Тим Миллер – Возвращение в Ад, штат Техас (страница 19)

— Значит, было бы лучше просто остаться там и позволить вам убить меня?

— Да, так и должно было быть.

Коул подошел к большому холщовому мешку, освещенному фарами «Bronco». Он открыл его, протянул руку и вытащил маленькую девочку. Дороти Вэлландер. Ее руки были стянуты за спиной, a вся голова была обмотана клейкой лентой, закрывающей рот. Коул притащил ее к Гарретту. Слезы текли по ее лицу, когда она пыталась кричать, но только приглушенно визжала.

— Нет! — сказал Гарретт. — Не причиняй ей вреда!

Крики повредили грудь Гарретта, и он кашлял кровью, выплевывая ее, когда говорил.

— Я не причиняю ей вреда. Ты сделал это. Как только позволил ей помочь тебе.

Дороти продолжала кричать, когда Коул достал карманный нож и спокойно воткнул его ей в грудь. Маленькая девочка визжала и брыкалась, а он резал ее от пупка до грудной клетки. Он сложил нож и положил его обратно в карман, а затем полез в отверстие в ее животе и начал вытаскивать кишки, позволяя им упасть на грязную землю.

Гарретт был не только в ужасе от того, что видел, но и от того, насколько Коул был спокоен, делая все это. Можно было подумать, что он небрежно менял масло в машине, а не вытаскивал органы Дороти. Кислый запах ее желудка вместе с хлюпающим звуком крови и скользких органов заставил желудок Гарретта вздрогнуть. Однако он не хотел блевать, не говоря уже о том, насколько это было бы больно.

Дороти закричала и забилась в конвульсиях, когда Коул снова полез в ее живот, копаясь, будто он что-то потерял в ее грудной полости. Она вздохнула и в последний раз вздрогнула, когда он вырвал свою руку, держа ее крошечное сердце в руках. Он позволил ее телу упасть на землю, отбросив сердце в сторону, как будто это была банка с содовой.

Гарретт почувствовал, как слезы катятся по его лицу. Не только от беспомощности его собственной ситуации, но и от того факта, что он только что убил ту маленькую девочку. Это не было похоже на Aд, штат Техас, с которым он столкнулся много лет назад. Tо была кучка тупых деревенщин и простаков. Это была совершенно новая порода. У них были машины, оружие, и они были более безжалостны, чем Гарретт или кто-либо мог себе представить. Гарретт задрожал, когда Коул снова опустился на колени рядом с ним, посветив ему в лицо.

— У тебя серьезный пролом в черепе. По крови, вытекающей из твоих ушей, я могу сказать, что у тебя серьезное повреждение мозга. Дрожь — от внутреннего кровотечения, от которого ты страдаешь. Ты умрешь через несколько минут. Но я хочу, чтобы ты кое-что знал. Я действительно должен поблагодарить тебя. Поблагодарить за то, что ты сделал здесь много лет назад. Да, ты убил всех в «старом городе», но им это было нужно. Они были настроены по-своему, слишком зациклены на своих идеях. Теперь они должны были создать меня и других, подобных мне. Или, по крайней мере, похожих на меня. Теперь, как ты можешь видеть, нас почти не остановить, и нас намного больше. Кроме того — дети. У нас есть целое поколение «Гелионов», которых мы растим. Это ты построил этот город, рейнджер. И теперь ты можешь умереть, зная это.

Гарретт прислушивался к словам Коула, а в это время его зрение начало ослабевать, и темнота сгущаться. Его мозг все больше насыщался кровью, и очень скоро это отнимет у него жизнь. Коул поднялся на холм, оставив мертвое, выпотрошенное тело Дороти лежать в нескольких дюймах от Гарретта. В темноте он видел ее открытые, мертвые глаза, как будто они смотрели на него обвиняюще. Он хотел сказать ей, что сожалеет. Если не можешь ничего другого, подержи ее мертвое тело минутку, хотя бы для того, чтобы утешить себя. Ничего из этого не произошло, поскольку его органы продолжали отключаться, и тьма, наконец, забрала его.

Глава 25

Нэш услышал грохот снаружи и рев мотора, который разбудил его. Он оглянулся, Джейд все еще крепко спала на своей стороне матраса. Между ними лежала мертвая девушка, с которой они играли прошлой ночью. Она не была мертва, когда они начали. Девушка была одной из подростков города. И он, и Джейд давно имели вкус к молодым девушкам, когда дело доходило до грубого секса.

Прошлой ночью они были слишком грубы. Не то, чтобы Нэша это волновало. Однако, он не хотел посылать сообщение другим детям в городе, что им угрожает опасность быть убитыми. Хоть все они и так знали, что их могут позвать в его постель в любую ночь. Прошлой ночью он был очень расстроен. Он засунул свой член ей в горло, что она восприняла не очень хорошо. Обычно они понимали намек и, по крайней мере, соглашались с ним. Эта же плакала и давилась, пока ее не вырвало на его член.

