Тимофей Иванов – Быть собой (страница 49)

С одной стороны это проблема. Я не завязал никаких особых моральных связей, а потому так и не врос в местное общество, хотя казалось бы доппельгангеру сам бог велел, как бы странно это не звучало. Но я в первую очередь был не демоном, а человеком двадцать первого века, для меня местный колорит казался почти таким же диким, как кишлак где-нибудь в Афганистане. Во что тут врастать и ради чего? Чтоб у меня стало на пять баранов больше, чем у соседа, а сам Аким-паша меня уважал, как и местные старейшины? Такая себе жизненная цель. Нет, может если влюбился бы в какую-нибудь местную девушку без памяти, тогда бы во всём появился смысл и я бы постарался превратить «наш кишлак» в передовой и вообще самый-самый. Но я не влюбился. Особой цели не нашёл. Возможно её просто нет в этом мире, надо мне искать другой. И потому я чувствую себя кем-то вроде советского военврача со сверх способностями. Местные меня уважают и побаиваются, я стараюсь спасти как можно больше людей, но адекватно понимаю, что даже невероятно хорошей плетью обуха не перешибёшь и целую страну, не говоря уже о целом континенте, я не изменю к лучшему. А если попытаюсь, то это скорее всего приведёт к рекам крови, лить которые, закосив под императора или одного из герцогов, мне откровенно не хочется. Давно уже не юноша со взором горящим и тем паче не фанатик. Моё дело тут чуть-чуть помочь, там спасти отдельных людей, сям оторвать вампиру голову, а здесь нейтрализовать влияние демона и сделать людей малость сильнее. Да они не слишком отличаются от зеленокожих, но «болею» я всё таки за них, а не за орков. А если меня попытаются взять за жабры, то всегда есть вариант со сто первым приёмом каратэ, он же изматывание противника бегом.

Ничего из этого Ксандр конечно не узнал, хотя довольно долго пытался меня разговорить, регулярно подливая вина. Однако мою стойкость к алкоголю особо не прошибёшь, так что в итоге комендант признал своё поражение на ниве литербола и отпустил гостя с миром. Я же завалился отдыхать, а утром опять покинул Фриско, лишь заскочив по тихому к Валке. Тот ночному гостю, бесшумно пролезшему в окно не шибко обрадовался, но инструкции выслушал внимательно. В конце концов он один раз уже вполне успешно набрал бойцов, среди которых не было ходячего гнилья, кому ещё доверять поиск новых рекрутов в самом форте и за его пределами? А как отберёт новичков, так уже я пошарюсь по их головам, выискивая скелеты в шкафах или тайные намеренья. Глядишь можно будет потом разделить наш отряд на две рейдовые группы и летать между ними, коль скоро все заинтересованные стороны уже в курсе, что у меня есть крылья.

Закончив нарезать задачу и осмотрев остальных вояк, я убедился, что с их организмами всё нормально. Сколько я могу судить, никаких нездоровых изменений не происходило, всё работало нормально, а лишние конечности с тентаклями не росли. Это конечно не абсолютная страховка, в конце концов коль скоро существует синдром внезапной детской смерти, когда младенец просто ни с чего берёт и перестаёт дышать, то и тут может вылезти какая-нибудь дичь. Но ничего лучше регулярных «медосмотров», чтобы предупредить подобные неведомые проблемы, мне в голову пока что не пришло. Некстати опять вспомнились приснопамятные громовые воины, которые тоже были суперсолдатами, но созданными по не слишком-то проверенной методике. В качестве побочных эффектов у бедолаг вскрылись случаи заболевания раком и безумие. Подобные мысли опять же не добавляли радости, когда я смотрел на могучих бойцов, способных открутить обычному орку голову голыми руками. Надо было в прошлой жизни учится на врача, может сейчас бы были шансы предупредить возможные проблемы, но прошлое неизменно и поделать пока ничего нельзя.

А потому утром я благополучно покинул территорию форта, заодно сбежав от разговоров с охотницей. Всё равно ничего хорошего не скажет, а её начальство прикатит на разговор отнюдь не завтра, если вообще прикатит. Так что общение вполне можно одолжить на денёк другой. А пока заняться дальнейшей разведкой… Только наверно ночью куражиться не буду. Орки, как и люди здесь впрочем, довольно суеверны и не без причин. А ещё они умеют быстро обмениваться новостями. Вскоре в других стойбищах узнают о возвращении секиры человеком. Если после этого от «злого духа» не будет ни слуха, ни духа, а потом он появится в несколько более слабом виде, будет несложно заронить в орочьи головы мысль, что ритуал мира меня ослабил. А если вражду прекратить, то неведомому врагу прям совсем поплохеет. Было бы классно вообще создать у зеленокожих легенду о духе войны, который может опять проснуться, если с людьми прям по серьёзному зарубиться.

