Тимофей Иванов – Между водой и камнем (страница 27)

Только вот увиденное им, мне категорически не понравилось. Барон и его маг валялись дохлыми, у его светлости ещё и головы не хватало. Рядом было три трупа пленников. А в стороне народ склонился над нашим предводителем и о чём-то яростно спорил. Так же было ещё пятеро пострадавших с нашей стороны, но они хотя бы выглядели относительно неплохо. Если не считать одного мертвеца с обезображенным лицом. На камни что ли упал так неудачно?

— Да говорю тебе, не жилец он — разобрал тем временем Невермор голос Лармина — Тут вон мозги видно.

— Не трожь — резко перебил его Руфус — Здесь половина не жильцы были с тяжелыми ранами, включая тебя, но ничего, чародей справился. Глядишь и сейчас не спасует.

— Дай-то Свет — мотнул головой человек герцога — Но по мне добить милосердней. У меня так товарищ умирал. Маг лорда Калибрана говорил, что дохлое дело. Даже если вылечишь, человек до конца жизни мебелью будет. Тело вроде и живо, да слюни пускает, потому что разум навсегда ушёл.

— Посмотрим. Не нам решать — вновь не согласился лучник.

Мда, слов у меня не было, одни выражения. И ни одного такого, которое можно произнести вслух в приличном обществе. Человеческая голова — штука загадочная не только для науки, но и для магии. Мозг дело тонкое. Восстанавливать его, это не кишки штопать, если сравнивать, то в требухе вообще ничего сложного нет. Мне как-то особо ничего тяжелее сотрясений и отёков лечить не приходилось. Угораздила же Винсента подставиться! И ладно только он. А ещё что-то мне совсем не понравились слова нашего проводника. С одной стороны всё понятно, мужика оторвали из-за нас от привычного быта и отправили в патруль, где он ещё и рану только что получил. Есть повод не радеть за здоровье рыцаря. А с другой подозрительно всё это. Чёрт, скажи он что-то более определённое, я бы не побрезговал его потом тихо из лагеря ночью умыкнуть и устроить сеанс иглоукалывания. Но тут даже к делу ничего не пришьёшь, а Лармин человек герцога. Я конечно в последнее время становлюсь каким-то отбитым, но у всего есть пределы! И за некоторые лучше бы не заступать, если нет нестерпимого желания иммигрировать в другое королевство. Даже если соглядатай «просто потеряется», нас тут всех не поймут. Особенно при возвращении без рыцаря, которому патруль получили. У герцога, как и у любого крупного аристократа, есть компетентная служба и она наверняка резко возбудится, начав задавать неудобные вопросы. Оно мне не надо. И тем более такая радость не нужна наёмникам, им-то свалить куда труднее.

Но как бы там ни было, а до второй части отряда я наконец добежал, крикнув:

— Свои! Что у вас случилось⁈

— Пленные освободиться пытались — быстро ответил Руфус — Барон этот сиру Винсенту голову камнем пробил и кинжал у него из-за пояса выхватил.

— Да какого ж ×₽@⁈ — ругнулся, второй раз за ночь падая перед раненым рыцарем на колени. Грёбанные камни, мне так скоро самого себя лечить придётся — Он же даже шевелиться не мог.

— Из него сам сир Винсент иголки достал, чтоб тот своими ногами шёл. Клялся перед этим, скотина, что пытаться сбежать не будет — просветил меня усатый лучник.

— Потом — коротко ответил я — Сейчас не отвлекайте.

Черепушка графского сына и правда сильно пострадала, ударили его чуть выше уха очень не слабо. Кровотечение я остановил, тут к счастью как обычно ничего сложного не было. А вот осколки кости, буквально вбитые в мозг — это очень плохо. Конечно придись удар на висок, было бы ещё хуже, но и так дело дрянь. Пришлось телекинезом медленно и аккуратно удалять инородные предметы, ещё недавно бывшие вполне себе родными, вливая целительную энергию в чужую думалку. Ещё бы у меня была уверенность, что она после этого будет нормально работать! Мать Природа, надеюсь хоть Винсент не превратится в дурачка. И маленькой девочкой себя считать не будет. Млять, жаль барона ещё разок убить нельзя. Прискорбно, но должен признать, что немного начинаю понимать некромантов. Поднял бы козла разумной и всё понимающей нежитью, а потом сжёг к чёртовой матери. Или к орочьим шаманам на поклон сходить? Они вроде могут призывать души врагов, а потом их мучать. Правда людей зеленокожие не любят так, что… Ах да, кушать нас они как раз очень даже могут, умеют и практикуют.

Винсент же помирать вроде как окончательно передумал, но в целом это ещё ничего не значило. Для начала он должен очнуться. Кости черепа я тоже наращивать побоялся. Пришлось лезть в «кладовку», доставать иглу с ниткой, дезинфицировать их и шить кожу по старинке, предварительно немного подбрив голову пациента вокруг раны и убирая волосы всё тем же телекинезом. А потом накладывать повязку из чистой тряпки. Дальше организм рыцаря должен был поработать сам, выравнивая давление в черепушке и делая ещё кучу всего. В таких сложных случаях, следовало довериться Матери Природе и не лезть своими кривыми руками в то, чего до конца не понимаешь. Это уже потом, если всё пойдёт нормально, будет смысл подстегнуть магией рост костной ткани. В конце концов волшеба — великая сила, с ней металлические пластины не нужны.

