Тихон Станиславский – Новые Начала (страница 10)
Но одинаков путь у кораблей.
Навечно расстоянье между нами
И ближе нам нельзя с тобою быть,
Наверное, потому что кораблями
Нам разными по жизни этой плыть.
Если не внимают – просто жди.
Если унижают – словом жги.
Все терпи, но если обсуждают
За спиною – выход есть: беги!
Я так хочу тебе сказать,
Что о тебе я лишь мечтать
Могу и радостно вздыхать,
Тебе желая рассказать,
Что ты мне – жизнь, любовь, призванье!
Но не могу… Сердцам кричать
Мешает быстрое признанье,
Так что удел мой – лишь молчать
Треск мороза. Вьюжные страданья.
Грозность нависающих елей.
Ночи красной слы́шны завыванья,
Скрип зловещих и сухих ветвей…
Бесконечным кру́гом снегопада
Кру́жит разум бесконечный лес.
Каждый, кто попал во снеги ада —
Тот навеки остаётся здесь.
Ночь зимы безжалостна, сурова…
Манит человека лёгкий снег,
А затем без выхода и крова,
Навсегда погаснет человек.
Средь еловых лап, во тьме плетётся
Одинокий путник с фонарем.
Он погас… Он больше не вернётся…
Лишь фонарь все светит янтарём.
Долго ли влачится это тело
Брошенной души во мгле лесов?
Холод для чего оно терпело?
Неизвестно… Путь его таков.
Словно тень ночного снегопада,
Он из мрака вышел, в мрак идёт.
Он стремится всей душой куда-то
Сам пока, как снег, не упадет.
А фонарь все тише освещает
Рук его замёрзших красноту,
Путник наш все медленней ступает
И кричит сильнее в темноту.
Лес лишь облачка его дыханья
Видит в неизбежности снегов.
Для чего он терпит все страданья?
Неизвестно… Путь его таков.
Борется он с жизнью со своею
Из всех сил в неравном том бою.
Борется с собою, коченея,
Борется с судьбой за жизнь свою.
Вот погас фонарь, лучом последним
Выцепив смертельный белый лёд…
Очи погасают безответным,
Вечным сном, но путник все бредёт.
Треск мороза, вьюжные страданья.
Почему ж владыка злых снегов
Убивает путника молчаньем?
Неизвестно… Путь его таков.
Кто же этот путник? Неизвестно.
У него нет выхода, души.
Выбора нет тоже, если честно.
Ничего в смертельной нет тиши.