Тимофей Иванов – И грянет буря (страница 5)
— Ребятки, разрешите присесть вместе с вами, — промолвила Рамми, подойдя к кругу из сидящих воинов. — А то все вокруг такие унылые, кажется, одни только вы развлекаться умеете.
— Я о тебе слышал, — пророкотал ближайший варвар, беззастенчиво осматривая Рамми с головы до ног. — Тебя будто бы кличут Лисьим Хвостом. Вот только…
Он потянулся к штанам Рамми, и без зазрения совести дёрнул их сзади, чуть обнажив одну ягодицу.
— Вот только где лисий хвост-то! Нету его!
Варвары взорвались дружным хохотом.
— А ты выпить дай и сам хорошенько нахрюкайся, — Рамми подтянула штаны. — Тогда и хвост увидишь, и рога, и копытца!
Дикари вновь хохотнули, и один воин протянул девушке бурдюк с настойкой. Рамми смело отглотнула, но затем вся покраснела, вытаращила глаза и надула щёки, стараясь не выплюнуть питьё.
— И как вы только… ох… такую-то дрянь… пьёте, — выговорила она, утирая выступившие слёзы. — Такое и дворфы не осилят. Да какие дворфы — дракона отравить можно!
— Не умеете вы пить, южане! — рассмеялся тот варвар, что высматривал под штанами лисий хвост. — Хотя до похода заглянул к нам один… Дед какой-то… как его там… Хмелем вроде звали! Так он хлебал это как воду!
Воины Стальных Мышц одобрительно закивали.
Рамми взяла другой бурдюк с медовухой, и начала расспрашивать варваров про самые ожесточённые битвы, в которых им довелось поучаствовать. Это была излюбленная тема диких воинов, потому они охотно травили байки, вплоть до брутальных деталей, — кто кому и что вырвал голыми руками — которые сопровождались наглядными жестами. Рамми кивала и понемногу пила медовуху. Привлечённые спорами о том, кто одолел самого большого и страшного врага, будь то медведь, огр или горный великан, всё больше воинов толпилось рядом с девушкой.
Она же украдкой поглядывала на совершенно голых соседей, ничуть не стесняющихся гостьи.
— Ох, ножки затекли от долгого сидения, — Рамми привстала, чуть пошатываясь. — Ого, я немножко запьянела…
Она прогнулась в пояснице, как бы разминая спину.
И вдруг почувствовала, как что-то упёрлось между ног. Бросив взгляд через плечо, Рамми обнаружила, что варвар уткнулся носом в попу, и обнюхивает её как пёс, шумно вдыхая ноздрями.
— Какое бесстыдство! — демонстративно возмутилась Рамми. — Не зря вас дикими называют, манерам не обучены!
При этом девушка ещё больше выгнула спину, чуть шире расставила ноги и оттопырила задницу, уткнувшись в лицо варвара. Он же с нетерпением обнюхивал её, суетливо водя носом от одной ягодицы к другой, словно голодный пёс, который всё не может решить, с какой стороны подступиться к заполненной лакомством миске.
Наконец, он сдёрнул штаны с Рамми, и вжался лицом в промежность, вылизывая её где попало. Язык случайным образом скользил то по губкам вульвы, то по клитору, иногда попадал по влагалищу или анусу.
— К-какое б-бесстыдство, — пролепетала Рамми, возбуждаясь не столько от плотского удовольствия, сколько от той животной и неотёсанной страсти, с которой ублажал дикарь.
Не дожидаясь и намёка не приглашение, варвары сгрудились вокруг девушки, и начали всюду трогать её. Причём делали они это не заботясь о нежности и аккуратности: грубо лапали за жопу или бёдра, щипали маленькие сисечки и дёргали за соски.
Рамми во всяких постельных битвах приходилось побывать, и почти все из них она воспринимала с задором. С таким же настроением зашла и к Стальным Мышцам. Но сейчас, в окружении распалённых дикарей, которые хоть обликом люди, но по натуре что звери, ей стало немного страшно. Однако уже было поздно отнекиваться, перевозбуждённые здоровяки теснили Рамми со всех сторон, теребя её за все части тела, и надрачивая большие члены.
— Братья, она обманула нас! — выкрикнул варвар, оторвавшись от вылизывания промежности девушки. — Я залез настолько глубоко, насколько смог, а лисьего хвоста не сыскал! За обман ответишь, плутовка!
— Ответишь за обман! — весело откликнулись прочие варвары.
Рамми и пикнуть не успела, как ей подбили ноги, и поставили на четвереньки. Без всяких прелюдий дикарь засунул толстый член в обслюнявленное влагалище, и сразу же разогнался до предела, пихая со всей скоростью и мочью.
Ошарашенная столь резким проникновением, Рамми выпучила глаза и широко открыла рот. Не теряя момент, варвар сразу же ткнул в него пенисом, и начал толкать его с не меньшей силой, чем товарищ позади девушки.
