Тилли Коул – Милый дом (страница 6)

– Он звездный квотербек «Кримсон Тайд».

– О, я заметила надпись на его футболке. Это американская футбольная команда, верно?

– Верно? ВЕРНО? Разве в Англии нет футбола?

– Да, но у нас в него играют круглым мячом. Вы называете его соккером. Еще есть регби, крикет, теннис. В американский футбол у нас не играют, по крайней мере профессионально.

– Милый младенец Иисус… Не могу представить жизни без футбола. Никаких тебе тусовок, барбекю или ларьков с хот-догами. Это просто невыносимо.

– Я выросла с бабушкой в маленьком шахтерском городке на севере Англии. Ей нравилось вязать шарфы и играть в шахматы. Затем я поступила в Оксфорд, где училась двадцать четыре на семь, чтобы получить степень бакалавра. Прошу меня простить, если футбол не играл огромной роли в моей жизни! – Я попыталась пошутить, но почувствовала, как во мне поднимается знакомое беспокойство при одном упоминании о моей прежней жизни. Я подавила его, прежде чем меня успело накрыть.

Лекси пренебрежительно отмахнулась.

– Что ж, введу тебя в курс дела. Ромео Принс – начинающий квотербек «Тайд», футбольной команды нашего университета… И он определенно попадет в НФЛ в конце года. Поговаривают, ему делали предложение уже дважды, но по какой-то причине он решил остаться и получить образование, прежде чем стать звездным игроком. Ты, Молли Шекспир, только что целовалась на публике с самым желанным парнем кампуса. Парнем, который никогда ни с кем не завязывает отношений. Парнем, которого боятся другие ребята, а девушки ради которого с удовольствием пожертвуют легкое.

– Ага, везучая сучка! – добавила Касс, легонько ударив меня по руке.

Мое лицо, которое не выражало каких-либо эмоций, должно быть, намекнуло, что я по-прежнему не понимаю истинных последствий того, что только что произошло.

Касс театрально закатила глаза.

– Позволь объяснить тебе иначе, чтобы ты поняла. Ты – Кейт Миддлтон, и ты только что поцеловала принца Уильяма Алабамского университета и, возможно, всего американского студенческого футбола.

До меня наконец дошло.

– Значит, Роум здесь – большая шишка?

Их ухмылки дали понять, что это еще мягко сказано.

– Ромео Принс. Он довольно вспыльчивый, да? – тихо произнесла я, вспоминая его неповторимый, вызывающий привыкание вкус, собственнические руки на моем лице и глубокий стон удовлетворения.

– Чертовски вспыльчивый! Видела бы ты его на футбольном поле… Господи, это что-то с чем-то! У него сносит крышу, и он вышибает дурь из всех, кто стоит на его пути. Девчонок вроде как заводят все эти перепады настроения, и вообще он ходячий секс… быстрый, великолепный, загорелый. Черт, я чуть не кончила, просто думая о нем! – Я поморщилась от скабрезностей Касс. Она же покачала головой. – И он не мог насытиться тобой, девочка! Да он был готов сорвать с тебя одежду прямо здесь! И чуть не снес голову Маку, когда тот собрался с тобой целоваться. А когда он толкнул его на пол, у него было такое убийственное выражение… У меня мурашки побежали по коже! – Наглядности ради она провела руками по телу.

Я насупила брови, как только до меня дошел смысл ее слов.

– Ромео Принс, – задумчиво пробормотала я. Он целовал меня с таким безрассудством, с таким необузданным желанием, что во мне шевельнулось нечто доселе неизведанное.

– Да, Молли Шекспир… Постой! Ромео и Шекспир! Забавно, да? – Касс настолько разволновалась, что ее тога чуть не слетела, обнажив те части тела моей подруги, видеть которые мне совсем не хотелось.

– Боже мой! Это судьба! – Лекси засмеялась, прикрыв рот маленькой ладошкой.

Шелли выбрала именно этот момент, чтобы обратить на меня свое внимание.

– Убирайся отсюда, ты… ты… шлюшка! – выпалила она, брызнув в меня слюной.

Я сняла очки и вытерла слюни краем тоги.

– С удовольствием. Не очень-то и хотелось. Мое появление здесь было огромной ошибкой. Касс, Лекси, простите меня, но этот фестиваль любви «Мы-сестры-навек» не для меня. Увидимся дома, девчонки.

Мне необходимо оказаться подальше от этой стервы и перестать пытаться быть той, кем я не являюсь. Все это я делала только ради подруги, но теперь пора забыть об этом дне. Завтра все вернется на круги своя.

Касс свистнула, сунув пальцы в рот, дабы привлечь всеобщее внимание.

– Она прошла, Шелли. Она поцеловала парня и догадалась, что он ел. Все это видели, так что не испытывай мое терпение. Господи, Моллс завязали глаза, черт возьми! Было не похоже, что она ему навязывалась. – И сказав свое слово, она скрестила руки на груди и приняла угрожающий вид.

На мгновение маска суровости Шелли спала. Я не могла винить ее – сама бы задрожала, будь я причиной гнева Касс.

