Тим Уивер – Вороний остров (страница 17)
Поэтому Ребекка оставила Гарета в детской и спустилась вниз, а когда он появился на первом этаже, она сидела в гостиной и ждала его. Он замер на пороге, глядя на нее. Выглядел он скверно и казался бледной копией себя прежнего. «Что будет с ним дальше? – спросила себя Ребекка, – Каким будет наш окончательный разрыв?»
– Спасибо, – только и сказал он.
Какое-то время они молча глядели друг на друга.
А потом он ушел.
Как оказалось, после того случая стало лучше, а не хуже. Гарет прекратил пить и приспособился к новому распорядку. В начале июня он снял себе квартиру в четырех кварталах от их дома. Ребекка приготовилась к скандалам и спорам, к тому, что он будет нарушать договоренности, но ничего подобного не произошло. Скорее наоборот, после того как Гарет нашел себе квартиру и Ребекка разрешила ему водить туда девочек каждый раз, когда они договаривались об этом заранее, он заметно успокоился. Он вовремя забирал и возвращал Киру и Хлою, регулярно давал Ребекке деньги на дочек.
Конечно, определенное напряжение сохранялось, так как вопрос развода оставался висеть в воздухе, но пока ни один из них о походе к адвокатам даже не заикался. И чем дольше они вели жизнь разъехавшихся супругов, тем больше такая жизнь налаживалась, если так можно было выразиться. Ребекка приноровилась к новому порядку, и иногда они ходили куда-нибудь выпить с Ноэллой, пару раз она выбиралась с Джонни в кино, встречалась с друзьями, когда Гарет оставался с дочками, и выходила на дежурства в свои больницы, где по-прежнему трудилась внештатно. К середине сентября, через шесть месяцев после разрыва, Ребекка и Гарет продолжали сосуществовать в устоявшихся рамках, и Ребекке показалось, что она даже начала получать пусть крохотное, но удовольствие от этой жизни.
Но тут ей позвонила ее старая подруга Кирсти Коэн.
И после этого Ребекка совершила ужасную ошибку.
19
Пока Ребекка несла портативную рацию в переднее помещение заправочной станции, она тихо молила Бога о том, чтобы та заработала. Нашла кнопку включения, нажала и… Сначала экран зажегся оранжевым светом, а затем в середине появилась надпись «ВЫБОР УКВ» и несколько раз вспыхнула.
«Рация! У меня есть рация!» – закричала Ребекка в полный голос, дрожа от возбуждения.
В левой части экрана высветилась большая цифра 16, а справа – много различных символов и индикатор силы сигнала, как на мобильном телефоне. Из пяти столбиков три были насыщенного черного цвета, а оставшиеся два серого. Значит ли это, что рация может принимать сигнал? Ребекка понятия не имела, как функционируют такие устройства.
Она принялась рассматривать клавиши под экраном. Две были со стрелками вверх и вниз. Одна с символом, напоминающим кнопку обновления страницы интернет-браузера. Еще были два полукруга с надписями «ВЫЗОВ / ВВОД / НАСТР» на одном и «ПАМЯТЬ / ВЫХОД» на другом. Также присутствовал переключатель «УКВ-КВ-СВ-ДВ» (по диапазону волн, как поняла Ребекка, и еще кнопка, помеченная как «ПОИСК». Ребекка, не имела ни малейшего представления о том, что означает большинство символов, но про «ПОИСК» поняла сразу.
Она нажала на эту кнопку.
На экране появилась надпись «
Экран вернулся в первоначальное состояние.
– Что происходит? – она смотрела на рацию и глазам своим не могла поверить. – Проклятье! Неужели все впустую?
И вновь нажала на «ПОИСК».
В этот раз она поставила рацию на прилавок, посчитав, что руки у нее слишком сильно дрожат и не обеспечивают стабильного положения аппарата. Потом склонилась над экраном, следя за тем, как точки появляются и исчезают. В этот раз она постаралась ничего не загадывать. «Нельзя торговаться с судьбою, – на полном серьезе подумала она, – ведь в первый раз я эту несчастную рацию прокляла и теперь она мне мстит». Потом до нее дошло, что она пытается обмануть кусок пластика или вообще какие-то потусторонние мистические силы, и поняла, что ее накрывает настоящее безумие. «Не поддаваться!» – скомандовала себе Ребекка, но тут экран опять перегрузился, и значит, поиск не дал результатов.
– Черт!!! Вот дерьмо!
Индикатор силы сигнала теперь показывал не три, а только два столбика – но если рация работает как мобильный телефон, то этого должно быть достаточно, чтобы поймать хоть какую-то передачу, разве нет?