Вот тогда он и начал выбивать из нее дерьмо, пока она не перестала двигаться. Как только она отключилась, они с Джейд трахнули каждое отверстие в ее теле его членом вместе со всем, что они смогли найти. В какой-то момент она перестала дышать, но они продолжали свою безумную игру. Нахуй всё! Он заснул, прижимаясь к девочке, как к большому плюшевому медведю. Джейд заснула на своей стороне матраса, она все равно не была такой мягкой, как девушка.

Его обнаженное тело скатилось с матраса, он вскочил и натянул штаны. Выбежав на улицу, он увидел самосвал, ревущий мимо города и вниз по тропе. Ёбаный Коул!

— Коул! Черт возьми! — позвал Нэш.

Какого хрена ему понадобилось гонять на этом самосвале, словно адская летучая мышь посреди ночи? Нэшу нужно было только заглянуть за хижину, чтобы увидеть ответ. Столб, к которому был привязан рейнджер, был пуст. Подойдя к месту и опустившись на колени, он увидел, что веревки лежат на земле. Веревки были перерезаны, значит, кто-то помог ему.

Нэш отбросил веревки и побежал к тропе, следуя за звуками огромного монстра впереди. Он пробежал по тропе несколько минут. В конце концов грохот прекратился, и последовал громкий треск. Он задавался вопросом, не попал ли Коул в аварию. Часть его была бы довольна этим. Коул был хорош в том, что делал, и был хладнокровным убийцей. Но контролировать его становилось все труднее и труднее. Нэш беспокоился о том дне, когда Коул решит, что хочет быть главным.

Нэш очень устал, когда наконец увидел самосвал, припаркованный у горного хребта. Он пробрался туда и посмотрел вниз. Внизу валялся разбитый белый грузовик. Коул бежал вниз по склону с фонариком и большим мешком через плечо. Нэш просто стоял и смотрел на все происходящее у подножия холма.

Он смотрел, как Коул убил какую-то девочку, прежде чем оставить там тело рейнджера. Рейнджер, должно быть, погиб в аварии. Он подождал, пока Коул вернется на холм, и столкнулся с ним, когда Коул добрался до самосвала.

— Что, черт возьми, происходит? Что, по-твоему, ты делаешь? — закричал Нэш прямо в лицо Коула, пытаясь запугать его.

— Уйди с дороги, старик. Я устал.

— Ну, это просто пиздец какой-то. Почему там внизу лежит мертвый рейнджер? Как ему удалось выбраться? У меня для него на завтра было запланировано кое-что особенное.

— Его освободила та маленькая девчонка. Я следил за ней. Она сказала ему, где мы держим машины, и он попытался сбежать. Я остановил его. Он потерял контроль над «Bronco», обогнувшим хребет, покатился вниз и умер от полученных травм. Там был еще один парень, которого я никогда раньше не видел. Я понятия не имею, откуда он взялся. Я схватил девчонку и выпотрошил ее, как рыбу перед рейнджером, прежде чем он умер. Так что все уже сделано.

— А как насчет остальных? — спросил Нэш.

— Каких остальных?

— Ты же не думаешь, что рейнджер ничего не сообщил другим копам, когда нашел это место?

— Нет никаких других. По крайней мере, сейчас. Но, будут. В конце концов их придет ещё больше, и всё повторится, как со «старым» городом. Ты не можешь остановить это. Нам остается только двигаться вперед, но ты слишком слеп, чтобы увидеть это.

Коул оттолкнул его, направился к самосвалу и забрался в кабину. На горизонте солнце начало выглядывать из-за холмов.

— Не смей уходить, пока я с тобой разговариваю! Это что, блядь, значит? В чём я слеп? И почему ты убил девчонку, которая помогла ему? Ты знаешь правила? Предашь город — будешь распят.

— Я хотел, чтобы он смотрел, как она умирает.

— Нам нужно было отправить послание! Привести ее в пример. Меня уже тошнит от твоего дерьма, Коул. Ты забываешь, кто управляет этим ебаным городом.

Коул проигнорировал его, он сидел в кабине и пытался захлопнуть дверцу, но Нэш держал ее открытой.

— Ты меня слушаешь? — продолжил Нэш. — Меня тошнит от того, что ты ведешь себя как дерьмо, которого ничего не касается. Может, нам стоит и тебя распять на кресте?

Коул перестал дергать дверь и с прищуром посмотрел на Нэша, прежде чем медленно вылезти из кабины.

— Что ты только что сказал?

Нэш сразу понял, что угрожать Коулу было огромной ошибкой, но он не собирался отступать и терять даже минимальный авторитет перед Коулом, который у него был. Если, конечно, он был.

— Послушай. Я не говорю, что мы собираемся это сделать.

Нэш сделал несколько шагов назад.

— Ты собираешься распять меня на кресте? Распять? Меня?

— Это не то, что я хотел сказать, Коул. Давай не будем увлекаться. Слушай, уже поздно, мы оба устали. Может, нам нужно немного отдохнуть.

Коул схватил Нэша за волосы и приподнял его так, что только пальцы ног Нэша едва касались земли. Нэш замахнулся на Коула, но тот парировал удар, словно почувствовав легкое раздражение.