской звезды, в именно товарищ Крио, был «как бы бог», причём могущественный, но при этом никогда ни во что не вмешивался, не транслировал свою волю, не регулировал конфликты подданных, что приводило к бардаку и захвату власти.

Мой свежевыжатый друг колдун не был жрецом Крио (что традиционно для колдунов этой части мира), а сильным прокачанным юнитом, а посему с одной стороны — находился всю дорогу в оппозиции, а с другой стороны смотрел на конфликт более объективно, хотя свою точку зрения предпочитал сильно не озвучивать.