Тимофей Иванов – По следу добычи (страница 35)

— Оххххх. Ха. О-ха — сделали тут же мои лёгкие несколько жадных вдохов.

— Получилось⁈ — аж подскочил Винсент.

— Аха — попытался кивнуть я, но не смог. Мышцы отказывались по человечески слушаться, как будто я… отвык от самого себя, был пьян и чертовски устал. Веки аж слипались, никак не желая оставаться открытыми.

Барс повторил мои действия спустя секунду и его душа тоже стремительно влетела в привычное место, которое внезапно оказалось непривычным. На лапы подняться у него не получилось и он жалобно мявкнул. Рыцарь обеспокоенно проговорил:

— Да что с вами такое?

— Не знаю — не столько сказал, сколько прошептал я — Похоже потратили слишком много сил. Вытащите в лес…

Больше выговорить ничего не удалось, только обрывками слуха смог уловить слова Друма:

— Нужно сжечь остальные части сердца.

— Тогда тебе нужна кирка и понимание что крутить. А пока давай позаботимся о них.

На этом я окончательно отключился, увидев нас с барсом, идущими по Зелёному Пути.

Глава 16

В себя я пришёл с трудом, тело казалось свинцовым, а разум пытался уловить обрывки снов. Или воспоминаний. Мы с Ахиллом куда-то шли по Зелёному Пути без промежуточных шагов по кромке реального мира… Но куда? Не ясно. Осталось только смутное ощущение какой-то важной цели и зова. Тот не был облечён в слова, не походил даже на волчий вой, что собирает стаю или что-то подобное. Но тем не менее он определённо звучал и казался важным. А может просто был частью сна.

Сам барс лежал рядом со мной и так же успел проснуться. Покрутив головой туда-сюда я скривился, бестолковка начала раскалываться, как с похмелья. Зато удалось выяснить, что мы находимся на телеге и разлеглись на сене поверх каких-то дерюг. Сверху мерцали звёзды, рядом слышались голоса. Ну по крайней мере мы живы и не в склепе, это уже хорошо. Только ничего не понятно и шевелиться тяжело.

Однако лича я кажется всё таки завалили. Когда четверть его сердца была удалена с постамента всё произошло быстро, но видимо вытаскивать кусок органа из ритуального круга не стоило. Наверно надо было жечь на месте даже без полного понимания что именно делает узор на полу. Мёртвый урод буквально высосал из ошмётка плоти собственную силу и та позволила ему стать призраком. Или спроецировать призрака. Слабо я в науке труполюбов разбираюсь, чтобы утверждать что-то наверняка. Но одно можно сказать более или менее уверенно, у жмурика была максимум четверть его собственной богатырской силушки и этого оказалось вполне достаточно, чтоб гонять нас ссаными тряпками. Причём первым же ударом дать мне пинка из тела. Как он это сделал? Опять же половой орган его знает.

Вообще Корнегур говорил мне, что некромантия — это сложная и широкая наука, даже поднятие простенького скелета не самое простое дело. Там, на сколько он знал, на самом базовом уровне берётся мёртвое тело, готовится должным образом, а затем с материальной тушкой связывается некая хитрая магическая структура, своего рода заменитель души. Такие скелетики, ну или зомби, тупы как пробка и действуют примерно как роботы с примитивной программой. Даром что даже эти структуры вылизаны поколениями некромантов практически до совершенства. Со следующим этапом мы столкнулись той злополученной зимой, там в трупы не внедряли «программ», там в мертвецах были оставлены их собственные души, которым не дали уйти на тот свет. Так себе участь. Но одно дело работать с кем-то другим, иное с самим собой. Информации тут конечно было мало, но насколько я понял некроманту стать личом примерно так же сложно, как хирургу провести на себе операцию. Причём резонно сомневаюсь, что там что-то простенькое вроде удаления аппендицита, скорее уж аортокоронарное шунтирование. Однако Авизо, чтоб ему достались черти-трудоголики, на этом похоже не остановился и продолжал работать над собой любимым как доморощенный стритрейсер со своей тачкой. Видимо ритуал с четырьмя кусками сердца как-то разделили его сущность, а он планировал намутить нечто со своими кусками и потом собраться воедино. Ну или существовать в нескольких телах одновременно. Кто этих некромантов разберёт? Впрочем у него уже не спросишь и это пожалуй к лучшему. Друиды стоят за естественный порядок вещей, а подобные фокусы его по определению нарушают. Упал, умер, иди дальше на новое перерождение и в лучшем случае сохрани свою память, как это произошло со мной и регулярно случается с духовным лидером укунов, когда того побеждает старость. Ну или двигай в ад, рай, вальхаллу и далее по списку, уж во что верил. Не надо прибивать свою душу к мёртвому телу гвоздями и уж тем более трогать грязными руками чужие душонки.

