Тим Яланский – Печальные звёзды, счастливые звёзды (страница 53)
— Вы магистр или не магистр?! Сделайте хоть что-нибудь! Замёрзнем насмерть, — возгласы Наины сопровождались яростными попытками освободиться. — Не хочу в Новогоднюю ночь стать ледяной скульптурой!
В результате её активных действий шапка снега сорвалась с верхушки дерева и укутала Ивана Ветрова с головы до ног покрывалом снежинок. Вода тут же начала возвращаться в своё мокрое состояние и потекла за шиворот.
Иван попытался не обращать на ледяной душ внимания:
— Я магистр. Но что, чёрт побери, можно сделать, если мы привязаны к этой дурацкой ёлке в глухом лесу! Без гемма-накопителя3 я, как и любой маг, бессилен. Без проводника энергия не отвечает на зов.
— Мне и с ним не хочет отзываться, — чуть слышно произнесла девушка, открывая свой страшный секрет.
— Тогда какого чёрта ты делаешь в исследовательской экспедиции?! — Иван собрал волю в кулак, стараясь не показать степень возмущения выражениями покрепче.
Наина горестно вздохнула, но старалась оправдаться:
— Самостоятельно использовать потоки энергии не могу, но у меня были самые высокие баллы по теории! По всем дисциплинам академии! Я не виновата, что мой альмандин4 в момент слияния покрылся микротрещинами.
— Занятно, — вставил замечание Иван. — Он бесполезен?
— Ещё и блокирует способности. Вы же видели — его даже бандиты не отобрали. И вообще, в должностных обязанностях секретаря не оговаривается степень владения магией! — Девушка еле удержалась от того, чтобы показать язык оппоненту.
От незрелого поступка её удержало целых три соображения. Во-первых, ссориться с магистром магии страшновато, во-вторых, он — чертовски привлекательный мужчина. Наина была готова вечно любоваться его удивительными серыми глазами. Они временами меняли цвет на практически белый — казалось, вьюга затягивает радужку снегом, если начальник экспедиции гневался.
Ну и, в-третьих, из-за ёлки разглядеть её жест всё равно невозможно.
Иван, и не подозревавший о размышлениях девушки, саркастически ответил:
— Сотрудники Научно-исследовательского бюро по надзору за магическими существами должны уметь управлять энергиями. Хотя твоя история вызывает желание исследовать ваше слияние. Ты — феномен! Декан не предлагал выступить объектом научных экспериментов?
— Я не белая мышь для опытов! — Наина топнула ножкой от возмущения. — Сами-то хороши — а ещё магистр. Раскидали бы бандитов, и дело с концом!
Ветров осознавал, что разглагольствовать о магическом потенциале, когда ты привязан к ёлке, глупо, но старался быть терпеливым:
— Эти люди точно знали, что делали. Оглушили меня и отобрали гемма-накопитель.
— Ма-а-аленький он у вас какой-то, — протянула Наина.
— Зато алмаз! — фраза девушки не задела Ивана. Юношеские комплексы по поводу размера и вида кристаллического проводника магии он давно перерос. — Видел я страдания тех, кто связан энергией с крупными минералами. Никогда не забуду мучения старенького доктора, надёжно укутывающего друзу горного хрусталя. Очень уж хрупкая. Жаль, что только один камень за всю жизнь может отозваться человеку.
— А уж мне как обидно, — согласилась с ним притихшая девушка и вновь принялась умолять магистра действовать: — Ну, придумайте что-нибудь, Иван Константинович… Вы ведь практикующий волшебник…
— Нытьё не поможет. Что я могу предпринять? Сказать: раз, два, три, верёвочка, гори?
— Точно! Это выход! Попробую поджечь верёвку, иногда у меня выходило вызвать крошечный огонёк, — девушка решила сама справиться с трудностями и спасти магистра. — А потом пойдём искать вашу ледяную птицу, а то к начальнику новому привыкать…
Ветров с ужасом представил последствия плохо контролируемых попыток магичить:
— Наина, не делай глупостей! Попробуй себя спасти… А снежной птицы всё равно не существует. Декан мог сам выдумать легенду о новогоднем чуде. Он семьдесят лет гоняет добровольцев по этим лесам в Новый год. Не откладывают птахи яиц в двенадцать часов ночи, не выполняют желаний!
— Но вы же согласились искать.
— Если бы Олег Святославович не был моим другом, то плюнул бы на его затею! Даже если птица существует, стать хранителем чудес сможет только «чистый душой». Я уж — с моим боевым прошлым — точно не подхожу. Уволиться из бюро, что ли? — устало произнес Иван.
— А я думала, вы хотите у птицы попросить вернуть вашу невесту. Мы с девчонками ещё в академии читали историю ваших поисков — и романтика, и детектив! — Наина очень хотела узнать побольше о прошлом магистра.
— Опять сплетни…
— Не сплетни, а Величайшее исчезновение колдуньи! «Загадка Агаты» до сих пор мучает теоретиков магии!