Ребекка перевела взгляд на крышку рации.
Там был тумблер с маркировкой «КАНАЛ».
Она повернула его в одну сторону и увидела, что число на экране изменилось. Теперь там горела единица. Она повернула переключатель в другую сторону и дошла до цифры 26. Проверив еще раз, что громкость включена, она стала переходить с одного канала на другой, проверяя каждый поиском.
Но везде слышалось только потрескивание статических электрических разрядов.
Тогда Ребекка вновь принялась методично проверять каждый канал, задерживаясь на них примерно по минуте. Прошло почти полчаса, но результата не было. Вдруг на канале под номером 16 она услышала что-то новое. Шум помех, а сквозь них какие-то звуки, напоминающие человеческий голос.
Слова!
Неразличимые, но точно слова, произнесенные и переданные.
Ребекка чуть не уронила рацию, когда попыталась ответить, потом прижала ее к уху и нажала на кнопку сбоку. Снова ничего, только помехи. Но ее уже было не остановить.
– Алло! Алло! Как слышите? Слышно меня? – повторяла она раз за разом. Прочистив горло, она заговорила снова: – Алло, ответьте, пожалуйста! Меня зовут…
Тут она замолчала.
Можно ли назвать свое имя? Она не знала, кто услышит ее на этой волне. А что, если это будет он?
Тот самый человек с зелеными глазами…
Ребекка вновь вспомнила лес, и запах только что вскопанной земли, и насыпь под сенью обнаженных корней деревьев… Теперь она засомневалась, разумно ли снова включить рацию.
А потом подумала: «А что, если это команда спасателей? Стоит рискнуть».
– Я вам звоню, – начала она и замолчала. «Звоню?» Так ли нужно говорить, когда пользуешься рацией? Впрочем, какое это имеет значение. Ей просто нужно сообщить, что она застряла на острове. Не называть своего имени, а только передать сведения о том, где она находится. – Если кто-то меня слышит, мне нужна помощь!
Она отпустила боковую кнопку и подождала.
Ничего.
– Мне нужна помощь! – повторила она, плотно прижимая микрофон рации прямо ко рту и намертво вцепившись в аппарат. – Я застряла здесь, потерялась, не могу вернуться домой. Помогите!
Ребекка замолчала и подождала.
Шум помех и ничего больше.
А потом раздался какой-то звук.
Она попыталась за шумом дождя по крыше здания заправки и за рокотом далеких волн расслышать, что же это было. И вдруг совершенно отчетливо раздалось:
– …для них…
Всего два слова и снова шум помех.
Она буквально впилась в рацию, нажала на кнопку и прокричала:
– Алло, алло! Вы меня слышите?!
Только помехи, только проклятый «белый шум» – и никаких голосов.
– Алло! – сказала она, наверное, уже в сотый раз. – Подаю сигнал SOS! Помогите, спасите меня! SOS! SOS!
Вновь стена помех.
А потом довольно отчетливо: «…к западу… координаты точки…»
Голос сказал «координаты точки» или «координаты
Она уставилась на экран рации, на номер канала. Неужели она себя выдала? Паника сдавила грудь, не давала дышать. «А вдруг это действительно он? Монстр с зелеными глазами? Вдруг он ждет меня, затаившись в засаде? Или он подслушивает переговоры и хочет узнать что-то обо мне и о Джонни?»
Она посмотрела на индикатор силы сигнала – по-прежнему только два столбика.
Наверное, из-за слабого сигнала голос в рации то слышен, то пропадает.
Она бросилась наружу на площадку перед заправкой, держа рацию перед собой, обежала здание, пытаясь получить более сильный сигнал, и внезапно наткнулась на объект, который раньше не увидела, – черный старый покрытый грязью «форд эксплорер» был поставлен на кирпичи и наполовину скрыт кустами и густой сорной травой. Она влезла на подножку, потом в кузов и там высоко подняла рацию над головой.
Только два столбика.
– Пожалуйста, – произнесла она, стараясь говорить четко и медленно. – Если вы меня слышите, мне нужна помощь. Меня оставили здесь, на острове. Умоляю, заберите меня!
А потом, когда она несколько раз прокричала «SOS», то уловила намек на ответ.
Какие-то слова, не до конца понятные, но точно произнесенные.
– …к западу… от створа…
«От створа» или «от острова»?
Голос в рации пропал, и Ребекка в отчаянии принялась озираться вокруг. Где бы найти какую-нибудь возвышенность, где прием будет более устойчивым?
Вдали она увидела возвышающийся над равниной пик Нуйяши. Похоже, придется забраться туда – другого пути нет.
20