18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Тим Волков – Мастер архивов. Том 4 (страница 14)

18

Они переглянулись.

— Человек, — прошептала черноволосая, спускаясь по стене, как паук. Её платье задралось, обнажая длинные, бледные ноги. — Зачем тебе эти грубые руны, эта магич? Мы ведь не враги. Мы подарим тебе удовольствие.

— Отпусти защиту, — вторая приблизилась с другой стороны, её волосы струились по плечам. — Мы покажем тебе то, что ты никогда не видел. Ты и представить себе не можешь. Тебе понравится.

Я молчал. Сжимал край одеяла, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Круг светился ровно. Суккубы не могли пересечь его. Но сколько продержится защита я понятия не имел.

— Мы чувствуем твоё одиночество, — черноволосая наклонилась, почти касаясь невидимой стены. Её лицо было в сантиметре от меня. Белое, гладкое, без единой морщинки. — Мы согреем твою кровать.

— Все твои желания, которые только захочешь, самые сладкие и запретные, — вторая сестра опустилась рядом, положила руки на пол, встав на четвереньки. Её поза была такой же откровенной, как и взгляд. — Пусти нас, человек. Всего на минуту. Мы покажем тебе рай. А потом уйдём. Обещаем.

— Обещаем, — эхом повторила черноволосая.

Я закрыл глаза. В голове был какой-то туман. На какое-то мгновение я даже подумал о том, чтобы и в самом деле открыть защиту… Нет, нельзя подпускать их!

— Уходите, — сказал я. — Уходите, или я…

— Или что? — рассмеялись они хором. — Убьёшь? Твоя магия слаба, человек.

— Не переживайте, ее хватит, чтобы поджарить вас, — ответил я.

И создал небольшой боевой конструкт. Огненный шар вспыхнул надо мной.

Суккубы зашипели, отшатнулись, но быстро взяли себя в руки.

— Ты не хочешь нас пускать, — сказала вторая, состроив грустное лицо, — тогда мы уйдём. Но помни: мы всегда рядом. И мы терпеливые. Мы дождемся, когда защиты не будет, и тогда…

Они взлетели к потолку, замерли на секунду, глядя на меня сверху вниз, и исчезли. Растворились в воздухе, как утренний туман.

Я выдохнул.

«Суккубы… Вот только этого мне не хватало. Надо же, не думал, что они существуют на самом деле!»

Я глянул на кота, тот беззаботно спал. Не проснулся даже от их голосов.

— Вот ведь шерстяной! Все ему ни по чем!

Сон уже не шёл. Немного подумав, я все же решил действовать решительно. Сколько мне просидеть в этом замке придется я не знал и эти клыкастые красавицы не самое лучше соседство. Так что нужно с этим разобратьмы прямо сейчас.

— Пока не стало поздно, — тихо произнес я.

И начал плести боевой конструкт. Не самый мощный, но достаточный, чтобы уничтожить тварей. С голыми руками лезть в их логово не стоит.

— Ты куда? — раздался сонный голос Арчи.

— Разберусь кое с чем, — ответил я, направляясь к двери.

— А я?

— Сиди здесь. И не высовывайся.

Кот что-то муркнул, положил голову на лапы и вновь уснул.

Я вышел в коридор. Лампы не мигали — сегодня они работали исправно. Тишина стояла такая, что звон в ушах казался оглушительным. Я шёл медленно, прислушиваясь, и вскоре услышал то, что искал — тихий, едва различимый шёпот. Он доносился из-за двери в конце коридора, той самой, что вела в соседний каземат.

Я толкнул дверь.

Помещение было небольшим, похожим на библиотеку. Стеллажи с книгами, стол, свеча на столе. И она. Рыжеволосая девушка — та, что снилась мне и которая мелькнула в толпе в городе. Она сидела на стуле, положив ногу на ногу, и перелистывала страницы какой-то старой книги.

Увидев меня, она не удивилась. Только отложила книгу и улыбнулась.

— А, гость, — сказала она. — Не дают спать мои сестры?

— Ты… — начал я.

— Марта, — представилась она, вставая.

«Отличная фигура», — невольно отметил я.

— А ты — Алексей. Мы знаем. Мы всё знаем о тебе.

— Откуда?

— Это не важно, — она подошла ближе, и я заметил, как из тени выступили две другие фигуры. Черноволосая и беловолосая.

— Вы? — я шагнул назад.

— Не бойся, — Марта подняла руку, останавливая сестёр. — Они не тронут. Я им не позволю. Давай я вас познакомлю, — она указала на белокурую девушку, — это Эльза. А это, — она кивнула на брюнетку, — Хельга.

— Марта, — черноволосая усмехнулась. — Ты не можешь нам указывать, что делать с этим пареньком. Мы равны.

— Остановись, Хельга. Нельзя же так с гостями. Ди к тому же вы что, не видите, насколько он силён?

Сёстры переглянулись. Их глаза — чёрные, без зрачков — уставились на меня, сканируя, раздевая. Я почувствовал, как по коже бегут мурашки.

— Силён, — сказала беловолосая, облизнув губы. — Очень силён. И от этого еще более привлекателен.

— Его дар… он огромен, — добавила черноволосая, делая шаг вперёд. — Он может дать нам столько энергии…

— Он может дать нам всё, — томно прошептала беловолосая. — С ним мы будем… сыты. Долго. Очень долго.

Марта вздохнула.

— Видишь? — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Они не могут контролировать себя. Голод застилает глаза. Но я… я вижу дальше. Ты не просто пища, Алексей. Ты — ключ.

— Ключ к чему? — спросил я.

— К свободе, — ответила Марта. — К выходу из этой клетки, в которой мы заперты столько лет. Но это — долгий разговор, к которому мы ещё вернёмся. А сейчас…

Она сделала шаг ко мне, и её платье колыхнулось, открывая ногу до самого бедра.

— Сейчас я прошу тебя уйти. Отдохни. Наберись сил. Завтра мы поговорим.

— Не уходи, — прошептала черноволосая. — Останься. Мы покажем тебе… рай.

— Хельга, молчи, — одёрнула её Марта. — Алексей, уходи. Пожалуйста.

Спорить с Мартой я не стал — чувствовал, что еще чуть-чуть и меня просто разорвут в клочья эти две ненасытные суккубши. Поэтому попятившись назад, я пошел прочь, от греха подальше.

За спиной послышался шёпот:

— Какой сильный…

— Какой вкусный…

Всю дорогу, что я шел, чувствовал их взгляды на затылке, пока не закрыл за собой дверь.

— Суккубы⁈ — выдохну кот. — Тебя что, так от утренней каши так прет?

— Я себя нормально чувствую и в полном здравии. И я видел их. Даже разговаривал.

Кот фыркнул.

— Суккубы? — переспросил он, садясь и оборачивая хвост вокруг лап. — Лекс, ты точно переутомился. Тебе кажется. Суккубов не существует. Это всё средневековые байки, чтобы монахов пугать.

— Ага, — я кивнул на потолок. — Посмотри туда.

Арчи поднял голову. Замер. Шерсть на его загривке встала дыбом.