Тим Волков – Переезд (страница 33)
— Белый «Уинтон» имеете в виду? — доктор повел плечом. — Думает, появится?
— Должен, — покивал чекист. — Рейли сегодня встречается с Блюмкиным. Если что б случилось, Рейли нашел бы способ предупредить. Яков бы не явился. Кстати, они с Рейли земляки — оба из Одессы.
— Рейли — не англичанин? — удивился Гробовский.
Валдис хмыкнул:
— По паспорту — да. Впрочем, паспортов у него много…
В ворота миссии въехал еще один автомобиль, красный спортивный «Роллс-Ройс», затем еще два «Руссо-Балта». Белый «Уинтон» так и не появился!
— Хм… да ему и некуда теперь, — рассеянно заметил доктор. — Весь двор заняли!
— Это хорошо, что заняли, — Гробовский неожиданно улыбнулся и потер руки. — Надеюсь, Иван Палыч, ты нынче увидишь свою ста…
— Вон-вон! Вон! — вытянул руку Иванов. — Явились, голубчики!
Прошуршав шинами, прокатил мимо долгожданный белый «Уинтон» с синими дверцами и капотом. Посигналив, остановился у ограды. Выбравшись из машины, водитель — смуглый элегантный мужчина в черном смокинге и лаковых туфлях — галантно протянул руку своей спутнице — обворожительной в своей юности даме в бежевом бальном платье с голой спиной и плечами.
Выйдя из авто, дама поправила шляпку, и прежде, чем исчезнуть за воротами, на миг обернулась — словно бы, любясь собою, оценивала — как вам я?.. Изящная худенькая шатенка с модной молодежной прической…
— Та самая! — узнав, ахнул доктор. — Текстильщица. Из вагона.
— Ну, вот, — провожая пару глазами, Гробовский довольно потеребил усы. — Кое-что проясняется. Сейчас и еще чего-нибудь увидим… Вот, Иван Палыч! Не зря тебя привезли — узнал все-таки… А еще спорил!
— Да ни с кем я не…
— Иван, — оглядевшись по сторонам, перебил Алексей Николаевич. — У тебя щипчики какие-нибудь есть? Ну, или пинцет там… ножницы…
— В саквояже, может и завалялось что. Я ж мало теперь практикую…
Открыв небольшой саквояжик коричневой кожи, доктор вытащил оттуда ланцет:
— Подойдет?
— Вполне! — усмехнулся Гробовский. — Идем, Иван Палыч, поможешь… Валдис! Будь добр — на шухере…
Оглядываясь по сторонам, старые приятели подошли к стоявшему у чугунной ограды «Унтону». Взяв ланцет, чекист ковырнул дверцу… под синей краской оказалась красная!
— Я так и думал! — удовлетворенно кивнул Алексей Николаевич. — Это одно и то же авто! Думаю, и та загадочная брюнетка… Иван Палыч! Ты что, колесо проткнуть хочешь?
— Да нет, — доктор выпрямился и задумчиво потер переносицу, словно бы поправляя несуществующие очки. — Глянь сам! Да-да, на колеса…
— Ну — грязные, — присмотрелся Гробовский. — Черт! Это же… красная глина!
— Похоже, они езди в Люберцы… к нашему заводу! — Иван Палыч покачал головой.
Чекист дернул шеей:
— Не факт! Мало ли такой глины? А, впрочем, будем проверять. Пока же запишем в загадки.
Дома тоже был свой шпион — София Витольдовна — и, кто знает, может быть, не она одна. На общей кухне, в коридоре, и даже у себя в комнате нужно было контролировать слово и лишнего не болтать. Хорошо хоть еще супругу попалась понимающая!
Итак, высокопоставленный чекист Яков Блюмкин связан с англичанами. Не только по работе — здесь, несомненно, есть и двойное дно. Он их использует, а они могу использовать его. Ко всеобщей выгоде, как бы цинично сие на звучало.
— Как же я мало знаю! — поднимаясь по лестнице, думал доктор. Мало… Об этом вот времени! Непозволительно мало.
А, впрочем, как и любой обычный человек. Спросите у первых встречных году в 2025-м — что случилось в 1918-м году? Ну, кое-кто, может быть, вспомнит покушение на Ленина, Гражданскую войну, «красный» и «белый» террор… А вот, что такое «заговор послов», кто такой Мирбах, Локкарт, Рейли… да тот же Блюмкин… Это — вряд ли.
Дома доктора встречала жена. Бросилась с порога на шею:
— Ой, Ваня…
— Милая! Ты чего не спишь-то?