А этот мудила меня тронул. Причём я даже не уверен, что тут была использована чистая некромантия. Скорее уж похоже на практики орочьих шаманов, коль скоро моё тело осталось живым. Правда Корнегур, а следовательно и я, о их способностях знали не слишком много. И дело даже не в том, что от зеленокожих проще получить звездюлей, чем информацию, не раз их люди били. Просто ими вообще мало кто интересовался, дикари же. Но однако было известно, что шаманы вполне себе умеют выходить из собственных тел, гуляя как по нашему миру, так и по миру духов. Звучит чертовски похоже на то, что происходило со мной и Ахиллом. Только мы не упивались настойками на каких-нибудь мухоморах для вхождения в транс и нас не топили в полосе прибоя, чтоб ввести в состояние клинической смерти. Хотя не уверен, что орки устраивают первый выход из физической оболочки именно так, тут приходится основываться на слухах. Может вообще опытный шаман стукает молодого ученика, но не как Древняя Кембертбэтча по груди, а прям по голове ритуальной дубиной. А может и правда по груди, мне-то призрак вломил именно туда.

Но как бы там ни было, а мотивация порой творит чудеса. Ахилл считал мои ощущения в этот момент по нашей связи и чтобы не дать врагу запинать меня сапогами умудрился сам выпрыгнуть из тела для драки. Медленно повернув голову, я прошептал:

— Может тебя того, к зеленокожим отвести? Ты вон тоже здоровый и клыкастый, станешь у них великим шаманом. Орки небось даже особой разницы не заметят.

Барс на это только издал тихое, раздражённое шипение. Зверь испытывал ровно те же неприятные ощущения, что и я, а потому тащиться хоть куда-то ему определённо не хотелось. А орки ещё и живут отнюдь неблизко. Я на это только усмехнулся, прошептав:

— Ясно. Но ты вообще подумай, шаману всегда самый вкусный кусок мяса положен, точно тебе говорю.

Как бы там ни было, а если с выходом из тела в теории хоть что-то было понятно, как и с возвращением в него, то вот наше временное объединение вызывало лишь новые вопросы. У орков вроде бы и что-то такое есть с тотемными оборотнями, но о том как объединяется зеленокожий и зверь известно мало. Корнегур мне о них вообще рассказывал исключительно в свете того, что существуют у дикарей и такие вот крутые перцы, они опасны, хуже пронимаются магией напрямую и до ближнего боя с этими клыкастыми ребятами лучше не доводить. У друидов… Вроде как был некий Сэлдив Ночной Волк, который мог физически объединится со своим серым побратимом, тот в него натурально впрыгивал, как в воду и значительно увеличивал физическую да магическую мощь. Но помер он лет четыреста назад, так и не поделившись этой тайной с Кругом. Мне вообще сейчас пришлось значительно напрячь память, чтобы о нём вспомнить, тем более что упоминал его наставник больше в разрезе управления молниями. В этом деле мужик достиг воистину впечатляющих высот и как раз передал ученикам с коллегами знания о том, как сподручнее устроить грозу с массовыми жертвами среди противника. Использовал ли он что-то похожее? Мать Природа его знает. Однако мы с барсом всё же каким-то образом стали единым целым и напинали личу, что не могло не радовать. Дело тогда приняло скверный оборот. Правда это не отменяет того факта, что опыт мне повторять не особо хочется. В моём теле мне вполне комфортно, а побочка хуже чем от самогона бабы Нюры, тело еле шевелится, башка трещит, сушняк… В общем полный комплект. Похмелиться что ли? Вдруг поможет.

Стоило об этом подумать, как моих ноздрей коснулся запах каши с мясом. Ну или скорее мы с барсом его наконец соизволили заметить. Хм, кстати после «инцидента» наша связь стала ещё прочнее, хотя и прежде её было не назвать слабой. К тому же кажется моя магическая сила возросла. Правда тут скорее следует винить поглощённого лича. Пока мы с Ахиллом были объединены, сила жмурика излилась из меня в мир, но сейчас моё духовное тело ощущалось перетренировавшимся что ли. Шла бы речь о физической тушке, сказал бы, что сначала слишком много тягал железа, а потом ещё пошёл на йогу, где меня почти посадили на шпагат и разработали заодно все остальные связки с суставами, не забыв о хребте. Ничего критичного не случилось, никаких духовных структур не порвано, но всё во мне от пропущенных через энергетику объемов духовных сил подрастянулось. Со временем приду в норму и стану только крепче, но сейчас мне явно не стоит браться за серьёзную волшебу.

И пожалуй на этом с ревизией воспоминаний и здоровья можно заканчивать. Надо вставать и искать что сожрать. Живот будто к спине прилип. Выбравшись из под шкуры, которой меня кто-то накрыл, я с некоторым трудом сел на телеге. Голова на пару секунд закружилась, но с этим можно было жить.