Тим Волков – Курс на СССР: Переписать жизнь заново! (страница 19)
Примерно до обеда с трибуны лились речи, а зрители на трибунах терпеливо ожидали чествования передовиков и раздачи грамот и ценных подарков.
— Американские империалисты… В преддверье пленума ЦэКа… Мы все, как один… Повысить надои… — раздавались стандартные тезисы, но я особо не вслушивался в эти слова, даже едва не задремал, но тут зрители оживились. — Почетной грамотой награждается Иванцов, Федор Евгеньевич, тракторист… Пименова Юлия Федоровна, доярка… Иванова Клавдия…
Я успел взять несколько интервью, поснимать общие планы и выстроившихся в ряд на сцене передовиков с грамотами. Но, признаться, я откровенно заскучал. Ничего интересного не происходило, однако же я терпел, ждал чего-то особенного. Все-таки первое задание, пусть и не в официальной должности, но его нужно выполнить на «отлично», чтобы главный редактор в меня поверил.
А потом послышалась музыка и начался, собственно, праздник. Участники игр перетягивали канаты, бегали в мешках наперегонки, отгадывали загадки. С лотков продавали блины, пирожки, калитки и даже разливное пиво! Я с удовольствием выпил кружечку — по жаре-то самое то! Выпил бы и еще, но, увы, кончилось. Несознательные граждане набежали с бидончиками и раскупили вмиг!
Я сделал несколько снимков с праздничных мероприятий, тщательно следя за тем, чтобы плёнка не закончилась. А из концертных номеров мне больше всех понравилось выступление балалаечников. Очень виртуозное исполнение, закончившееся импровизацией классического «Дым над водой». Вот это было по-настоящему здорово! Знающие люди поняли, заулыбались. Парторг и председатель так и продолжали пыжиться, изнывая в костюмах от жары, практически ни на что не обращая внимания.
Не подкачал и народный хор! Красивые молодые девчонки в народных костюмах задорно пели, а зрители охотно подпевали.
А потом на сцену вышли участники местного ВИА и, слегка побренчав гитарами настраиваясь, после задорного вступления барабанщика дружно грянули в микрофоны хит этого времени:
— Не надо печа-алиться, вся жизнь впереди…
Ближе к вечеру начались танцы. Играл все тоже ВИА «Веселые сердца», но уже, как мне почему-то показалось, гораздо душевнее.
— Синий-синий иней лег на провода-а-а…
Ну, классный же диско-шлягер! Ноги сами собой в пляс пустились.
И девчонки так старательно отплясывали, с особым сельским шиком сохраняя полнейшую без эмоциональность. Стройная блондиночка в белой короткой юбке нарушив правила несколько раз стрельнула в меня глазами. Она показалась мне знакомой. Точно! Это же та самая девчонка, которая показала мне, куда идти на праздник. Я улыбнулся ей, и её карие глаза заблестели. Красотка!
Солист объявил белый танец, центр танцплощадки освободился, а парни выстроились по кругу, давая возможность девушкам сделать свой выбор.
— Извините… Можно вас? — робко произнесла та самая блондинка, приглашая меня на танец.
— Конечно, — обрадовался я. — И можно на «ты»…
— Меня Лена зовут…
— Очень приятно! Саша.
Я осторожно сжимал хрупкий девичий стан, ощущая под этой хрупкостью силу, которая присуща только деревенским девчонкам. Жаль, что песня так быстро кончилась! Лена вернулась к своим подружкам, а ВИА «Веселые сердца» неожиданно грянули «Мифов»:
Плясать мне, впрочем, не дали. Какой-то угрюмый амбал с приклеившейся к губе дымящейся сигареткой, выразительно толкнул меня плечом и, чтоб не осталось сомнений, просипел:
— Э, ты! Разговор есть. Отойдем?
Мама дорогая, а перегар-то — на гектар! У людей праздник, а он нахрюкался уже, да… Это не предвещало ничего хорошего. Лучше всего было бы его послать, куда подальше… Так ведь не отстанет же, гад! Я огляделся по сторонам. Похоже, он один.
— Ну, пошли…
Мы свернули за сцену, прошло в лесочек, к какому-то затянутому тиной водоему — наверное, пожарному пруду. А, может, это было и самое настоящее болото — ноги по мху пружинили.
— Н-ну? — пошатываясь, парняга выплюнул окурок.
Нет, он правда — один! Лет двадцать пять, лицо… не сказать, чтоб такое уж противное. Молодежная прическа, шатен… И прикинут неплохо: белая рубашка, черные вельветовые брюки… уже испачканные в грязи…
— Что — «ну»? — сжав кулаки, переспросил я.
— Ты че, тля, к чужим девчонкам липнешь?
— Я — липну?
Не слушая ответа, парняга набычился и бросился на меня, словно носорог. Я отпрыгнул в сторону, и мой дуэлянт, не рассчитав, с разбегу рухнул в пруд!
Вот это было зрелище!
Вынырнул, весь в тине… И погрузился обратно… кажется, начал тонуть! Нет, вот голова показалась…
Я подбежал к пруду и упал на колени.
— Руку! Руку давай!
Парень протянул руки.
Однако, тяжел…
— А вот вы где! — раздался разгневанный девичий голосок!
Лена!
— Лен, помогай… Тяжелый, не вытащить…
— Ага!
— И-и… раз-два…
Перемазавшись с ног до головы, общими усилиями вытащили этого громилу. Парняга уселся наземь, стыдливо опустив голову. Никакой агрессии он больше не проявлял, похоже, протрезвел. Холодная вода охладила ревнивца.
— Эх, Леша! — пытаясь хоть немного привести платье в нормальное состояние, укоризненно промолвила Лена. — И чего ты так напился-то? А? Не стыдно? На ответственного человека напал! А он журналист, на праздник к нам приехал, статью о нас писать. Что он теперь будет о нас думать? А? Колхоз наш позоришь… и бригаду свою, передовую… Эх, Алексей, Алексей… а я-то думала…
— Ле-ен… — Леша покачал головой. — Мне плохо, Лен…
— Я вижу!
— Нее-е… Я про председателя нашего такое узнал… Такое…
На следующий день главред Николай Семенович отпустил меня с обеда, а у Наташи как раз закончилась практика, и мы решили пойти в кино на дневной сеанс. По пути к кинотеатру я красочно описал впечатления от моей первой творческой командировки, особо остановившись на происшествии на танцплощадке и последующих событиях.
— Красивая девушка? — спросила Наташа, слегка напрягшись, и я удивился, что это единственный вопрос, который она задала.
— Красивая, — честно ответил я. — Но она чужая.
Наташу этот ответ удовлетворил, и она снова улыбнулась.
Мы купили в кассе билеты на «Укол зонтиком». Народу в зале было немного, десятка полтора. Мы выбрали удобные места. Свет погас и на экране появились первые кадры с титрами. Я приготовился наслаждаться игрой французского комика Пьера Ришара. Но тут экран погас и в зале снова вспыхнул яркий свет.
На авансцену поднялся мужчина в сером костюме и с непроницаемо-бесстрастным лицом вытащил красную книжечку:
— Товарищи, без паники! Мы — представители органов. Прошу предъявить документы. У кого их нет, пройдут с нами для установления личности. Всем рекомендую продумать внятное объяснение, что вы делаете в кинотеатре в рабочее время?