Тим Волков – Альпинист. Покорить СССР. Книга 1 (страница 15)

– И как? – внезапно спросил Петрович, закуривая вонючую сигарету – «Беломорканал».

– Что как?

Я подумал, что он имеет в виду первый рабочий день и хотел уже было отмахнуться – мол, терпимо. Но Петровича волновало совсем не это.

– В горы уже ходил с секцией своей? – прищурившись от густого, сизого дыма, произнес Петрович.

– Нет, еще не ходил, – ответил я.

Петрович покачал головой, задумался о чем-то своем. И вновь этот взгляд, туманный, отсутствующий, грустный.

– В горах сейчас хорошо, – сказал он, затянувшись сигаретой. И вмиг изменившись, вновь став самим собой, улыбнулся: – Что, устал?

– Нет.

– Да ладно врать-то, ек-макарек! – рассмеялся Петрович. – Вон, руки дрожат. Не переживай, это не всегда такие машины будут. Сегодня просто «удачно» ты попал. Теперь только к понедельнику завоз крупный будет, остальное по мелочи.

Петрович пожевал сигарету, глянул на часы, спохватился.

– Ек-макарек! Тебе пора уже! В школу опоздаешь! Давай, поторопись! В школу нельзя опаздывать и пропускать – а то таким же, как я, станешь, никудышным!

Я хотел сказать ему, что у меня есть в запасе еще пара часов, но старик практически вытолкал меня в коридор и, скоро попрощавшись, захлопнул дверь. В каморке тут же звякнула бутылка, и Петрович характерно выдохнул. Я не стал отвлекать его от поглощения портвейна и побрел домой. Хотелось успеть принять душ и переодеться.

***

Уроки показались мне блаженством – сидишь, слушаешь щебетание учительницы, тяжелые ящики таскать не надо. Иногда, вспоминая прошлую жизнь и пройденные материалы, уверенно отвечаешь, невольно привлекая к себе удивленные и восторженные взгляды одноклассниц.

А вот после уроков вновь начали сгущаться тучи.

Я вышел в коридор, собирался уже было идти домой, как кто-то свистнул, привлекая мое внимание.

– Ну что, снова встретились? – ухмыльнулся Костарев, выруливая из-за угла.

Я тихо выругался.

Рядом с ним стояли еще пять крепких парней, старше его. По жилистым рукам с бицепсами я понял, что со спутниками Костарева справиться будет гораздо сложней. А если быть предельно честным с самим собой, то преимущество явно на их стороне. Не одолеть мне их. Хоть тресни.

– Хочешь вновь поговорить? – спросил я, стараясь придать голосу как можно больше холода. – Не хватило в прошлый раз?

– В прошлый раз не совсем хорошо получилось с твоей стороны, – ответил Костарев. – Я ведь хотел с тобой парой слов обменяться, по-доброму, по-хорошему, а ты с кулаками сразу. Я не был к такому готов.

От возмущения у меня отвисла челюсть. Что несет этот придурок?!

– А сейчас ты готов, значит? – с трудом взяв себя в руки, произнес я, кивая на его спутников.

Костарев злобно оскалился. Ладони его сжались в кулаки. Спутники тоже приготовились метелить меня прямо в школьном коридоре. Воздух стал наэлектризован. Суждено быть побитым – так тому и быть. Но просто так я не дамся. Вот этого мордатого точно с собой в нокаут утащу. И Костарева, разумеется.

Чем бы закончилась эта потасовка, я не знал, но догадывался, что ничем хорошим для меня. Однако в дело вмешался случай. Из кабинета биологии вдруг вышел директор школы. Глянув на нас, сурово спросил:

– А вы что тут ошиваетесь? Звонок на урок уже был. А ну, живо по классам.

Спутники Костарева непонимающе глянули на него.

– Ну, чего стоите? Живо! – с нажимом произнес директор.

– Пошли, – выдохнул Костарев, понимая, что с директором шутки плохи. Потом глянул на меня, сказал: – В выходные продолжим наш разговор.

И ушел.

Я облегченно выдохнул и, провожаемый суровым взглядом директора, поспешил на урок.

После звонка я был сам не свой. Неприятности с Костаревым напрягали меня. Хотелось получать удовольствие от новой жизни и не знать забот, а не разгребать проблемы, которые накапливались, словно снежный ком. Впрочем, повторись тот момент с Костаревым, сделал бы я все так же. Навалял бы ему еще раз. Заслуживает.

