Тимофей Иванов – По следу добычи (страница 44)

Она посмотрела на них краем глаза и покачала головой:

— Ты собираешься сжечь меня. Но за что? Мы ничего не сделали ни тебе, ни моравам. Некоторые из нас даже нашли у вас после Великой Войны временное пристанище.

— Пока вас не выгнали, разглядев что вы из себя представляете — усмехнулся я, хотя и не знал всей подноготной.

— Возможно наши и служителей природы взгляды не сходились, но тем не менее мы разошлись миром — ответила она — Между нами нет войны. Не начинай её, ты же не послушный пёс церкви.

— Я не начинаю, родная — на лицо сам собой наполз хищный оскал — Её начали вы, когда один седой выблRдок решил убить моего приёмного отца. С тех самых пор вы моя законная добыча. Не больше, но и не меньше.

— Месть порождает только месть, юноша — проговорил отпечаток души какой-то некромантши. А может и некроманта, картинку-то разную можно нарисовать — И это порочный круг, который непросто разорвать. А потому не стоит создавать его вовсе.

— Мудрые, красивые и благородные слова. Я бы похлопал, да руки заняты — в моём голосе было пожалуй даже слишком много сарказма — Только вот вас не £бала месть, когда вы вырезали ушастых. Вас она не £бала, когда вы пускали целые селенья под нож, поднимали нежить и отправляли её против бывших соратников. Вас она не £бала даже когда вы набирали материал в это ваше новое логово, маскируясь под бандитов. Так скажи мне, почему она должна £бать меня? Или лишь вы имеете право на месть, но никто не должен воздавать вам справедливой мерой за ваши собственные поступки?

— Ты не понимаешь, юноша — выпрямилась она, будто проглотила кол в праведном негодовании — Мы мстим за предательство тех, ради кого рисковали жизнями, теряли боевых товарищей и любимых. А то что хочешь сделать ты в корне отличается от нашего справедливого возмездия. Это другое…

Дослушивать я не стал, схватил посох телекинезом и кинул в кучу дров, после чего отправил в неё огненный шар и попросил пламя гореть изо всех сил. А затем проговорил:

— Да, это другое. Все те, кто вас предал, давным-давно сдохли от старости. А вы лишь бешенные звери, что из злобы мстят потомкам за грехи предков. Вот только даже сын за отца не в ответе. И вы всё никак не помрёте по доброй воле. Но я по мере сил это недоразумение поправлю. Аутодафе!

Отпечаток в посохе мне ничего не ответил, похоже слишком был занят борьбой с огнём. Я же всё прибавлял жару, от чего пламя стало аж белым, до последнего ожидая атаки. Только вот её так и не случилось, посох медленно, но верно сгорел дотла. А потом произошло странное. То, что живой некромант обозвал отпечатком, попыталось вырваться из круга. Я не видел этого глазами, но чувствовал нутром. Что-то металось вокруг меня, раз за разом натыкаясь на незримые стены. Но с каждой секундой всё медленнее. И в конце концов потеряло все силы и перестало быть.

— Ни хрена себе, сказал я себе — пробормотали мои губы — Это ж сраная филактерия. И кто-то звездит рядовому составу… Возможно даже заранее готовя себе новые вместилища.

Хм, Авизо конечно о таком финте ушами не знал, интересуясь у меня как это я помер и возродился в новом теле с прежними знаниями и памятью. Но сколько воды утекло с тех пор, как он оказался в своей темнице? Некроманты вполне могли придумать что-нибудь новенькое. Подпольщики сраные! Берии на них нет… Ну или кто там был главный специалист по ликвидации фашистских недобитков? Не важно. Важно то, что посохи нужно жечь со всем тщанием и мерами предосторожности. Но блин, я офигел и до сих пор выфигеть не могу!

Лорд судеб Волан-де-Морт, так же известный как матёрый рецидивист Володя-Морда, распихал свои крестражи непонятно куда и если бы не в меру инициативные идиоты, они бы там могли проваляться до скончания веков. А тут их аналог, с мерами предосторожности и срочной эвакуации, раздают рядовым членам организации. Прибьёшь какого-нибудь лича, а он опа и уже очухивается в другом месте. Возможно это конечно паранойя, но именно к такому развитию событий следует быть готовым. И я буду готов. Мы с Ахиллом не Гарри с Роном, из нашего казино так просто не уходят.

Интерлюдия 3

Винсент сидел в кабинете Ревнанта и мрачно цедил вино, в очередной слушая друга, который затянул старую балладу на новый лад:

— Нет, я всё понимаю и даже тебе верю. Но, Свет всеблагой, эльфийское-то зачем? Твой маг нарушил законы гостеприимства чтобы напоить некромантов досмерти? Они только от самого моего дорогого вина подыхают?

Придворный маг устало вздохнул:

— Пока что таких случаев не известно.

— Ну личей вроде бы вообще редко убивали — мотнул головой молодой граф — Монтилио, ты мой главный советник, так подскажи мне что делать. Я уже воздал герою почести и был щедр на награду. Но что мне сделать с вором? Почему ты до сих пор против того, чтоб я вообще об этом объявил? Тем более что две не в меру болтливые леди уже разболтали новости всем на свете. Двор и так судачит о старых легендах с древними празднествами.

