Тиффани Робертс – Скиталец (страница 29)
— Да. Буду ли я слушаться? Скорее всего, нет. Я серьезно, Ронин. Мне нужно что-то делать. У меня нет… у меня нет здесь цели.
Он поднял руку и почесал щеку, не отрывая взгляда от окна.
— Я посмотрю, что смогу найти.
— Здесь ничего нет. Я искала.
— Я имею в виду, когда я снова уйду. Я ухожу завтра. В Пыль.
Лара выпрямилась, приподняв брови.
— Я могу пойти с тобой! Мы поищем Табиту вместе.
— Нет, — ответил он с резкостью в голосе, которой она раньше от него не слышала. Он пристально посмотрел на нее. — Это слишком опасно, Лара.
— Я копалась в мусоре большую часть своей жизни. Я знаю об опасностях.
— Ты ничего не знаешь о таящихся там опасностях. Ты когда-нибудь была за пределами руин Шайенна?
Она в отчаянии вскинула руки.
— Ты же не можешь ожидать, что я просто останусь здесь! — расхаживая взад-вперед, она покачала головой. — Как долго тебя не будет?
— Зависит от того, что я найду. Если я ускорюсь, то, может быть, недели на две-три.
—
Он повернулся к ней всем телом. Это было жуткое, нечеловеческое движение; его голова оставалась неподвижной, в то время как все остальное тело двигалось.
— Я позабочусь о том, чтобы было много…
— Я не шучу! — холодный ужас пробежал когтями по ее позвоночнику. Она оказалась бы в ловушке. Одна. Окруженная ботами. — Ты не можешь оставить меня здесь так надолго.
Его брови нахмурились.
— Какие сроки для тебя приемлемы? — спросил он после долгого молчания.
— День. Может, два. Хотя я не понимаю, почему ты не можешь просто взять меня с собой.
Он покачал головой. Движения слишком резко останавливались с каждой стороны, слишком быстро ускорялись, придавая происходящему неестественный вид.
— Это слишком опасно. Первая буря без укрытия… — он поднял руки на уровень пояса, опустил на них взгляд и переплел пальцы. — Три дня. Мало шансов, что за это время я продвинусь достаточно далеко, чтобы найти что-то ценное.
Она уставилась на него, стиснув зубы.
— Будь ты проклят.
— Я должен выполнить свою часть сделки. Это означает, что мне нужно зарабатывать кредиты. Я могу сделать это только с помощью металлолома, — он засунул руки в карманы.
— Тогда отведи меня обратно домой, и сделка будет завершена.
Какого ответа она могла ожидать от этого? Какого ответа она
— Нет, — сказал он слишком быстро, с неожиданной решительностью в голосе.
— Почему? Что ты…
Кто-то — или
— Тем больше причин, почему ты должен взять меня, — прошептала она, проходя мимо него. На кухне она прижалась к стене рядом со входом; вне поля зрения, но не вне пределов слышимости.
Замки щелкнули, когда он открыл дверь.
— Добрый день, гражданин, — произнес ровный голос. — Я здесь, чтобы завершить регулярное техническое обслуживание вашей бытовой техники.
— Не самое подходящее время, — ответил Ронин. Дверь скрипнула, но звук оборвался с глухим
Сердце Лары колотилось, как далекий раскат грома в ее ушах. Что, если это был железноголовый, здесь, потому что они знали, кто она такая? Что, если Военачальник еще не закончил с ней…
— Это моя о-о-обязанность сообщить вам, что прошло ш-ш-ш-шестьдесят пять дней с момента вашей последней проверки устройства, — сказал бот-техобслуживатель, голос его понизился до глубокого хрипа, поскольку он заикался. — Регулярное техническое обслуживание является неотъемлемой частью бесперебойного функционирования вашей бытовой техники.
— В другой раз, — в тоне Ронина снова появилась резкость?
— Это м-м-м-мой долг…
— Приходи в следующем месяце.
— В-в-в следующем месяце, хорошо! П-п-п-пожалуйста, ч-чудесного дня!
Дверь закрылась, и замки со щелчком встали на место. Ронин был на полпути к кухне, когда Лара, заставив себя успокоить дыхание, вышла на порог. Некоторое время они смотрели друг на друга. Выражение его лица не было полностью отсутствующим, но она не могла его прочесть.