— Лучше бы практикой занимались, чем чужие несчастья обсуждать! Старые хрычи ещё и многотомные труды пишут. Что эти стервятники могли знать об Агате?.. Лучше бы!.. — Иван одёрнул себя, закончив монолог почти шёпотом: — Все старания прахом…
Настроение магистра напугало Наину. Чувство вины наполнило сердце до краёв. Эмоции потоком рванули к мозгу, превращая слова в мучительное признание:
— Это я экспедицию провалила: отправила обе группы оперативников по ложным координатам, завела в ловушку! Мне платили за сбор информации и подрывную деятельность. Не увольняйтесь! Без вас бюро приберут к рукам предприимчивые людишки — они за сведения о магических животных душу продадут с почкой в нагрузку… Предала и ваше доверие, и Олега Святославовича, а он меня — неумеху — поддерживал всегда. Говорил, что настоящая магия не в камне, а в сердце живёт!
Иван слышал, что девушка плачет, но решил уточнить:
— Это ты им рассказала, где спрятан геммо-накопитель? Неожиданный поворот сюжета… Прав был великий Сунь Цзы5: «Будь как невинная девушка — и противник откроет дверь».
— Зато я их уговорила к ёлке вас привязать, а не убивать, — Наина попыталась скрасить ситуацию.
Иван хмыкнул:
— Думаешь, превратиться в ледышку лучше, чем умереть от пули? А тебя, шпионка, чего же оставили?
Наина лихорадочно обдумывала слова начальника и не находила ответа.
— Молчишь? Они оставили и тебя здесь умирать. — Иван говорил тихо, но каждая фраза набатом гремела в голове девушки. — Надо отдать должное их юмору — украсить ёлочку замороженными магистром и ненужным шпионом. Ребята озорные, с огоньком работают!
Слова Ветрова заставили Наину поверить, что ситуация безвыходная. Сквозь слёзы она стала рассказывать начальнику о планах нанимателей:
— Простите меня, Иван Константинович. Я кругом виновата. Им нужен был ваш гемма-накопитель, чтобы пройти в контору и вскрыть картотеку. Магических животных изловят и продадут на чёрном рынке. Эти мерзавцы даже аукционные лоты на каждое существо разместили в Даркнете6. Цены взлетели до небес, покупатели изнывают от нетерпения. Какой миллионер не захочет порадовать жёнушку экзотическим подарком на Новый год?!
— Значит, делят шкуру неубитого медведя, — вставил Иван ехидное замечание. — Может, и мне стоило поучаствовать? Получил бы гору наличности за единорога или мантикору.
— Иван Константинович, у вас уже мозг замёрз?! — воскликнула девушка. — Или я ошибалась в вашей честности? Думала, что умрёте, но не отдадите информацию.
Магистр сделал вид, что не слышит бывшую помощницу:
— Интересно, почём нынче единороги?
От возмущения девушка даже плакать перестала, затараторив:
— Единороги? Они действительно существуют?! Вы их видели? Можно их трогать?
— Можно, если девственница, — спокойно ответил Ветров на последний вопрос.
— Тогда мы обязаны освободиться и спасти их! — девушка стала активно вырываться, но задеревеневшее тело не слушалось её. — Сделайте же что-нибудь! Вы магистр или не магистр?
— Этот вопрос начинает серьёзно меня раздражать! — заявил, теряя спокойствие, Иван. — Я точно магистр, если только магистры умеют привязывать свой гемма-накопитель кровью. И не мёрзну, потому что свой алмаз не могу потерять. И уж точно никто не может его отобрать. Как в сказке, он тут же возвращается ко мне.
— Вы знали всё?! И заставили нас стоять на морозе целый час?! Изверг!
— Только догадывался. Теперь все факты в моих руках, а ребята из оперативных групп встретят бандитов при взломе конторы бюро.
Наина решила, что для одного вечера слишком много неожиданностей, и смиренно произнесла:
— Давайте быстрей покончим с формальностями, и я пойду отмечать Новый год в тюрьме.
— Какие у тебя желания экзотичны-ы-ы-е, — протянул Ветров. — Мы ещё должны снежную птицу найти — очень уж Олег Святославович просил. Так что — раз, два, три! Ёлочка, гори!
Как только Иван произнёс последнюю фразу, сотни маленьких огоньков вспыхнули на новогоднем дереве. Они перемещались по веткам, выстраиваясь в длинную гирлянду, толкаясь и спеша угодить волшебнику. Цепочка пламенных светлячков, словно пилой, разрезала кольца верёвки, связывающей магистра и девушку. Крохотные дети огня, выполнив первое задание, устремились к Наине, укутывая её в шубку из пламени.
— Ай, не жгите меня! Я же всё рассказала! — испуг помешал бывшей шпионке заметить, что огонь только греет.
Освободившийся Иван успокоил девушку:
— Идея с ритуальным костром интересна, но, пожалуй, подождём до Масленицы. Сейчас ты согреешься, перестанешь орать, и мы всё же попробуем увидеть настоящее чудо.
Огоньки по одному пропадали с одежды Наины, оставляя уютное тепло.
— Неужели вы простили меня? — Было заметно, что согревшаяся девушка пребывала в недоумении. — Почему?