Тилли Коул – Когда мы упали (страница 52)

Отпустив широкие плечи Остина, я тут же потянулась руками к его лицу. Прощание… Он прощался со мной…

Меня охватили противоречивые чувства. Тело стремилось к взрывной кульминации, а сердце стонало от опустошения и боли. Неистовые чувства оказались слишком сильны, и я вскрикнула, сметенная волной сотрясающего тело оргазма. И содрогнулась от чувства потери и осознания того, что парень, в которого я без памяти влюбилась, покидал меня навсегда.

Остин не сводил с меня взгляда. Он вдруг напрягся, мышцы натянулись, словно струны, когда он достиг желанного освобождения. Затем, резко выдохнув, он рухнул мне на грудь.

Сквозь окно в крыше я смотрела на луну, ощущая, как быстро в груди Остина билось сердце. Я оцепенела, но в то же время чувствовала себя отвергнутой, внутри поселилось разочарование. Зажмурившись от боли в груди, я в последний раз погладила Остина по волосам, провела рукой по спине.

Когда я добралась до поясницы, он поднял голову. На лице его все еще блестели слезы. Остин проговорил:

– Я всегда был для тебя недостаточно хорош, эльфенок. Я мусор, а ты золото. И я не потащу тебя с собой на гребаную свалку, на которой живу. Ты заслуживаешь кого-то получше меня. Достойна большего в жизни. Гораздо большего. А я стану лишь тянуть тебя вниз.

Я ничего не ответила. Остин перекатился на бок, и мы оказались лицом к лицу. Стянув одеяло со спинки дивана, он набросил его на нас. Мы целовались, крепко прижимаясь друг к другу, и я не помнила, как заснула. А когда проснулась, поняла, что оказалась в комнате одна. Остин ушел, оставив после себя лишь пустоту.

Пока я смотрела на угасающие угли в камине, на плечи словно опустились чьи-то легкие, успокаивающие руки, массируя напряженные мышцы. И я почувствовала, что расслабляюсь.

«Отдайся мне, Лексингтон. Позволь руководить собой. Тебе станет лучше. Ты получишь контроль над своей жизнью там, где сейчас его нет. Мы почти достигли совершенства, Лексингтон. Сдайся мне раз и навсегда. И мы пойдем к нашей цели. Станем безупречными…»

Закрыв глаза, я позволила словам голоса просочиться в свой разум. Он всегда находился рядом со мной. Позволял почувствовать себя желанной, указывал мне цель.

И словно бы налетел ветерок, унося с собой все оставшиеся для борьбы силы. Я ощутила, как расслабилась, и прошептала в тишине комнаты:

– Бери, что хочешь. Сделай меня совершенной. Я сдаюсь на твою милость. У меня просто больше нет сил бороться с тобой…

Глава 23

Остин

Национальный матч студенческой лиги

Стадион «Роуз Боул», Пасадена, Калифорния

– Черт возьми, Карилло! Мы сделали это! – прокричал Роум, подбегая ко мне после победного тачдауна в матче с «Нотр-Дамом».

– Это твоя заслуга, Пуля! Наверняка пройдешь отбор в первом раунде! – ответил я, искренне радуясь за лучшего друга. После всего, что им с Молли пришлось пережить за последние несколько месяцев, брат это заслужил.

Роум прижался лбом к моему лбу и проговорил:

– Мы оба заслужили, Карилло. И оба уберемся отсюда к чертовой матери, чтобы начать новую жизнь.

Я кивнул, но ничего не сказал в ответ. Роум потрепал меня по щеке, а затем полностью переключил внимание на сидящую на трибунах Молли. Несколько недель от девушки не поступало вестей. Но теперь она приехала, как раз перед игрой. Вернулась к Роуму, снова приступила к учебе. Я в жизни не видел, чтобы друг так хорошо играл.

Словно притянутый магнитом, я повернул голову и взглянул на поле позади себя. И там, сквозь расступающуюся толпу, заметил эльфенка. Она смотрела прямо на меня.

«Un piccolo folletto oscuro», – подумал я. Маленькая темная эльфийка.

Во взгляде ее светилась боль, и я почувствовал внезапно накативший приступ сильной тошноты. Она сжимала в руках белые помпоны и в форме «Кримсон Тайда» казалась совсем крошечной. На черных волосах – идеальная завивка, красные губы и подведенные глаза тоже никуда не делись. И тут я обратил внимание на стройность ее рук и ног. Лекси сразу же прикрыла грудь руками, и, опустив голову, уставилась в траву. Я заметил мелькнувшую во взгляде пустоту.

«Вот черт».

Я двинулся к ней, но она резко вздернула подбородок и медленно покачала головой. И я, даже не успев осознать, что сделал, застыл на месте. Тут же к ней подошел Лайл. И, словно получившая «Оскар» актриса, она сразу стала энергичной и жизнерадостной, «фальшивой» Лекси, какой все ее знали. Подобное зрелище меня просто убивало, ведь я знал настоящую красоту девушки, скрывающейся под этой маской.

Я наблюдал, как она поцеловала Лайла в щеку, а затем подбежала к сидевшей на трибунах Молли, и та тут же заключила Лекси в объятия. Я заметил, как эльфенок напряглась, но, как всегда, больше никто не придал этому значения.