— Да задремала… Потом вдруг слышу — машина! — Анна Львовна улыбнулась, прижимаясь к мужу. — Подумал вдруг ты? Глянула в окно — точно! Ну, пошли… ужинать, что ли.
— Скорее уж — завтракать, — расслабленно рассмеялся Иван Палыч.
Утром за ним заехала «Минерва» с шофером. Доктор быстро собрался и, вместе с супругой спустившись вниз, кивнул водителю.
— Анну Львовну в наркомат забросим?
— Конечно, забросим, Иван Павлович! — трогаясь с места, улыбнулся в усы шофер.
Громоздкий с виду автомобиль плавно набрал скорость…
Высадив Анну Львовну у наркомата народного просвещения, еще заехали в недавно созданный наркомат здравоохранения — товарищ Семашко хотел обсудить с доктором что-то важное.
Однако, Николая Александровича на месте не оказалось — вызвали на срочное совещание в Совнарком.
— Ну, что же, — Иван Палыч пожал плечами. — Тогда вечером загляну. Или завтра.
Уже спускаясь, доктор встретил на лестнице запыхавшегося молодого чекиста. Того самого серьезного парня с глазами-буравчиками, который арестовал завистника и предателя Бороду! Как же его… Максим! Максим Шлоссер.
— Иван Павлович! — завидев доктора, радостно воскликнул чекист. — А я вас ищу по всему наркомату! Я понимаю — некогда. Но, показания б с вас снять…
— По Бороде?
— Да нет, не по Бороде, — Шлоссер покривил губы. — По грузовику, который вы вчера видели в Люберцах. Наших я уже всех опросил… Может, вы чего добавите? Вот можно в секретариат пройти…
— Ну-у… грузовик, как грузовик… — усевшись на кожаный диван, протянул доктор. — Фургон с отрытой кабиной… Марки… как его… шофер говорил — «Вайт». Американский.
— Да-да, знаю, — покивал чекист. — Шофера, случайно, не разглядели? А, может, еще там кто был?
— Не, не видел, — Иван Павлович развел руками. — Темновато было, да и грузовик на скорости шел. Километров, наверное, тридцать… А что такое?
— Да угнали его третьего дня от военного склада… — махнул рукой Шлоссер. — А все кражи с военных складов у нас в ЧеКа! У меня, если конкретно. Потому, как считается — саботаж и диверсия.
— Поня-яатно… И много вообще воруют?
— Да случается… — чекист неожиданно усмехнулся. — Представляете, с авиационного склада ракеты списанные поперли! Ну, для аэропланов — аэростаты сбивать. Ума не проложу, они-то кому понадобиться могли, чертовы эти ракеты?
Ракеты! В Первой мировой войне⁈ Честно говоря, у доктора это в голове не укладывалось. Ракеты…
— Они только с аэроплана запускаются… — прощаясь, засмеялся Шлоссер. — В белый свет, как в копеечку!
Подъезжая к фабричному зданию в Люберцах, Иван Палыч вдруг увидел следы автомобильных шин, четко впечатавшие в грязи. Попросив водителя притормозив, доктор выбрался из машины…
Не этот ли грузовик встретился вчера у колодца? Не его ли угнали с военного склада? Зачем? А, впрочем, мало ли в Москве и Подмосковье машин? Может, это вообще легковая проехала.
— Грузовик! — глянув, определил шофер. — И видно, груженый. Вон, какой след четкий! А вот это… — он указал рукой. — Это — да, легковая.
Грязная повертка, куда свернули машины, огибала заброшенное здание из красного кирпича, ныряла в ольховыми зарослями, и дальше исчезала в лесу.
— А куда она ведет? — осведомился доктор.
— Да Бог ее знает, — водитель пожал плечами. — Деревень тут много, городков, сел. Одно слово — Московская губерния!
— Ну да, не так и далеко от Москвы…
Иван Палыч задумчиво посмотрел на заброшенное строение, коим вот так же вот любовался и вчера. Коли оно ничье, если нет хозяина в лице какого-нибудь наркомата, так, верно, можно и разобрать его на кирпичи! А кирпичи потом использовать для расширения фармацевтической фабрики, построить побольше цехов, лаборатории, гараж…
— Хороший кирпич, — одобрительно покивал водитель. — Говорят, тут раньше скотобойня была… А, хотя нет! Скотобойня — дальше. А тут — каретные мастерские.
— А чье они теперь? Ну, здание…
— Да черт его… То ли наркомата путей сообщения, то ли — почт и телеграфа.