Тим Уивер – Обгоняя смерть (страница 29)
— Я… Э…
— Ты загубил свою жизнь, вот что ты сделал, — сказал Эндрю, теперь голос его звучал сурово. — Тебе больше некуда было идти, не к кому обратиться. Поэтому ты обратился к нам.
— Я обратился к Мэту.
Эндрю ухмыльнулся:
— Нет, не обращался.
— Обратился.
— Нет. Мэта не существует.
— Что? — нахмурился он. — Я хочу видеть Мэта.
— Ты оглох?
Он взглянул в сторону двери.
— Что… где он?
— Я сказал тебе, — ответил Эндрю. — Его не…
— Я хочу знать, где он!
В мгновение ока Эндрю оказался перед ним и громадной рукой схватил его за горло. Вплотную приблизившись к его лицу, он сжал пальцы.
— Ты должен заработать право говорить. Поэтому никогда не обращайся ко мне так.
Эндрю оттолкнул его, и к нему тут же пришло воспоминание: он сидит, привязанный, к стоматологическому креслу, глядя на рослого человека в хирургической маске. Эндрю.
— Ты… — негромко произнес он, касаясь десен пальцами.
— Не говори ничего такого, о чем придется пожалеть.
— Ты выдернул мои зубы.
Эндрю молча смотрел на него.
— Ты выдернул мои зубы, — повторил он.
— Мы спасли тебе жизнь.
— Ты выдернул у меня
— Мы спасли тебе жизнь, — метнулся к нему Эндрю, руки его сжимались и разжимались. — Я хочу помочь тебе здесь, но с той же легкостью могу отдать тебя во власть тьмы.
Тьма.
Он сглотнул. Взглянул на Эндрю.
Он имеет в виду дьявола.
— Ты хочешь этого?
— Нет, — ответил он, подняв руку.
Эндрю помолчал, лицо его было безжалостным.
— Мне плевать на твои зубы. Здесь происходит кое-что поважнее твоего тщеславия. Скоро ты уяснишь, в каком положении находишься — и от чего тебя спасли.
Он тупо смотрел на Эндрю.
— Не думаю, что ты понимаешь. Поэтому оставил тебе почитать кое-что. — Эндрю указал подбородком на Библию: — Советую изучить помеченные места. Обдумать их. Начни ценить то, что стоишь в этой комнате и в груди у тебя все еще бьется сердце.
Эндрю приблизился.
— Но если будешь нам препятствовать, мы убьем тебя.
С этими словами он ушел.
—
—
—
Когда он проснулся, Эндрю сидел в изножье кровати. Он подтянул колени к груди, бросил взгляд на Эндрю и выглянул в окно. Раннее утро. Или, может, конец дня. Толком не понять.
— Читал книгу, которую я тебе дал? — спрашивает Эндрю.
Книгу. Книгу. Книгу. Он пытается найти воспоминание, искру, которая приведет его к книге, но не находит.
— Не помню, — тихо отвечает он.
— Это была Библия, — говорит Эндрю, пропуская его слова мимо ушей. — Та книга была Библия. Ты помнишь, что я дал тебе экземпляр Библии, так ведь?
— Нет.
Эндрю молча разглядывает его.
— Жаль, — наконец произносит он. — Мы обращаемся с тобой не так, как с другими, ты это знаешь?
— С другими?
— У тебя иная программа.
— Не понимаю.
— Твоя комната, еда, которую тебе дают, обхождение — не обычный способ работы. Не думаю, что ты понимаешь, как тебе повезло. — Эндрю озирается по сторонам, в глазах у него подозрительность. — Но я беспокоюсь из-за тебя, знаешь ты это? Ты думаешь, будто лучший способ исцелиться — противиться нам.
Он молчал.
— Я прав?
Он покачал головой.