Гад обещал проблемы в выходные, а они не за горами. Сегодня пятница. Завтра суббота. Хоть из дома не выходи. Но я не привык так. Не трус и никогда им не был. Хочет поговорить со мной – без проблем. Отхватить от его дружков не боюсь. Получу прекрасный опыт спарринга сразу с несколькими противниками. Парочку бойцов в нокаут я отправить успею. И пусть будет уверен Костарев, что среди этих двоих он точно окажется.

– Ну что, готов? – спросил меня Костя, догоняя на улице возле школы.

– К чему? – не понял я.

Парень сплюнул.

– Опять у тебя провалы в памяти? Совсем ничего не помнишь?

Меня это стало раздражать. Я отмахнулся от парня, пошел дальше. Но Костя быстро догнал меня, сказал:

– Ну ты чего? Дубинин же на этих входных собирался вывести группу в Каменку на два дня. Мы своей группой идем – я, Марина, Володька, Артем. Еще двое из старших идут, Генка и Клим. И вроде ты собирался. Ну еще до твоего падения. Заранее же все планировали.

– На этих выходных? – переспросил я, вспоминая слова, брошенные Костаревым.

– Ну да, – кивнул Костя. – Подальше от города, от людских глаз. Только мы, природа, лес и горы. Каменка – слабенькая гора, ее легко можно сделать. Даже для тренировки новичков. Но природа там – закачаешься! Из-за этого все и идем.

– Подальше от города? – повторил я, улыбнувшись. – А что, идея мне нравится! Пошли!

– Вот и отлично! Пошли тогда в секцию. Там подготовить инвентарь нужно. Ну и оформиться, как положено. Дубинин в этом плане строг.

Такой исход этого вопроса меня вполне устраивал. Это не бегство и не трусость. Но, как говорят великие мастера единоборств: единственное верное решение победить в поединке – это избежать его.

К тому же была еще одни причина, которая волновала меня сейчас не менее прочего. Марина. Она тоже должна была идти в поход. Я даже немного взволновался. Девушка она видная, красивая. Два дня в ее компании – это же просто рай! О таком только мечтать можно. Да, большая компания ожидается, но это не помеха для общения. К тому же остальные ребята, про кого сказал Костя, тоже все нормальные, юморные, с кем будет весело и интересно. С ними я уже успел познакомиться на своей первой тренировке.

За разговорами и обсуждениями предстоящего похода мы с Костей дошли до секции, где уже собрались все. Народ толпился возле рябины, самые высокие парни то и дело задевали вихрастыми головами птичью кормушку на проволочной петле, и та болталась, тревожно позвякивая.

– А почему не заходите? – спросил Костя, оглядывая всех.

Толпа загудела, каждый стал говорить что-то свое, наперебой, в разноголосье. Не сразу я услышал главное.

– Ну что вы разгалделись?! По одному, – попросил Костя. – Что случилось-то?

– Дубинин заболел, – ответил Генка из старшей группы.

– Как это заболел? – растерялся Костя.

– Да кто же его знает? – пожал тот плечами. – Говорит, температура сильная. Я звонил ему сейчас с проходной. Сказал, что сегодня тренировки отменяются.

– А завтра? – одними губами прошептал огорченный Костя.

– Поход тоже отменяется, – ответил парень.

И я понял, что призрачная надежда – не пересечься с костаревскими костоправами – растаяла так же, как и появилась.

Глава 7. Электричка

– Ну как же так-то?! – сокрушался Костя, ударяя себя кулаком по ладони. – Ведь все уже спланировали, и маршрут, и амуницию собрали.

И в самом деле было обидно. Не из-за того, что придется столкнуться с Костаревым и его дуболомами в выходные. Нет. Мне хотелось сходить в поход, хотелось на гору, хотелось ощутить высоту, вдохнуть воздух победы. А тут так все обламывается…

– А присутствие Дубинина обязательно? – спросил я.

Когда человек чего-то хочет, но что-то ему мешает, он не ищет оправдания бросить эту затею, он изыскивает пути выхода из ситуации. Вот и я искал.

– Дубинин должен с нами быть? – повторил я.

Вопрос оказался неожиданным, потому что все сразу затихли, задумались.

Первые мои мысли были категоричными – конечно же, должен, он же руководитель группы, как мы пойдем без него, мы ничего не знаем, пропадем. Я глянул на остальных и мне даже показалось на мгновение, что они думают точно так же.

– Ребята, я ни к чему не призываю, мне просто интересно, – начал оправдываться я, поняв, что запустил мыслительный процесс у всех.

Но было поздно.