Другие варвары продолжали лапать Рамми, тёрлись об неё членами или постукивали ими по голове, спине и заднице. Трахаясь на первобытный манер, дикари даже не заботились, чтоб каждый толчок тазом достигал цели. Если член выскальзывал из влагалища, варвар не останавливался, чтобы вставить его обратно, а тупо пихал куда попало. Один раз так на полном ходу залетел в анус, заставив девушку крякнуть от неожиданности.
Стараясь занять место у рта или задницы, варвары отталкивали друг друга, а порой и обменивались тумаками, так что периодически вокруг Рамми вспыхивали короткие драки. При этом, даже трахаясь, дикари не переставали пьянствовать, так что иногда на девушку лилась медовуха, когда кто-то небрежно отхлёбывал из бурдюка.
Но настал черёд и для другой жидкости: зарычав, варвар плеснул в лицо Рамми спермой. А потом размазал её, водя членом по щекам девушки. Захрипел дикарь сзади и замер, спуская семя в задницу.
— Свали, ты тут не один!
Его ногой отпихнул товарищ, сразу же навис над Рамми, и нацелил пенис в широко раскрытое красное отверстие. Так дикари то и дело сменяли друг друга, иногда ставя девушку в разные позы…
Только спустя несколько часов она заковыляла наружу.
— Обманщица, лисьего хвоста нет у тебя! — бросил ей кто-то вслед.
У Рамми не осталось сил на ответ, раскоряченной походкой она кое-как добралась до шатра Спасателей. Там сидела только Хильда.
— Эй, ты чего такая помятая и вся взмыленная?
Рамми грузно опустилась на плащ, и привалилась к котомке.
— А? — Лисий Хвост откликнулась на вопрос только спустя несколько долгих мгновений, будто слова жрицы доносились эхом откуда-то издалека. — Да так… Ходила знакомиться с обычаями племён для расширения кругозора. Вот, была у Стальных Мышц.
Девушка говорила усталым и меланхоличным тоном.
— О-о, как здорово! — Хильда похлопала в ладоши. — Мне тоже надо к ним заглянуть! Миссионерством у них заняться, обратить в благую веру, познакомить с цивилизацией.
С Лисьего Хвоста разом слетела вся отрешённость. Рамми быстро подползла на коленях к Хильде, крепко схватила её за плечи, и затрясла, говоря тревожным голосом:
— Нет, Хильда! Тебе там делать нечего! Поверь мне! Не ходи туда, понятно⁈
— Ух… Ладно, как скажешь, — озадаченно ответила жрица, почёсывая затылок.
Через два дня орда зеленокожих зашла в ущелье. Выстроились племена варваров, готовясь к большому сражению.
Глава 6
Сражение
Боевое возбуждение охватило тысячи варваров. Вожди племён толкали речи перед воинами, над воздетыми копьями и топорами неслись воинственные кличи, которые, достигнув гор, эхом отражались по всему ущелью. Кто-то размахивал оружием, кто-то бил себя в грудь, а кто-то выкрикивал бранные слова в сторону зеленокожих. Степные Волчицы хором завывали подобно настоящей стае, дикари Стальных Мышц пригибались к земле и рычали.
Страшная армия берсерков, которая в любой миг грозила сорваться неудержимой волной, сметающей всё на своём пути.
Но и в куда более многочисленной армии зеленокожих царило боевое оживление. Ревели орки, копошились полчища гоблинов, тролли потрясали костяными палицами; от нетерпения огры раздавали тумаки всем, кто оказался под носом; горные великаны игриво вертели в руках метательные валуны, а шаманы и шаманки устроили ритуальные танцы.
Наконец, два войска двинулись навстречу друг другу. Тысячи против десятков тысяч.
— Пора и нам топать, — сказала Лабдорис, наблюдая за движением армией с подножия горы. — Держимся в тени рощ у края ущелья. Идём!
Брук с волнением тискал рукоять секиры, бросая взгляды на шагающих вперёд родичей. Он испытывал вину за то, что сейчас не находится среди них, в первых рядах.
Когда до зеленокожих осталось около трёхсот шагов, варвары заревели во всю мощь лёгких. Воины впадали в состояние берсерка. Достигнув боевого ража, они рванули на врага, не заботясь о его численном превосходстве и прикрытии флангов. Зеленокожие замедлились или приостановились, потому что прекрасно знали, сколь опасны варвары-берсерки. Но и знали также, что если выдержать первый натиск, то дальше биться будет куда проще.
И с той, и с другой стороны полетели копья, пращники запустили камни, лучники — стрелы, хотя последнего у варваров, предпочитающих ближний бой, было мало. Первые человеческие воины с размаху наскочили на ряды зеленокожих. Взметнулись и опустились боевые топоры. Брызнула алая кровь перерубленных гоблинов, орков и прочих нелюдей.
Орда дрогнула под натиском варваров, первые линии зеленокожих попятились.
— Идём, Брук, — Хильда мягко коснулась локтя воина, часто останавливающегося, чтобы оглянуться на сражение. — Мы гораздо лучше поможем твоим родичам, если исполним свою долю…
Пробираясь через сосновые рощи, Спасатели то теряли из вида поле брани, — скрывали густые кустарники и деревья — то вновь выходили на скалистые уступы, откуда хорошо просматривалось происходящее.