Тилли Коул – Когда мы упали (страница 45)

Мышцы Остина напряглись.

– Лекси… – пробормотал он и замолчал.

Я вцепилась ему в волосы и повторила:

– Остин, люби меня. Просто… будь нежен… Ведь я могу сломаться…

Остин скользнул мягкими губами вверх по моей шее, и я ощутила прикосновение каждой клеточкой тела. Когда он добрался до щеки, я провела ладонями по его спине и обхватила обнаженные лопатки.

– Уверена? – прошептал Остин, добравшись до уха.

Я кивнула, не в силах говорить из-за охвативших ярких ощущений, и услышала его долгий облегченный вздох.

Остин поднял голову и заглянул мне в глаза. В его взгляде читалось лишь обожание, абсолютное и безусловное.

– Скажи, если я что-то сделаю не так, ладно? Пусть все будет, как нужно тебе.

Глубоко вздохнув, я прошептала:

– Пожалуйста, не трогай спину. Я не могу позволить тебе касаться спины. Пока это под запретом.

Остин наклонил голову и провел губами по моей шее, убрал с лица пряди волос.

– Я бы так с тобой не поступил. Я помню все, что ты говорила.

Я закрыла глаза. Остин скользнул рукой по внешней стороне груди, и я поджала ступни от незнакомого ощущения, возникшего между ног.

– И я не смогу снять платье… Пожалуйста, просто… попробуй обойтись без этого… Я еще не готова полностью перед тобой раздеться.

Остин начал сползать с меня.

– Лекси, если ты не…

Я обхватила ладонями его лицо, вынуждая замолчать.

– Нет! Пожалуйста. Я хочу этого. Просто сейчас нужно действовать иначе, не как с другими девушками.

Несколько долгих мгновений Остин смотрел на меня, будто бы споря сам с собой, но в конце концов закрыл глаза и выдохнул через нос.

– Хорошо, – проговорил он, резко распахнув глаза.

Балансируя на одной руке, Остин начал исследовать мою грудь. Склонил голову, пытаясь пососать и прикусить кожу под платьем.

Я крепко вцепилась ему в волосы, и с губ то и дело срывались стоны удовольствия.

– Я хочу попробовать тебя на вкус, – пробормотал Остин и поднял руку, чтобы просунуть пальцы под бретельку платья. Глядя на меня из-под полуопущенных черных ресниц, он поднял бровь, спрашивая разрешения.

Сердце бешено колотилось в груди. Однако при мысли о том, чтобы обнажить грудь, я не испытывала ужаса. Она была среднего размера и никогда не доставляла мне беспокойства. По крайней мере, эту часть себя я смогу ему показать.

– Пожалуйста… – простонала я. – Медленно спусти его. Но позволь остаться на спине… Не нужно тебе видеть мою спину…

Остин застонал и, вняв просьбе, медленно потянул вниз бретельки платья. Вскоре в поле зрения возник черный бюстгальтер. В миндалевидных глазах Остина вспыхнуло желание, и он принялся расстегивать застежку, расположенную между маленьких чашечек. И на свет появились бледные груди с торчащими сосками, будто просящими прикоснуться к ним губами.

– Чертовски идеальна, – прошептал Остин и, оставив платье и бюстгальтер болтаться на поясе, склонился над грудью и принялся дразняще покусывать ранее не знавшую поцелуев кожу. Я обхватила руками затылок Остина, инстинктивно обвив ноги вокруг его талии, и потерлась о жесткую ткань джинсов.

Дыхание эхом отдавалось в ушах, между ног вспыхнуло бушующее пламя. Когда Остин, поцеловав левый сосок, лизнул его кончиком влажного языка, я испытала столь острые, доселе незнакомые неопытному телу ощущения, что захотелось закричать от чувства неудовлетворенности.

– Черт, эльфенок, ты такая вкусная, – пробормотал Остин, втянул в рот сосок и одновременно потянулся к местечку между ног. В глазах вспыхнул свет, и я видела лишь звезды. Я ощутила безграничное наслаждение и, подхваченная чувством эйфории, воспарила высоко-высоко.

– Остин! – взвизгнула я и, достигнув пика, задыхаясь, уткнулась ему в волосы. И почувствовала, как между ног стало влажно.

Остин в последний раз коснулся языком груди, а потом поднял голову. Я покраснела от возбуждения и смущения. Но он ничего не сказал, просто разглядывал меня, раздувая ноздри, и во взгляде читалось сильное желание. А потом он опустился передо мной на колени и молча приподнял подол длинного платья. Молния на его джинсах расстегнулась, под ней виднелась черная ткань трусов. Глядя на натянувшуюся материю, я вполне могла оценить степень возбуждения скрытой под джинсами плоти.

Остин наблюдал за мной, словно ястреб за добычей. Я знала, он искал любые признаки паники, которую мог вызвать во мне своими действиями. Но я, не отрывая от него взгляда, лишь кивнула, поощряя двигаться дальше.

Когда он задрал платье до колен, обнажив икры, внутри возникло неприятное ощущение. Но я вновь кивнула ему продолжать. Остин медленно потянул легкую черную ткань вверх, к бедрам, и лишь тогда меня захлестнул страх, с которым не удалось справиться.

