Тиффани Робертс – Сердце мстителя (страница 10)
Как ни странно, для Тентила эта смесь ароматов стала символом свободы. Этим воздухом он дышал, когда они с Абеллой начали строить свою совместную жизнь. Этим воздухом он дышал, когда они поженились, когда смотрели, как растет живот Абеллы вместе с их ребенком, когда они вслух мечтали о доме под открытым небом с деревьями, травой и местом, где их ребенок мог бегать и играть.
Он повел ховербайк вниз, и его растущее возбуждение усилилось. Это была лучшая часть каждого дня — когда он возвращался домой к ней. Его паре. Его Абелле.
По контракту с Объединенной Земной Федерацией он должен обучать терранских солдат на военных базах в пустыне, а иногда и на орбите. Несмотря на то что контракт длился уже шесть месяцев, он еще не успел освоиться среди военных.
По своей сути они не сильно отличались от Вечной Стражи Бесконечного Города. Они олицетворяли власть, порядок, закон — все то, чего Тентил был обучен избегать, от чег уклонялся. Его роль заключалась в том, чтобы выслеживать, наносить удары и убивать, эффективно и безжалостно, прежде чем исчезнуть в тени. Даже если бы он больше не выполнял эту работу, он не смог бы избавиться от всего, что вложил в него Мастер.
Проводить дни в жарких, тесных помещениях с солдатами, которые пробуждали инстинкты, вбитые в него на протяжении всей жизни, было более истощающим занятием, чем он мог себе представить. Он не должен был тренировать правительственные силы. Они были врагами.
Повезло, что статус подрядчика оставлял его вне военной иерархии. После пережитого в Ордене Пустоты он никогда больше не хотел подчиняться чьей-либо власти. Он проложит свой собственный путь для себя, своей пары и их ребенка.
И все же офицеры, которые были его связными, казалось, были довольны его работой и упомянули, что его подготовка уже пригождалась. Всего несколько недель назад они с Абеллой видели новость о том, что тайная команда специалистов UTF3 обнаружила и спасла десять человек, недавно похищенных работорговцами.
Дополнительной информации о военной команде предоставлено не было, но он знал — Тентил обучал их.
И это… было приятно. Кроме Абеллы и ее семьи, у него не было никакой связи с этим миром или его жителями, и все же он не мог слышать о похищении землян, не думая о ней, не вспоминая состояние, в котором она была, когда он спас ее из поместья Каллиона. Не вспоминая о следах от электрошока, синяках, слишком бледной коже, пугающем количестве веса, которое она потеряла за считанные дни.
Тентила забрали ребенком, и он страдал большую часть своей жизни, но эти страдания придали ему сил. Если он мог использовать эту силу, чтобы избавить других от такой боли… разве это не стоящее дело? Разве это не был идеальный способ плюнуть на наследие Мастера и возвыситься над ним?
Антигравитационные двигатели загудели между ног, когда он поставил мотоцикл на крышу гаража. Он заехал на парковку, заглушил двигатель и остановился, чтобы стереть пылинку с приборной панели.
Все, что действительно имело значение, — это его пара. Абелла была причиной его пребывания здесь, причиной стремления к самосовершенствованию, к счастливой, мирной жизни. Она была причиной, по которой он подписал контракт UTF и выполнял эту работу.
И она была причиной того, как тяжело было расставаться каждое утро.
Все его инстинкты требовали, чтобы он был с ней, защищал ее, лелеял, и эти инстинкты усилились в геометрической прогрессии с начала ее беременности. Каждый день, когда он просыпался рядом с Абеллой, она звала его своим телом, запахом, душой. И он редко сопротивлялся.
Они привыкли называть это своей утренней зарядкой… или, иногда, первым завтраком.
На его губах появилась ухмылка.
Тентил слез с ховербайка и зашагал к лестнице, подгоняемый внезапным голодом. Он хотел свою пару. Незамедлительно. Нуждался в ней сейчас.
Но даже это желание не могло помешать ему разглядывать машины, припаркованные в гараже, когда он проезжал мимо них, не могло помешать изучать людей, которых он видел. Несколько машин на воздушной подушке были незнакомы, но лица — нет.
Когда он спускался по лестнице под открытым небом, его взору открылся парк, разделяемый окружающими жилыми комплексами. Дети нескольких видов играли на красочных площадках и бегали по зеленой траве, смеясь, разговаривая и крича.
Тентил видел много странных вещей с тех пор, как прибыл на Землю, но эта была одной из самых странных и самых трогательных. Дети Ордена научились быть молчаливыми и серьезными. Никакой игры не было, только тренировки.
Не в первый раз он представил себя и Абеллу там, внизу, с их ребенком, бегающими по траве, смеющимися, кувыркающимися, карабкающимися и катающимися, и улыбнулся про себя.