— Уффф… — выдохнул я — Закончил.

— Всё хорошо? — обеспокоенно поинтересовался Руфус.

— Пока не ясно — честно ответил я — Жить точно будет, но с мыслительной деятельностью возможны проблемы. Впрочем главное что не помирает, а остальное решаемо. Если что на горбу этого остолопа до своего учителя дотащу, а тот его точно на ноги поставит.

— Слава Свету — выдохнул стрелок с облегчением.

— Рано расслабляешься — проворчал я, переходя к болезному с ранами попроще — Как это вообще случилось? Рассказывай толком.

— Сир Винсент послушал барона и вытащил твои иголки. Тот с ним болтал, чуть ли не облизывая его благородство своим грязным языком. А потом якобы запнулся на ходу, взял с земли булыжник и ударил командира по голове, после выхватив его кинжал — повторил Руфус уже известную мне часть произошедших событий, но более подробно. Видимо пока я мытарствовал, он в голове прокручивал свою будущую речь — Затем освободил руки двум своим людям, шедшим впереди и отдав одному из них оружие прорвался к магу, работая кулаками. Вытащил часть иголок и чародей начал ворожить. Пока до них пробились, маг Блыга с тропы сдул, тот о камни внизу насмерть разбился. Но мы порубили всех, кто пытался сопротивляться, а остальных отмордовали, чтоб лишних мыслей не было. После этого отправили гонца.

— Просто блеск, демоны вас забери — скривился я, латая нутро очередному раненому — Вам даже связанных и паралитиков доверять нельзя.

— Мы…

— Вы про@бались хуже ссаных ополченцев — подвёл я черту под возражениями — А теперь отойди и займись чем-нибудь. Для разнообразия полезным.

Раненых было не слишком много, но кинжалом кто-то из мертвецов поработать всё таки успел хорошо. Чувствовалась опытная рука. Впрочем главное что труп только один, тот что отправился летать от заклинания воздушника. Жаль Блыга, глупо всё получилось, но хоть остальные живы.

Однако мага с бароном уже не поспрашиваешь о том, как они дошли до такой жизни, вся надежда на документы, которые могут найтись на корабле. Впрочем там вряд ли есть приказы идти грабить-убивать-насиловать-ипсти гусей. Сомневаюсь что такие вещи вообще доверяют бумаге. Разве что отыщутся какие-нибудь чисто финансовые заметки с именами работорговцев и суммами. Но толку от них мало, всё таки бизнес уродов законом не запрещён. Нельзя только порабощать свободных людей, а торговать вообще не проблема. Хруст французской булки им по самый вальс Шуберта.

Закончив с пострадавшими, я наконец встал в полный рост. Здесь нам делать больше нечего, надо шагать к пляжу и кораблю. Правда идея левитировать Винсента всю дорогу энтузиазма у меня не вызывала, за ночь и без этого наколдовался. Так что пришлось упереть посох в землю и начать проращивать корни, сплетающиеся в носилки. Тоже конечно силы потратить пришлось, но так оно значительно проще. Остальные раненые могли ковылять сами. Остались трупы… На рядовых налётчиков мне сейчас было откровенно положить, но вот тела мага с бароном пришлось забрать, как и их головы. Вторые я выдал Лармину под его ответственность, собираясь за ним понаблюдать. Первые были привязаны к верёвкам на руках пленников и те потащили их волоком. Один из пиратов правда утверждал, что у него сломана нога, но звездюль от Руфуса и моё предложение зарезать, чтоб не мучился, тут же вдохнули в бандита желание совершить пешую прогулку по живописным местам. Исцеление врагов не входит в мои добродетели, особенно бесплатно. Одного вон уже полечил, на пользу делу это не пошло.

А вся ситуация вообще по большому счёту выходила моим косяком. Можно сколько угодно сваливать вину на непосредственных участников и самого Винсента, как командира. Но я его заместитель, второй человек в отряде. Я должен был принять больше мер предосторожности. Должен был найти для рыцаря такие слова, после которых он не начал бы играть в благородство. Должен был предполагать, что вмешается человеческий фактор. Должен был в конце концов вставить Руфусу и прочим фитиля, уходя к кораблю, чтоб были бдительней. Постоянная бдительность, с@ка! Одноглазый волшебник из сказки про мальчика которого-×рен-убьёшь дело говорил. А я не подумал получше, не предусмотрел неприятности, не догадался о возможных проблемах заранее. Теперь свои косяки придётся разгребать. Чёрт, потому ещё в прошлой жизни не стремился к руководящим должностям, на них приходится отвечать за подчинённых. И потому в этой с удовольствием ушёл в тень рыцаря, оказывая магическую поддержку и не отсвечивая большую часть времени. В результате получилась полная параша. Следующим пленным, толково владеющим праной, переломаю руки и ноги так, что они при попытке побега смогут разве что кусаться… И пожалуй добавлю намордники для собственного душевного спокойствия. А наёмников придётся построить и снять с них стружку в лучших традициях непобедимой и легендарной советской армии.