– Она не должна была его целовать! Он мой! – крикнула Шелли другим участницам сестринства, которые наблюдали за всем этим с различной степенью равнодушия.

– Думаю, ты сама понимаешь, что это он поцеловал ее… дважды, – объявила роскошная брюнетка, которая, подмигнув мне, направилась в мою сторону из задней части комнаты.

Она положила руку мне на плечо.

– Она принята. Не спорь, Шелли, или проиграешь, – сказала брюнетка с довольной ухмылкой на прекрасном лице. – Именно ты каждый год заставляешь новичков заниматься этим дерьмом, лишь бы повеселиться со своими прихлебательницами. Так что ты сама виновата, что на этот раз все обернулось против тебя. Вот же досада!

Шелли пронеслась мимо меня, но перед этим ткнула пальцем мне в грудь.

– Держись от него подальше, если не хочешь неприятностей, слышишь? Ты понятия не имеешь, с кем связалась! Абсолютно никакого понятия! – И, хлопнув дверью, покинула комнату.

Настало время гробовой тишины.

Брюнетка обратилась к новеньким:

– Поздравляю! Теперь вы часть этого фантастического сестринства… повезло же вам! Во дворе стоят бочонки. Идите, наслаждайтесь.

Новоиспеченные члены общества со счастливыми улыбками потянулись к выходу из гостиной, оставив Лекси, Касс и меня с длинноногой красавицей. Короткое красное летнее платье оттеняло ее оливковую кожу; у девушки были темные волосы до середины спины и темно-карие глаза. Сногсшибательная. Сногсшибательная, как супермодель.

Она подошла ко мне, ослепительно улыбнувшись.

– Прости за Шелли. Она всегда немного не в себе на таких мероприятиях, а после вашего публичного проявления чувств с моим кузеном у нее вообще крышу снесло.

– Кузеном? – пискнула я.

Она рассмеялась.

– Да, Роум – мой двоюродный брат, но скорее просто брат. Я – Элли Принс. С тех пор как нам стукнуло десять, Шелли только и мечтает стать его девушкой. Просто не обращай на нее внимания. Бери пример с меня.

– Да, она к нему относится немного собственнически.

Элли захохотала.

– Не знаю почему. Официально они никогда не были вместе. Могли в прошлом перепихнуться, но Шелли не может уяснить, что все кончено. Роум не особо моногамен… а с ней общается только потому, что их отцы деловые партнеры. Родители спят и видят, что Шелли станет его женой, да и ведут себя так, словно они уже помолвлены. Деньги к деньгам, как говорится.

Мое сердце ухнуло вниз от этой информации. Он должен обручиться? С ней?

Элли протянула руку и сжала мое плечо, ее лицо сияло от радости.

– Я никогда не видела, чтобы он так себя вел, девочка. И Шелли тоже. Поэтому-то она и в бешенстве. Даже мне показалось все это горячим, а я его кузина и, к твоему сведению, ярая противница инцеста! – подразнила она и взяла меня за руку. – Пойдем выпьем пива. Очень надеюсь, что мы с тобой подружимся, мисс Молли, хотя бы для того, чтобы я могла наблюдать, как мучается Шелли. Кроме того, я выдвину тебя и твоих подруг в кандидаты на комнату здесь, в доме сестринства. Их осталось не так много, но если ты переедешь, Шелли будет постоянно злиться, и мой год станет по-настоящему захватывающим.

Глава 3

Два часа спустя я сидела за столиком для пикника на мягкой лужайке с Касс, Лекси и Элли. Лекси подлизывалась к Элли. Зная, что она выступает в команде поддержки университета, моя подруга устроила ей допрос об отборе спортсменок и о том, что они искали в кандидатках. Касс же только и делала, что потягивала самогон да строила глазки здоровенному игроку из «Тайд» (это она мне сообщила), который стоял справа в ковбойском наряде.

Я не принимала участия в разговоре, поэтому в моей голове вертелась одна-единственная мысль – Роум. Он не вернулся после поцелуя. Во всяком случае, я не видела его на вечеринке, поэтому решила, что он ушел домой. Увы, стоило признаться, что я была немного разочарована этим фактом. Своим странным поведением он буквально пробрался в мое подсознание и не позволял забыть о том поцелуе. Из-за этого я стала думать о вещах, которые не входили в список моих обычных мыслей: о вещах, связанных с наготой, постелью и чертовски большим количеством пота.

Вслушавшись в разговор, я с ужасом обнаружила, как девушки переключились с темы чирлидинга на семью. Настал идеальный момент для короткой передышки.

– Эй, Элли, где здесь уборная? – внезапно спросила я.

– Можешь воспользоваться моей, дорогая. Наверху, третья комната справа. – Она выудила из сумочки ключ и вложила его в мою ладонь. – Всегда закрываю комнату, чтобы парочки не облюбовали ее на вечеринках.

– Хорошая идея. Спасибо. Я мигом.

Я прошла через двери патио к главной лестнице и буквально пролетела три пролета, стараясь не обращать внимания на охи и ахи, доносящиеся из-за закрытых дверей. Элли правильно делала, что держала комнату на замке. Судя по звукам, на каждом этаже кто-то развлекался.