Поднявшись на третий этаж, он перешел на лестничную площадку жилого комплекса. Его глаза продолжали блуждать, как и всегда — Артос остался позади, а Мастер мертв, но Тентил никогда не терял бдительности.
В некотором смысле, он был на взводе, живя в таком месте, как это. Жизнь казалась слишком мирной, слишком тихой. Проблемы в этой области возникали редко. Это казалось неестественным после того, как он провел большую часть жизни в подземном мире Артоса.
Никто из людей, которых он видел снаружи, не был незнакомцем. Даже если он не разговаривал с большинством из них, он знал их имена, знал квартиры, в которых они проживали. Посторонних поблизости не было. Причин для тревоги нет.
Не так ли?
Когда он приблизился ко входу в свою квартиру, до него донесся запах, от которого он запнулся. Капля яда потекла с клыков и обожгла язык. Он стиснул зубы. Тентил узнал этот запах. Он было отчетлив, незабываем…
Но он чувствовал этот запах только в Бесконечном городе. Он чувствовал его только в Ниссе Вай, когда они с Абеллой ходили…
Запах стал только сильнее, когда он подошел к двери. Мужской, пряный, экзотический.
В груди Тентила зародилось рычание. Он оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, согнул пальцы, чтобы выпустить когти, и вытащил из-за пояса тристиловый нож. Прекрасно зная, что замок издает слышимый щелчок всякий раз, когда открывается, Тентил резко отпер дверь и распахнул ее, врываясь внутрь с энергией, потрескивающей в мышцах. Дверь ударилась о стену с такой силой, что отскочила и захлопнулась прямо за ним.
Он едва заметил.
Немногое, с чем он столкнулся в своей жизни, удивило его настолько, чтобы остановить на полпути, но то, что он увидел сейчас, полностью остановило Тентила. Шок, замешательство и необузданная, огненная ярость закружились в груди, и он снова зарычал, обнажив клыки.
Седхи развалился на диване Тентила всего в нескольких метрах от Абеллы, которая сидела в соседнем кресле с откидной спинкой. Хотя седхи был одет в темный сшитый на заказ костюм, его неторопливую, раскинутую позу и желто-черные глаза было невозможно спутать ни с чем, как и эту высокомерную гребаную ухмылку.
— Ах, Тентил, — сказал Фальсификатор Алкорин, — как мило с твоей стороны присоединиться к нам.
Абелла застенчиво улыбнулась и указала на седхи.
— У нас, э-э, гость.
Тентил бросился через комнату. Вскочив со стула, Абелла встала у него на пути, широко раскинув руки. Его сердце бешено заколотилось. Используя каждый мускул тела, он остановил себя за мгновение до того, как мог врезаться в свою беременную пару.
Она не пошевелилась, даже не дрогнула, просто не сводила с него глаз.
— Тентил, не надо.
Позади нее Алкорин оставался в той же расслабленной позе, выражение его лица не изменилось, за исключением слегка расширившейся ухмылки.
— Отойди, — скомандовал Тентил, не сводя взгляда с седхи.
— Нет, пока ты не уберешь нож и не пообещаешь, что не причинишь ему вреда, — сказала Абелла.
— Он недолго будет чувствовать боль.
Алкорин усмехнулся.
— И меня заставили поверить, что ты больше не убиваешь людей.
Тентил наклонился к седхи, обнажая клыки.
— Готов сделать исключение.
Абелла закатила глаза и положила ладони ему на живот. Медленно она провела ими по его груди, плечам и шее, пока не обхватила подбородок. По ее настоянию он повернулся к ней лицом.
— Ты не убьешь его, — сказала она.
Когда его пара смотрела на него своими большими зелеными глазами с таким нежным, но суровым выражением лица, когда она так успокаивающе прикасалась к нему мягкими, но уверенными руками… Никто не мог успокоить его душу, никто не мог унять жестокие инстинкты, как могла она.
— Он опасен, — прохрипел Тентил.
— Он помог нам.
— Он хотел трахнуть тебя.
Абелла усмехнулась.
— Он был вежлив со мной, — она оглянулась через плечо на Алкорина. — По большей части.
Тентил зарычал и отступил, стряхивая руки своей пары. Он собирался убить седхи. А потом, когда Алкорин умрет, он найдет способ убить его снова, просто для верности.
— Я шучу! Шучу! — Абелла обняла Тентила и положила голову ему на грудь. — Прости. Наверное, не самое подходящее время для шуток.
— В любом случае, я бы никогда не назвал то, что я делаю, словом «трахать», — сказал Алкорин. — В этом акте гораздо больше мастерства и артистизма.