Тьере Рауш – Китечка! (страница 6)
Спотыкач один гулять не любил, стеснялся своих копыт, потому его можно встретить в компании Застенника. Если первый – это олицетворение мигрени, то второй – дрязги с соседями во плоти. Ну, фигурально выражаясь. Застенник, седой сгорбленный старик, вечно постукивал клюкой, гудел дрелью, отзывался звоном бьющихся тарелок и криками неугомонных младенцев. Толком не разговаривал, но вот Спотыкач его понимал. Гуляют себе под ручку, беседуют о чем-то. Спотыкач ему про погоду, Застенник открывал рот, комментировал визгом циркулярной пилы. Спутник понимающе кивал, развивал тему. Замечательный тандем, люди даже вешались от такого дуэта. Один сверху копытами цокал, другой из-за стены подвывал брошенной псиной.
С Аглаей общаться одно удовольствие, с троицей в масках тоже можно словом перекинуться. Но с Подменышем, скользким созданием даже по скромному мнению Подвальника и Сумрака, разговаривать – все равно что пачкаться в вонючей слизи, что он оставлял позади себя. Лица у Подменыша не было, только гладкое лицо да широкая прорезь на нем, имитирующая рот. Прорезь эта полнилась хаотично растущими зубами, увидеть мельком его оскал вообще сердечному приступу подобно. Подвальник, которого Басараб в шутку называл иконой стиля за любовь пошариться на мусорках и раздобыть себе экстравагантные наряды, мерк рядом с Подменышем. Этот обгонял мальчишку по количеству обновок. То в клетчатом костюме щеголял, то школьную форму надевал. Все бы ничего, только если Подвальник для приличного вида шмотки искал, Подменыш носил на себе личину того, кого подменял. Внедрялся так в семью какую-нибудь, предварительно сожрав кого-то, потихоньку тянул силы из остальных и когда все ослабевали, медленно приступал к другим блюдам. Ел не торопясь, смаковал. Людям он виделся сожранным человеком, Подвальник и остальные видели его настоящим.
– Принесла нелегкая, – Сумрак пихнул Повальника в бок, кивнул на Подменыша, который медленно тащился от входа в парк.
– У-у-у, образина, – мальчишка неодобрительно покачал головой. Подменыш, казалось, любовался пейзажем и ночным небом. Да только как мы уже знаем, органов для любования у него не имелось.
–
– И тебе не хворать, – отозвался Сумрак. Подвальник промолчал, разглядывая синее платье, красовавшееся на Подменыше. Не услышав Подвальника, но совершенно точно уловив его присутствие, Подменыш прочистил горло или что у него в наборе имелось, и произнес:
–
– Здоровей видали, – хмыкнул Подвальник. Сумрак укоризненно покачал головой, мол, это тебе не Басараб, миндальничать не станет, наброситься может.
– Чаво в платье разгуливашь? – поинтересовался Подвальник. – Давеча в бруках с рубахой таскался.
–
– Молодец какой, – похвалил его Сумрак. – Погулять вышел?
–
– Фу таким быть, – изрек Сумрак, когда Подменыш отошел на безопасное расстояние. – Слыхал, что говорят?
– Чо?
– Будто у него местечко тайное имеется, куда он остатки всех сожранных складирует.
Подвальник поцокал языком. Если жрать, то так, чтобы следов никаких не оставалось. Люди-то слабонервные, найдут клад подобный, весь город на уши поставят. При таком повороте, кто-то может додуматься, что не маньяк орудует, выпишут из столицы охотников и тогда лавочка прикроется. Никаких кошек спокойно половить нельзя будет.
Вдоволь насладившись посиделками в парке, перемыв кости Подменышу (если таковые у него вообще имелись), Подвальник и Сумрак вернулись к подъезду, где обнаружили Басараба. Он курил сигарету без мундштука. Глаза злющие, сам нервный, дерганный. Как был в домашнем халате, так и вышел на улицу.
– Ба-а-а, чавой-то вы, мосье граф, в такой час тут шляетесь? – Подвальник разулыбался. – Маменька заругат.
Вампир сердито фыркнул, вздернул подбородок.
– И вы туда же!
– Я-то? Волнуюся же за вас, вот и любопытничаю.
Басараб бросил окурок на землю, и у Сумрака округлились глаза: да чтобы он окурок не донес до урны!