— Дай мне несколько часов, — сказал он. — Я постараюсь найти тебе занятие, пока меня не будет.
— Что, если они вернутся? — Ей придется прятаться на чердаке, как последнему человеку, который жил здесь? Нетронутая пыль наводила на мысль, что боты-ремонтники никогда туда не поднимались.
— Они этого не сделают.
— Как ты можешь быть уверен? Если не они, то как насчет железноголовых?
— Есть чердак и люк под лестницей. Если испугаешься, прячься. Держи пистолет при себе.
— Я бы не испугалась, если бы ты просто отвел меня обратно в мою хижину! — прорычала она. — И вообще, какой толк от этого пистолета? Оружие, похоже, ни хрена тебе не делает, — Она указала на его живот.
— Ты не видела дыр в моем корпусе, — ответил он. — Целься в оптику, если понадобится стрелять. Это самое уязвимое место у большинства ботов.
— Отлично! — она потопала к лестнице. — В любом случае, я всего лишь человек, которым можно пожертвовать. Итак, если ты найдешь меня мертвой, когда вернешься, не говори, что я тебя не предупреждала.
Его рука метнулась вперед, схватив ее за плечо прежде, чем она успела ступить на первую ступеньку. Его хватка была твердой, но не болезненной, кожа странно теплой. Он развернул ее лицом к себе.
— Если ты чувствуешь, что здесь тебе небезопасно, подумай об этом, — его взгляд опустился на свою руку, и она проследила за ним взглядом, — это основание для расторжения нашего соглашения. Но мы оба знаем, что там тебя ничего не ждет. Не к кому вернуться домой. Ни еды, ни чистой воды. Я не твоя Табита, но я делаю все, что в моих силах, чтобы обеспечить твою безопасность.
С каждым его словом ее гнев остывал. На его место пришла печаль. Глаза защипало от набегающих слез, и жжение усилилось, когда она сморгнула их.
— Ублюдок, — Лара вырвала свою руку из его хватки и поспешила наверх. Она убедилась, что захлопнула за собой дверь своей спальни.
Согласно своему обычному вечернему распорядку, Лара приняла душ — это было увлекательно, и она изо всех сил старалась не делать этого чаще одного раза в день — и спустилась вниз. Ронин завершил выполнение своей рутинной работы, разложив на столе разнообразную еду для нее на выбор.
Обычно они разговаривали, пока она ела, но сегодня разговор дался ей нелегко. Это был не ее сон и не их предыдущая ссора. Ее разум продолжал возвращаться к тому, что она увидела в зеркале. К тому, что она увидела сейчас, когда посмотрела на свои руки.
Они были мягкими. Чистыми. Ее кожа приобрела здоровый блеск, которого она никогда раньше не видела, а тело казалось немного менее рельефными. Изменения были незначительными, но она не могла их не заметить. Она ела два, иногда три раза в день, и у нее больше не было приступов голода.
Испытывала ли Табита то же самое? Не поэтому ли она согласилась жить с ботом? Она заслуживала комфорта, особенно после всех лет заботы о Ларе.
Чувство вины грызло Лару даже сейчас, как бы сильно она ни старалась, этого никогда не было достаточно. Сбор мусора, обмен, танцы… она так и не заработала свою долю. Сколько раз она лгала Табите, утверждая, что не голодна, просто чтобы ее сестра съела дополнительную порцию? Однажды Лара вышла за рамки привычного, чтобы обеспечить Табиту…
— Ты сегодня тихая, — сказал Ронин, отвлекая Лару от ее мыслей как раз перед тем, как они приняли мрачный оборот. Она подняла на него глаза; он уставился на недоеденную еду, лежащую перед ней.
— Просто задумалась, — ответила она, ковыряя кусочек мяса. Она откусила небольшой кусочек.
— Обычно ты выражаешь свои мысли без ограничений. Почему сегодня все по-другому?
Потому что она чувствовала себя… подавленной. Бесполезной. Слабой. А он вбил в нее эту реальность еще раньше.
Он был прав; у нее ничего не было. Никого. Даже Гэри и Кейт отвергли ее. Она не удивилась бы, если бы кто-то уже занял ее хижину, если бы на ее поддоне уже спал незнакомец, используя пространство, которое они с Табитой построили вместе.
Возвращаться было не к чему.