Неужели они так чертовски слепы и не замечают, что их лучшая подруга не в себе? Но затем я взглянул на Касс и заметил беспокойство на ее лице. Слава богу, хоть кто-то еще встревожился. Наблюдая за суровым лицом Касс, я отметил, как они с Элли обменялись понимающими взглядами, и понял, что за моей девочкой следили.

К микрофону подошел комментатор. Пришло время вручать награды. Глубоко вздохнув, я вышел на сцену и попытался изобразить гордость.

Здесь, на этом поле, я тоже притворялся.

Домашняя вечеринка после матча

Таскалуса, Алабама

Вечеринка была в самом разгаре. Мы целый день шествовали по улицам Таскалусы, гордо демонстрируя награду, а теперь вернулись в общежитие, чтобы отпраздновать победу. Здесь просто кишели студенты, накачивавшиеся спиртным… а многие – и кое-чем еще.

Я сделал глоток «Перони» и обвел взглядом собравшихся. Проверял, нет ли поблизости полицейских из кампуса и не мелькнет ли где-нибудь лицо декана.

Ничего. И это хорошо.

Услышав кашель за спиной, я обернулся и заметил первокурсника. Парень явно нервничал, то и дело оглядываясь по сторонам.

– Что? – резко спросил я.

– Мне сказали обратиться к тебе, чтобы раздобыть кое-что для вечеринки.

Убедившись, что за нами не следили, я спросил:

– Что именно?

– Дурь, – он пожал плечами.

– Летний домик, вон там, за деревьями. – Я указал головой направление, куда ему следовало идти.

Глаза парня расширились от волнения, но только он собрался уходить, я схватил его за руку.

– И никому ни слова о том, кто продал тебе эту дрянь, – я постучал пальцем по стидде на щеке. Парень гулко сглотнул.

– Х-Холмчие? – прошептал он и тут же сам чертовски испугался сказанных слов. Я медленно кивнул, и он, наклонив голову, пробормотал: – Я не скажу, Карилло. Ничего не скажу.

Я смотрел, как он скрылся из виду. Акселю понравится такой размах торговли. Денег, что мы заработаем за сегодняшний вечер, хватит, чтобы мама спокойно прожила остаток своих дней. Но я люто ненавидел заниматься подобным на своей территории, когда вокруг находились товарищи по команде.

– Карилло! Шагай сюда, черт тебя дери!

Услышав свое имя, я обернулся и заметил сидящего на диване Роума. У него на коленях расположилась Молли, а вокруг собрались все остальные. Ну, кроме Лекси. Я понятия не имел, где она.

Когда я подошел ближе, Роум, весь сияя улыбкой, жестом пригласил меня сесть.

– Куда ты все время пропадаешь, Карилло? Тебя практически не видно, – спросил он, и я пожал плечами.

– Да никуда. Просто ты слишком увлекся своей девушкой и больше меня не замечаешь, – пошутил я.

Роум чуть прищурился, и я понял, что он что-то заподозрил. Однако Молли тут же притянула его, чтобы поцеловать. Касс и Джимми-Дон вели себя необычно тихо. Как, впрочем, и все остальные.

Я заметил, что Молли ткнула Роума в бок, и он ей кивнул.

– Мы переезжаем и будем жить вместе, – гордо проговорил он, и все изумленно уставились на них. – Эй, лица попроще. Хотите сказать, после всего пережитого нами так уж странно, что мы решили съехаться?

Мы все переглянулись, и я пожал плечами. Парень прав. Их отношения развивались с молниеносной скоростью. Вполне логично, что скоро они станут жить вместе. Черт, да я удивился, что он до сих пор не сделал ей предложение.

Касс глотнула чего-то из фляжки и, наклонившись вперед, переключила все внимание на меня.

– Итак, Карилло… – Джимми-Дон попытался удержать ее, положив руку на плечо. Но она лишь отмахнулась от него и казалась сейчас совершенно серьезной. – Что у вас с моей девочкой Лекс?

Сердце бешено заколотилось в груди. Внезапно все взгляды обратились ко мне.

– Ничего, – уклончиво ответил я.

– Как бы то ни было, Карилло! С ней что-то происходит. И я думаю, ты знаешь больше, чем говоришь.

– Где она сейчас? – спросил я, и Элли неловко заерзала на диване. Я тут же взглянул на нее.

Я ждал, пока девушка заговорит, и, вздохнув, она произнесла:

– Ее никогда нет поблизости. Всегда на пробежке или с Лайлом. По крайней мере, так она говорит… – Элли замолчала. Было заметно, что она волновалась. И я принялся лихорадочно размышлять.

Подавшись вперед, я посмотрел на Элли, побуждая ее продолжать. Она явно о чем-то думала. И считала это неправильным. Я заметил, что Касс тоже хотела что-то сказать. Создавшееся вокруг напряжение почти душило меня.

– Карилло! Вон он! – услышал я раздавшийся сзади голос. Роум, Рис и Джимми-Дон нахмурились. Элли передумала что-либо говорить и принялась грызть ногти. Молли не сводила с нее глаз. Похоже, ее тоже беспокоило то, что собиралась сказать подруга.

– Портер, что за хрень с тобой творится? – рявкнул Роум.