Тилли Коул – Когда мы упали (страница 17)
– Это не твое гребаное дело, ты… – Но я замер на полуслове и заставил себя заткнуться. Запрокинув голову, уставился в безоблачное ночное небо и задался вопросом, какой смысл от нее что-то скрывать. Она уже все поняла, видела Акселя за работой. И знала, что нужно молчать, в первую очередь ради собственной безопасности. Так какого хрена я должен ей врать?
Успокоившись, я разжал кулаки и перевел взгляд на девчонку. Лекси вжалась в спинку дивана; в огромных глазах читался такой страх, будто я был Джеком-потрошителем, готовым разорвать ее на части.
«Ты пугаешь меня, Карилло. Я тебя боюсь…»
Ранее сказанные ею слова вновь всплыли в памяти, и мне показалось, будто меня ударили прямо в солнечное сплетение. А я ведь изменился.
И больше не хотел становиться прежним.
Я передвинулся на противоположный конец дивана. Лекси неотрывно следила за моими действиями, словно бы я в любой миг мог наброситься на нее и бить, пока не подчинится.
Вздохнув, я повернулся в сторону Лекси, но не осмелился на нее взглянуть. Я поступил как подонок и не желал видеть презрение во взгляде девушки.
– Мне не следовало так себя вести, – лишь проговорил я.
Я заметил, как она судорожно вздохнула. Зажмурившись, я представил себе искаженное болью мамино лицо. Мне хотелось объяснить, почему я так себя вел… и, что еще важнее, зачем нужно ее молчание.
– Я просто… Мне нужно всего лишь защитить семью, а ты в данный момент способна нас уничтожить. Ты слишком много видела, Лекси. Мне правда хотелось бы, чтобы все случилось иначе. Для твоего же блага и ради себя самого. Я не пожелал бы такого никому из нас… но уж что есть.
Я заметил, что, глубоко вздохнув, она немного расслабилась. Я же не осмеливался даже смотреть в ее сторону.
– Ты поэтому здесь прячешься? – неуверенно спросила она.
Я неохотно кивнул.
– Ты… ты тоже торгуешь наркотиками?
И я резко повернулся к ней.
– Да нет же, черт возьми. Не торгую. Я не занимался этим уже много лет. Хотя ты, вероятно, слышала иное. Я больше не состою в банде. С тех пор, как меня взяли сюда играть за «Прилив».
Казалось, ее покинули последние остатки напряжения.
– Но твой брат все еще в банде? – нервно спросила она.
Я медленно кивнул. Хорошо, что она не сказала «братья». Наверное, Леви она во дворе не видела. Это хорошо. Чертовски здорово.
– Он очень похож на тебя, – вновь заговорила она минуту спустя, жестом показав на мои темные волосы и татуировки, особенно на звезду, изображенную на левой щеке. – Твой брат. – Склонив голову набок, она с любопытством разглядывала меня. – Вы близнецы?
Я встретился с ней взглядом и неохотно ответил:
– Нет, он старше меня. Мы просто похожи, вот и все.
– Можно спросить, почему он по-прежнему живет той жизнью, а ты нет? – выговорила она, и бледное лицо покраснело от смущения. Она знала, что подобный вопрос задавать не стоило.
Я вздернул вверх проколотую правую бровь.
– Спросить можно. Только я не стану отвечать.
Услышав мои слова, она поморщилась.
Вновь повисшее молчание сейчас не казалось таким уж тягостным. Шли минуты. Я внимательно прислушивался, надеясь уловить приближающиеся шаги. Полицейские все еще находились в общежитии. Сквозь толстые деревянные стены домика доносилось глухое бормотание.
Все это время Лекси не отрываясь смотрела на меня. Но мне о многом не хотелось говорить. Она и так достаточно увязла. К чему тащить ее еще глубже?
Откинувшись на спинку дивана, я решил попытаться расслабиться, но тут же ощутил, как Лекси склонилась ближе ко мне. Прищурившись, я бросил на нее вопросительный взгляд.
– Какого черта ты так пристально рассматриваешь? – спросил я. Конечно, я не мерзавец, но она, пытаясь разглядеть что-то у меня на шее, почти залезла ко мне на колени.
Она покраснела, нервно теребя черные волосы. От этого любопытство лишь усилилось.
– Что? – скрестив руки на груди, вновь спросил я.
Худеньким пальцем она указала мне на шею. Я недоуменно нахмурился.
– Эта татуировка, – виновато проговорила она; на эльфийском личике читался вполне невинный интерес.
– А поточнее, – произнес я, жестом обводя покрытую чернилами кожу над воротом черной футболки, руки и шею.
– Вот эта, – она вновь указала пальцем, на этот раз ближе. Я недоверчиво взглянул на девушку. Круг поисков не сильно сузился. Я попытался вспомнить, что за татуировка находилась в том месте. Хотя их там было штук пятнадцать.