– Невозможная женщина! – с надрывом произнес вампир. – Решительно заявила, что не уедет, пока жизнь мою не наладит! Разве есть что налаживать, господа?
– Ну, матери-то виднее, – Сумрак почесал затылок. – Она ж вас как облупленного знает. Раз говорит, что налаживать собралась, значит, имеются недочеты.
У Сумрака, между прочим, какой-никакой пример перед глазами, а имелся. Зря он, что ли, под лестницей поселился и за всеми наблюдает?
– Я – сформировавшаяся личность! – у Басараба, кажется, даже руки затряслись. – Другой разговор, если бы финансово нестабилен был, угла своего не имел! Кошмар, кошма-а-ар…
– Дак вы женитесь, – ляпнул Сумрак. – Сразу увидит, что не мальчишка, готовы и такую ответственность принять.
Вампир навострил уши, внимательно стал слушать.
– У людей вроде так заведено. Раз женятся, то, значит, выбор осознанный, самый что ни на есть взрослый.
Подвальник же замотал головой.
– Чо несешь? Где видал такое?
– Есть чего дельного предложить, так давай, не утаивай! Все выложи!
– Уж не жанитьбу ему советовать! Да и к кому свататься? Евонная невеста под стать должна быть!
– Господа, – Басараб резко оборвал начинающуюся ссору. – Я вас услышал. Премного благодарен.
Он поправил прическу, скрылся за дверью подъезда.
– Дурень ты, – буркнул Подвальник. – Старый дурень!
– Кто бы говорил! Тьфу на тебя!
Они, конечно же, к утру успеют помириться и снова поругаться. Да только вот идея, высказанная Сумраком, прочно засела в голове у Басараба и ни к утру, ни даже на другой день оттуда не выветрилась.
Одетта крутилась перед зеркалом, недовольно кривя губы и придирчиво рассматривая уже, наверное, сотый наряд за утро. Ей бы поторопиться, а то никак не успеет к нужному времени. Глаза Одетты в зеркальной глади полыхали зеленым огнем. Бес Захар, лениво зевал, примостившись на тумбочке. Ему выпала честь подбирать аксессуары, тогда как Вениамин выбирал обувь в гардеробной.
Гардеробная была самой главной комнатой квартиры ведьмы, если не считать кухню, на которой она не только зелья варила, но еще и пробовала свои силы в кулинарии. Получалось не слишком-то хорошо, в искусстве зельеварения Одетта преуспела куда лучше. Иногда, вспоминая своих покойных мужей, ведьма думала, что подгоревшие пирожки и несъедобные супы сильно ускорили похороны каждого из них.
– Все не то, не то! – сердилась Одетта, сбрасывая с себя очередную шляпку или откидывая в сторону перчатки. – Мне нужно его поразить, а не заставить задуматься, что у меня якобы нет вкуса!
Захар вздыхал, протягивал другую шляпку, другой шарф. У него, между прочим, дел по горло, сама Одетта же и нагрузила обязанностями.
– Захар, разуй глаза, – шипела Одетта. – Ты бы сам в таком пошел?
И шляпка с леопардовым принтом отправилась в кучу к остальным отвергнутым. Да и вообще, откуда в коллекции появилась шляпка с леопардовым принтом? Одетта покачала головой и дала себе обещание как-нибудь выкроить время для того, чтобы лично выбросить все то, что не надевалось.
– Хозяйка, – писклявым голосом сказал Захар, приглаживая шерсть на хвосте. – Не наряжайтесь вы так, словно хотите привлечь внимание.
– Действительно, – Одетта призадумалась. Чего это она, всесильная ведьма целого района, так старается? Все должно быть с точностью наоборот: пусть вампир сам волнуется и наряды перебирает.
– Вениамин! – позвала Одетта, снимая крупные серьги и внимательно рассматривая свое лицо в зеркале. Что за красавица, сама бы на себе женилась!
Из гардеробной высунулся второй бес.
– Да, хозяйка?
– Отбой, – Одетта махнула рукой. – Пойду в них.
Она посмотрела на простые черные сапожки возле тумбочки. Вениамин насупился. Зря что ли он по коробкам лазал? Теперь все убирать обратно.
– К моему возвращению наведите порядок, – ведьма осталась в элегантном черном платье до колена, чудесном пальто темно-фиолетового цвета, надела сапожки. Бесы переглянулись. Ведьма нахлобучила на Захара леопардовую шляпку.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.