— Я не прошу об этом не объявлять — вздохнул чародей, я прошу лишь проявить выдержку. Возможно мы чего-то не знаем. В конце концов Рэзор не показался мне жадным идиотом. Да и сир Винсент утверждает, что его товарищ довольно равнодушен как к деньгам, так и к хмельному. А значит у произошедшего есть некая другая причина.

— Ну а ты чего молчишь? — повернулся граф к рыцарю — Сам ведь его в мой дом притащил.

Сын лорда Фризни тоже вздохнул:

— Я сам понимаю не больше твоего. Но уж реши Рэзор спереть что-то ценное и исчезнуть, он бы точно не стал лазать по стенам, чтобы меня о чём-то предупреждать. Ушёл бы да и всё. Ну а про лесных нимф я ему сам рассказывал.

На это Рэвнант только бросил на него тяжёлый взгляд, но промолчал, сам приложившись к кубку с вином. Страсть рода Акани к этому напитку была общеизвестна. Причём не столько к тому, чтобы его пить, сколько к тому, чтобы именно коллекционировать. По легенде один из предков Ревнанта прожил значительную часть своей жизни на берегах Срединного моря и вернулся в отчий дом лишь когда с его старшими братьями случились трагедии. Более северная земля не могла похвастаться столь же богатыми виноградниками, как на юге, но однако страсть к детям лозы осталась и стала передаваться по наследству. Винные погреба замка считались чрезвычайно богатыми и по слухам уступали разве что королевским, хотя герцоги конечно были с этим не согласны. Однако друид ударил по довольно чувствительному месту. Даже реши он прикарманить какое-нибудь блюдо из чистого золота, это бы порицали, но скорее Ревнант отнёсся к причуде дикого лесного мага с юмором. В конце концов он сам с Винсентом, в бытность их оруженосцами, как-то подговорил друга прихватить с пира серебряные столовые приборы. Тогда они тихонько продали их на следующий же день, а затем завалились с деньгами в бордель, где благополучно спустили всё до последней монеты. После чего правда крепко получили от лорда Даштэ, но это уже совсем другая история. Два молодых шалопая с графскими родословными бывало чудили и не так. Однако сейчас они стали несколько старше и Ревнанта явно задели за живое. Впрочем он ещё не закончил с причинами своего раздражения:

— То, что по стенам моего родового гнезда маги ползают как тараканы, это вообще отдельный разговор и за уровень бдительности гвардии кое-кто понесёт ответственность. Дождутся, сира Друма над ними капитаном поставлю! Уж он, чтоб оправдать новую должность, заставит их подтянуться.

— Не стоит принимать скоропалительных решений — вставил свои пять медяков придворный маг — Сир Престон более чем неплохо справляется со своими обязанностями, а наш общий знакомый использовал магию, чтобы быть незаметным.

— А ты на что? — повернулся к Монтилио граф — Почему по стенам моего замка вообще можно ползать незаметно?

— Как раз потому что ни один маг в здравом уме и твёрдой памяти не решится на подобную авантюру — отозвался чародей — Камни замка зачарованы не только на прочность, к ним нельзя прицепится с помощью волшебы. Ваша светлость, вы знаете моих коллег не многим хуже меня. Кому вообще из них может прийти в голову ползти по вертикальной стене, надеясь лишь на ловкость собственных пальцев?

— Ну вот как видишь один ловкач нашёлся — буркнул граф — Уж сделай мне одолжение, ответственно отнесись к своей должности и придумай как избежать подобного в будущем. Не хватало мне, чтоб кто-нибудь однажды так влез в окно моей будущей жены!

— Я предприму все возможные усилия — сухо кивнул Монтилио, которому явно не нравилось, что его отчитывает его собственный воспитанник.

Правда возражать в данном случае было тяжело, недочёт в защите действительно вышел неприятный. Но кто вообще мог такое предвидеть⁈ Винсент мысленно усмехнулся. Маги в массе своей не блистали физической силой, их оружием были чары и разум, а не добрый клинок или сила рук. Даже если убрать в сторону тех, кто избрал себе мирную специализацию вроде алхимии или зачарования с артефакторикой, оставив лишь боевых чародеев, выяснится, что их можно перешибить пополам простым ударом кулака. Не все правда могут подобраться к ним достаточно близко, чтобы сделать это, но тем не менее никто из них действительно бы не доверил собственную жизнь лишь крепости своих субтильных мышц и не знавших тяжёлой работы пальцев. Друид же был из другого теста, даже посох для него являлся не только инструментом волшебника, но и банальной дубиной, которой противника можно неприятно отоварить. Рэзор имел привычку тренироваться с ним по утрам и несколько раз они с Винсентом спарринговались. Проиграл рыцарь лишь единожды, когда недооценил противника, сначала получив по башке, а потом обнаружив, что ему подбили колено. Больше он противника не недооценивал, всякий раз одерживая верх без особых усилий, но сам факт! Маг свалил рыцаря на землю без магии. Кому расскажешь — засмеют! Так что да, с такого станется пролезть там и так, где ни одному другому чародею в голову просто не придёт. Однако тему было бы неплохо сменить, пока Ревнант не пошёл на ещё один круг.