Она раздраженно стиснула зубы и ткнула меня в шею кончиком ногтя, покрытого черным лаком.
– Вот эта! На которой написано «Холмчие»!
Настроение упало. Лекси опустила руку, и с лица ее исчезло недовольство.
Я вспомнил, когда у меня появился этот чернильный рисунок. Мне исполнилось четырнадцать. Столько же, сколько сейчас Леви. Будучи подростком, я только что продал первую дозу, и меня приняли в банду. Джио приказал Маттео, своему главному подручному, поставить мне клеймо. Прямо на шею, чтобы все видели, откуда я. А на щеку звезду,
Эти рисунки означали, что я останусь Холмчим на всю жизнь.
Было чертовски больно. И все то время, пока игла царапала кожу, Аксель лишь самодовольно мне улыбался. Вероятно, здорово гордился, наблюдая за тем, как его младший братец вступал в ряды банды, которую он почитал священной. Почти семьей. Вскоре после этого Маттео пристрелили. Именно тогда Аксель получил повышение и стал правой рукой Джио.
Из воспоминаний меня вырвало легкое покашливание Лекси. Я снова встретился с ней взглядом и резко проговорил:
– Такое наносят, когда официально принимают в банду. И скрыть ее уже не получится. Остается лишь принять. Довольна?
Укоризненно посмотрев на меня, Лекси опустила голову и принялась разглядывать свои руки.
– Просто стало любопытно. Прежде мне не доводилось сталкиваться с кем-то из настоящей банды. Это интересно.
Я чуть не сплюнул в ответ на ее слова.
– Предупреждаю. Не стоит проявлять любопытство в отношении гребаных Холмчих. Жизнь банды – вовсе не удовольствие и не добрая сказка, призванная развлечь богатую малышку.
Услышав мое замечание, Лекси сузила глаза и чуть приоткрыла накрашенные губы. Но тут возле домика послышались голоса. Сквозь щели в занавесках пробились лучи фонариков. Я инстинктивно нырнул на пол, чтобы спрятаться за диваном. Поняв, что снаружи полицейские, Лекси тихонько взвизгнула от страха. Даже не раздумывая, я схватил ее за руку и стянул к себе на пол. И чуть подвинулся вместе с ней, скрываясь в тени от яркого лунного света. Я прижал Лекси к себе, зажал ей рот рукой и склонился к уху.
– Молчи! – предупреждающе рыкнул я, и ее напряженное тело расслабилось.
– Обыщите домик! – приказал кто-то снаружи, и тут же за дверью залаяли собаки.
Внезапно Лекси потянулась и коснулась рукой моего бедра, а потом вцепилась пальцами в ткань джинсов.
– Просто не шуми. Дверь заперта. Пока внутри тихо, а мы прячемся в тени, нет причин подозревать, что внутри кто-то есть, – едва слышно произнес я.
Лекси понимающе кивнула.
– Попробуй открыть дверь! – рявкнул кто-то, и я узнал голос декана. – Он должен быть где-то здесь. В кампусе не место наркотикам. У этого проклятого преступника Карилло ничего не выйдет.
Я почувствовал, как Лекси вскинула голову. Она явно смотрела на меня. Но я на нее даже не взглянул. Для этого я слишком разозлился. Знал ведь, что этот засранец попытается повесить все дерьмо на меня.
Он три года ждал своего шанса.
Больше тысячи дней жаждал выгнать меня, итальянскую шваль, из своего университета.
Задребезжала дверная ручка, и сквозь замочную скважину пробился луч света, едва не задев то место, где мы лежали. Я притянул Лекси ближе к себе и убедился, что темнота по-прежнему нас скрывала. Теперь ее задница прижималась прямо к члену под джинсами.
– Похоже, пусто, сэр, – сказал кто-то декану, и я услышал громкий вздох.
– Черт возьми, он сбежал. Карилло был на этой вечеринке. Его там видели, у нас есть свидетели. Роум Принс тоже исчез. Это не совпадение. Вероятно, они ушли вместе. Если найдем одного, отыщем и второго. Хотя я понять не могу, почему такой приличный парень, как Принс, водится с этим негодяем.
Мне пришлось приложить все усилия, чтобы сдержаться и не выбить дверь. И не свернуть декану гребаную шею. Я бы показал ему негодяя.
– Что дальше, сэр?
– Пусть кто-нибудь патрулирует территорию до рассвета. Если Карилло попытается вернуться, мы сможем его допросить. Наркотики, что мы нашли сегодня вечером у четверых студентов, поступили от Холмчих. Я узнал на пакетиках сицилийскую звезду. У нас уже были проблемы с этой бандой. Они торговали здесь наркотиками пять лет назад. А сейчас ближе всех с ними связан Карилло. Черт, насколько нам известно, он сам и торгует. Зарабатывает деньги.
Я крепко зажмурился. Я убью Акселя. Меня это не коснется, как же! Да из-за наркотиков в кампусе декан в первую очередь заподозрил меня.