– Подожди! – в отчаянии воскликнула я, и Остин замер, чуть сузив глаза от беспокойства. Откинув голову назад, я взглянула в потолочное окно на луну и попыталась успокоиться, отбросить все кружащиеся в мозгу дурные мысли… о том, что подумает Остин о моих бедрах.

«Увидит ли он целлюлит? Решит, что они огромны? Или…»

Внезапно передо мной возникло лицо Остина. Чуть склонив голову, он нежно поцеловал меня в губы.

– Мы можем остановиться, эльфенок. Просто скажи.

Я провела пальцем вниз по его шершавой щетинистой щеке, обрисовала ушную раковину и добралась до маленького черного тоннеля, вставленного в мочку уха.

– Ты такая красивая, эльфенок. И каждый раз, как я смотрю на тебя, у меня просто перехватывает дыхание.

На этот раз сердце забилось быстрее не от страха, а от любви и желания. Накрыв руку Остина своей, я потянула ее вниз по груди, по животу, туда, где сходились бедра.

– Эльфенок… – простонал Остин.

– Не останавливайся, Остин. Я хочу, чтобы ты продолжил… Почувствуй меня… Покажи мне, каково это…

Остин уткнулся лбом мне в плечо и покачал головой.

– Эльфенок, не думаю, что это хорошая идея. Мне бы не хотелось потерять контроль и напугать тебя.

На глазах выступили слезы. Я повернула голову и коснулась губами его щеки, ощущая на шее горячее дыхание парня.

– Я знаю, что со мной трудно. Но я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью… Пожалуйста, не заставляй меня умолять.

Остин взглянул мне в глаза и навис надо мной, опершись руками по обе стороны от подушки, на которой я лежала.

– Эльфенок, мои чувства к тебе чертовски пугают. Еще в тот самый первый раз на стадионе я решил, что ты просто великолепна. Словно некая темноволосая эльфийка, затерявшаяся в странном сне. Но потом все чувства к тебе полетели к чертям. Несколько недель я боялся, что ты уничтожишь меня и мою семью и братьям больше не удастся заработать денег. – Он глубоко вздохнул, и в глазах его отразилось пламя камина. – И ты уничтожила меня, эльфенок. Только совсем иначе. Ты разрушила забор, что я выстроил вокруг себя, чтобы отгородиться от людей. Разбила маску крутого парня, которой я прикрывался, словно щитом. Но на этом не остановилась. Прежде я даже не думал о том, чтобы искать утешение в ком-то другом. Ты изменила и это. И просто-напросто сбила меня с ног. Ты, моя крошечная темноволосая эльфийка, превратила всю мою защиту в пыль.

Остин впился мне в губы, и я крепче притиснула его к себе, почти лихорадочно желая быть с ним. Но он вдруг отстранился и серьезно закончил:

– Я хотел бы кое-что сказать тебе, эльфенок. Два слова, которые почти рвутся из груди. Прежде я их никому не говорил. Но пока не буду уверен, что ты целиком принадлежишь мне, а я – тебе, без тайн и каких-либо преград на пути, я не произнесу вслух эти слова. Но знай, они все равно живут в моем сердце.

От искренних слов Остина в груди просто теснились эмоции. И я пыталась понять, что же за два слова он хотел мне сказать.

«Это любовь? Он меня любит? А я его? Могу ли я вообще его любить? Или мы оба слишком сломлены и просто не подходим друг другу?»

Остин принялся поглаживать внутреннюю сторону моего бедра, вызывая трепет во всем теле. А когда подобрался к наивысшей точке, я резко выдохнула, и мне показалось, будто в легких кончился весь воздух.

Остин судорожно вздохнул и проговорил:

– Скажи, насколько далеко ты готова зайти. Потому что я хочу тебя всю. Но решать тебе, эльфенок. Все зависит от тебя.

Остин опустил взгляд и принялся рассматривать свою руку, касавшуюся моего бледного бедра. Я видела страсть в его глазах, и как он чуть приоткрыл губы, когда смотрел на мои обнаженные ноги. И меня накрыло потрясение, ведь он вовсе не испытывал отвращения. Напротив, он вспыхнул, «завелся» и… Он хотел меня.

Я с трудом могла это осознать.

– Остин, – прошептала я, и он, отведя взгляд от нижней части тела, посмотрел мне в глаза. – Возьми меня. Всю, целиком.

И по губам Остина расплылась медленная улыбка. Казалось, он испытал облегчение. Парень тут же навис надо мной и прижался поцелуем к губам. Подцепив пальцами край трусиков, он принялся стягивать их вниз. И вот я полностью оказалась открыта его взору.

Бросив трусики на пол позади себя, Остин поцеловал меня в губы, мягко и нежно. И я вдруг ощутила, как его пальцы осторожно скользнули к моему естеству.

– Остин… ах… – прошептала я, принимаясь двигать бедрами от его прикосновения. Меня никогда там прежде не трогали, но я страстно желала всего, что мог дать Остин. Я уже пропала, полностью поддавшись его чарам.

– Ты уже готова, эльфенок, – проговорил Остин, и его палец скользнул в меня. Я изумленно распахнула глаза. – Тише, эльфенок. Я просто готовлю тебя. Сначала будет больно, но я обещаю, что тебе понравится. Ты не пожалеешь.