Тим Волков – Альпинист. Книга 3 (страница 13)

— Не страшно, передвигаться могу.

— Я все же помогу, — сказал я, закидывая руку парня себе на плечо и давая возможность опереться на меня.

Мы добрались до гостиницы и к великой радости Теодора, Генка уже вовсю хвалился тем, что единственный из всех нас, кто смог покататься на заграничном скакуне. Мы скептически воспринимали его восторг, мотивируя тем, что катаний как таковых и не было.

— Ты просто посидел на его спине, — закатив глазки, сказала Марина.

— А потом шмякнулся! — добавил Клим.

— Да я… — задыхаясь от праведного гнева, прошипел Генка.

— Приехали! — прервал нас Теодор.

Мы выгрузились, помогли Генке выйти и доставили парня до его комнаты. Разошлись по своим. Надо отдать должное Теодору, с врачом он вернулся буквально через десять минут.

Доктор, судя по глубоким морщина на лбу и сдвинутым к переносице бровям, был опытен и не сильно рад, что его выдернули из смотровой. Но Генкину ногу осмотрел пристально, прощупал и даже смерил давление парня и пульс.

— Перелома нет, — констатировал он по итогу. — Все в порядке.

А потом выписал какие-то мази, таблетки, витамины.

— Я все куплю! — тут же засуетился Теодор, и они вместе с доктором поспешно ушли.

Все разошлись по номерам, и только я не горел желанием идти в свой. Спать в присутствии микрофона не было никакого желания. Поэтому я пошел к Лесе. Она приняла меня с радостью. Обняв меня за шею, она буквально втащила меня внутрь и тут же потянула к кровати. Я не сопротивлялся.

Всю ночь и следующее утро мы провели с Лесей в постели. Я смог, наконец, отпустить ситуацию и перестал беспокоиться о задании. Зачем переживать, если толку от этого никакого? В конце концов, не я вызвался во всем этом участвовать, а меня настойчиво попросили. А то, что агент не вышел на связь — так то не моя вина.

Правда есть одна мысль по поводу агента. Бредовая, конечно, но все же…

Третий день пребывания в гостях должен был быть самым сложном. Именно сегодня должна состояться встреча с премьер-министром. Будет множество прессы, будет строгий дресс-код, официоз и все максимально пафосно и серьезно. От одного этого понимания становилось тошно и скучно.

«Всего лишь одна встреча — и летим домой», — попытался успокоить себя я.

И тут же скривился — ведь обещал Кингу интервью. Добрая моя душа, пожалел старого сухаря. Да и про Молодова и Дубинина, про других достойных парней хотелось рассказать.

Поэтому одеваться пришлось раньше остальных. Леся с неохотой проводила меня к себе в номер, где я, все время опасливо поглядывая на часы, словно те могли меня цапнуть, принялся одеваться. Костюм оказался подогнан идеально. Я вертелся у зеркала, откровенно любуясь на крепкое свое тело, красиво упакованное в строгую одежду.

Потом в дверь постучал Теодор.

— Вы готовы? Я отвезу вас в отель раньше, у вас там запланирована встреча с Гарри Кингом, если я не ошибаюсь?

— Все верно, — кивнул я. — Поехали. Подождите мен внизу, я кое к кому заскочу.

Теодор послушно пошел вниз. Я же заглянул к Генке, поинтересовался его состоянием здоровья.

— Все в полном порядке! — ответил тот.

— Тогда сможешь пойти на ужин с премьер-министром?

Генка сразу же скис.

— Ну не сказал бы прям, чтобы совсем хорошо, отлежаться бы еще чуток… Андрей, можно я в гостинице останусь? Мне градоначальника Лондона хватило выше крыши. А сидеть с премьер-министром — лучше увольте сразу. Там же все эти камеры… Ты не разозлишься, если я тут поваляюсь?

— Конечно. Не переживай, справимся.