Но пока что эта идея так же была на стадии обдумывания, а я решил попытать счастье рядом с основным стойбищем племенного союза, его своеобразной столицей. В конце концов мне уже было известно настроение Шардана и тех его коллег, с которыми вождь так или иначе поддерживал общение. Теперь следовало копнуть в другом направлении, желательно при этом не влетев в какую-нибудь ловушку главного зеленокожего колдуна… Но возможно слегка и безобидно похулиганив. В конце концов уничтоженные кладовые с провизией или поединок с каким-нибудь малым дозором при помощи пафосного двуручника, раны от которого ну никак не похожи на те, что оставляют когти «неведомой твари» — это ведь безобидно по сравнению с закидыванием трупов орков к их сородичам в круг света костра или вырезанием целых рейдерских отрядов?

Эта мысль после переживаний о «жертвах» жертвах экспериментов изрядно подняла мне настроение и я понаслаждавшись полётом благополучно приземлился в районе «столичного» стойбища орков, начав свой неторопливый путь до первого секрета зеленокожих. Надо отдать им должное, даже в центре своих земель они не забывали об охране и недурно маскировались, хотя пока что магии и не было заметно. Всё таки дальние подступы. Зато на лёжке присутствовали два молодых воина с луками и их командир куда более солидного возраста с топором. Пошарить в их мозгах оказалось не то чтобы трудно и выяснилось, что с быстрым обменом новостей я не прогадал. Буквально вчера в поселении клыкастых всё кипело, бурлило и пенилось, а вождь с шаманом и старейшинами ругались, правда в основном на людей, а не между собой.

И первой претензией, что логично, был тот факт, что розовокожим нельзя доверять. Обязательно кинут! Не то чтобы это было далеко от истинны, люди, особенно болотники, действительно в прошлом ни раз заключали с оркам перемирие, но нарушали его с завидной регулярностью. Хотя конечно часты были случаи, когда местные ратовали за мир, а в рейды начинали ходить бойцы пришлых графских гарнизонов. Но и сами орки дискредитировали себя не меньше и было в порядке вещей, когда одно племя заключило перемирье, а через их землю прошло другое и напало на людишек. Ну не драться же из-за этого со своими, защищая розовокожих, да? Да и гонца с предупреждением не пошлёшь, не поймут-с, объявят предателем орочьего народа, человеческой подстилкой и вот это вот всё. Так себе радость в родоплеменном строе, от неё наверно вообще никогда отмыться не получится.

Впрочем это не отменяло того факта, что гранд-вождь обозвал моих недавних знакомцев нехорошими словами и велел шаману передавать своим коллегам, что людишки пытаются подобным образом посеять среди орков раздор и усыпить их бдительность. Я то ли надеялся, то ли опасался, что он предпримет карательный рейд к Шардану и его племени, но Дакрок проявил изрядную политическую изворотливость и на силовые меры не пошёл. Просто повелел отказаться от любых сношений с такими слабыми и глупыми соседями. Без меновой торговли тут конечно на натуральном хозяйстве любое племя проживёт, но однако вся эта петрушка переводила их в разряд парий. А потому им можно смело ждать набегов от своих. Хромой Олень подал руку белому человеку в своём вигваме, ату его! Тем более что «Хромой Олень» недавно лишился некоторого количества воинов и старшего шамана. Что ж такого соседа не пограбить под шумок?

Внезапно от размышлений меня отвлёк едва различимый металлический звук вдалеке. Орки его не услышали, моё ухо-то его уловило с трудом. Но он заметно выбивался из местной природной идиллии, так что я решил проверить в чём дело, расправив крылья. И через минуту полёта наблюдал прелюбопытнейшую картину. Молодая орчанка с помощью топора и семиэтажного забористого мата отбивалась от трёх «бугаев», один из которых орал ей в ответ:

— Да успокойся ты, дура!!!

— Прочь от меня ^#%_% [*_* — ответила дама непереводимой игрой слов.

Зеленокожие мужики могли бы без труда прикончить или ранить свою оппонентку, но при этом лишь отбивались, похоже ожидая, когда она выдохнется. И не без причин, всё таки любимая дочь вождя, которую я видел в памяти взятого за жабры колдуна, под чьей личиной время от времени куролесил. Сама же девушка судя по мешку и луку за плечами куда-то навострила лыжи, но по всем признакам её догнали и решили проводить в отчий дом. Хорошо бы знать точно, но к сожалению вся честная компания имела амулеты на шее, защищающие разум. Приземлившись поодаль, я почесал репу и пришёл к выводу, что раз уж шёл хулиганить, то надо хулиганить. Похищать дочь вождя это пожалуй слишком, так орки только сильнее оскорбятся, да и буйная она какая-то… Впрочем посмотрим по ситуации. А пока самое время нарастить на себе тяжёлый доспех, который лучше всего подходит к двуручнику, поправить шлем на обычный, чтоб никого не смущать ликом смерти и надеяться, что это убережёт меня в случае, хм, излишне импульсивных действий союзницы. В конце концов девочки существа эмоциональные, а Вионда и так на взводе да ещё с топором.