Потом заглянул к Лесе. Она обняла меня, пожелала удачи. Я видел в ее глазах легкую тревогу, поэтому сказал:

— Все будет в порядке.

До гостиницы «Рубенс пэлас» мы добрались без происшествий. Там уже все было оцеплено, а дорога перекрыта. Но нас пропустили. Повсюду охрана, и муха не проскочит. Внутри тоже все было битком набито людьми в строгих костюмах.

Журналист Гарри Кинг для интервью снял гостиничный номер на пятом этаже. В коридоре было гораздо тише, хотя на лестничных маршах так же дежурила охрана.

— Рад видеть тебя, Андрей! — произнес Кинг, открывая дверь еще до того, как я даже постучал в нее.

Я принял приветствие, пожал руку. Сказал:

— И я рад.

Я вошел внутрь и Кинг тут же закрыл дверь, причем защёлкнул задвижку, чтобы никто больше не мог войти.

Я улыбнулся. Значит догадка была верной. Можно перейти и конкретным вопросам, чтобы расставить все по местам.

Я вошел в комнату. И едва Кинг сел, спросил его, глядя прямо в глаза:

— Как мне вас называть?

Вопрос не удивил Кинга. Губы журналиста растянулись в улыбке. Некоторое время мы просто смотрели друг на друга, но в этом молчании сказали больше, чем если бы говорили весь день.

— Догадался? — наконец спросил Кинг.

— Догадался, — кивнул я, внимательно глядя на собеседника.

— На чем я прокололся?

— На сильном желании повторно встретиться со мной. Таком сильном, что даже готовы были пожертвовать своей карьерой.

— Мне нужна была эта встреча, — грустно улыбнулся Кинг. — Очень сильно нужна.

— Так как мне к вам обращаться?

— Георгий Королев, — еще шире улыбнулся агент. — Это мое настоящее имя. А лучше как обычно, чтобы потом случайно не ошибиться где-нибудь на встрече при всех.

Кинг сел на стул, кивнул мне.

— Присаживайся.

Я сел.

— Тебя проинструктировали? Нужную информацию сообщили?

— Да.

— Хорошо, — Кинг принялся хлопать себя по карманам пиджака, выискивая сигареты.

Я же не сдержался и спросил:

— В том интервью вы были максимально жестким, вопросы касались…

— Так нужно, — перебил меня Кинг, чиркая спичкой. — Когда делает вид, что пытаешься усилено выявить врага, то никто из окружающих не видит в тебе самом врага. Это мое прикрытие. Изначально я построил свою карьеру на телевидении как яростный антисоветчик. И это принесло свои плоды. Я до сих пор не раскрыт как агент. Меня зовут на множество мероприятий, где поднимаются вопросы по Советскому союзу, в том числе и закрытые собрания. Благодаря чему я могу держать руку на пульсе и в курсе всех событий. Это мое преимущество.

— Хитро придумано.

— А то! — улыбнулся Кинг. — Однако все равно в последнее время становится все более опасней. Думаю, они начинают что-то подозревать. Поэтому я и запросил Центр о встрече с агентом, чтобы передать всю накопившуюся информацию. Пока не стало поздно. Им оказался ты.

— Не по собственному желанию, — буркнул я.

— Понимаю. Все мы не по собственному желанию тут. Но такова наша судьба. Я хотел встретиться с тобой раньше, но пришлось прибегнуть к определенным действиям — чтобы отвести подозрения. Ну и интервью конечно тоже пришлось несколько жестче выстроить, чтобы подозрения не вызвать.

Я вдруг увидел тревогу в глазах Кинга.

— Вас подозревают? — осторожно спросил я.

— Пока открыто ничего не предъявляли. Но… — он сделал долгую паузу, за которую почти скурил всю сигарету. — Есть определенные моменты, по которым я могу понять, что тучи сгущаются. Думаю, в ближайшее время ко мне придут.

Это откровенно признание заставило меня впасть в ступор.

— И что же… вы просто так… об этом говорите⁈