Тиджан – В постели с Райаном (страница 5)
– Я заговорила о школе, потому что в конце недели к Пич придут несколько ее подруг. Хочешь…
Райан застонал.
Она сделала вид, что не слышала этого.
– …прийти и познакомиться с ними? У подруг Пич прекрасные манеры, и они хорошие девочки. Правда, Пич? Ты и твои подруги, кажется, пользуются уважением в классе. И неважно, что Маккензи старше вас на год.
– Мам! – Пич тоже пришла в ужас. – Заткнись.
– Мам, – протянул Райан. – Ей не захочется в такой момент общаться с незнакомыми людьми.
– М-мм?
Я могла только сидеть и наблюдать за тем, как разворачиваются события. Миссис Дженсен, казалось, не так легко было сбить с толку. Она пила кофе маленькими глоточками, с таким видом, словно он был накачан морфином. Я нахмурилась и посмотрела на столешницу, словно ожидая увидеть нечто, что она могла бы положить в свою чашку. И в этот момент я почувствовала, как нога Робби толкнула меня в колено. Он немного съехал вперед на стуле, вытянув ноги, чтобы достать до меня.
Я полагала, что уже исполнила свой сестринский долг, когда отвлекла всеобщее внимание от него. Поэтому я лишь приподняла бровь.
По губам Робби я прочитала слово «ванная».
Я кивнула.
– Можно нам выйти из-за стола?
– Вам? – Миссис Дженсен перевела взгляд с меня на моего брата. – Ах да. Да. Конечно. – Она посмотрела на наши тарелки. – Но вы оба так ничего и не съели. Роуз? Ты можешь позаботиться о том, чтобы у нас было что поесть, если они позже проголодаются? Если нет, мы можем заказать рогалики.
Боже. Рогалики. Меня словно ударили.
Моя мама так ничего и не знала. Правда? Дело было вовсе не в том, что она
Мои глаза налились слезами, но нет, я не собиралась расплакаться. Ни за что.
Робби со скрипом отодвинулся на стуле. Потом он встал и замер на месте с удивленным выражением лица, словно не помня, зачем он это сделал.
– М-мм…
Он открыл рот и ничего не сказал. Потом закрыл его. Потом опять открыл. И по-прежнему ничего не произнес.
Я ласково сказала:
– Ванная.
– Ах да.
Он выбежал из-за стола, обогнул Райана и стал поспешно подниматься по лестнице.
Последовала еще одна неловкая пауза.
Я не поднимала глаз, потому что, честно говоря, мне не хотелось видеть их жалость. Мне пришлось напоминать моему маленькому брату, почему он встал из-за стола. И это было не нормально. И вообще то, что мы находились в их доме, было не нормально. Они не были друзьями нашей семьи. Мы едва знали их. У нас здесь не было ни друзей, ни родственников. Я думала, что вроде как подружилась с Райаном, но мы находились в его доме не ради удовольствия.
Я чувствовала их внимание. И мне оно было ненавистно.
Уиллоу всегда хотела привлечь к себе внимание. Как и Робби. Но сейчас оно было сосредоточено на мне, причем это было не такое внимание, какое я привлекала раньше. Я всегда предпочитала держаться сама по себе, порой любила пошутить, но всегда старалась держаться в тени. Меня легко было забыть. И такое внимание – точнее отсутствие его – мне нравилось. А то внимание, которое я привлекала в тот момент, было мне противно.
Мне оно было не нужно. Но мне его навязали.
Откашлявшись, я решила убраться оттуда. Я повернулась к Райану.
– Поиграем, пока не приехали бабушка с дедушкой?
Он сразу же поднялся.
– Черт, разумеется.
Он был, как и я, рад покинуть кухню. Но я решила не думать о том, почему именно.
И весь остаток дня мы провели в его комнате. Робби тоже был с нами до тех пор, пока в семь часов вечера не раздался звонок в дверь.
Глава 3
С приездом бабушки и дедушки все стало еще дерьмовее.
Слезы. Объятия. Похлопывание по спине. Это между взрослыми.
– Они что, раньше уже встречались? – шепотом спросил меня Робби.
А потом бабушка принялась тискать его.
Райан, который стоял у стены рядом со мной, хмыкнул, но тут же закашлялся, скрывая свою оплошность. Его сестра мрачно посмотрела на него. Потом перевела этот мрачный взгляд на меня, но тут же вспомнила, почему я находилась там. Она повесила голову и стала ковырять пол носком ботинка. Честно говоря, я не могла винить ее. Полагаю, я была не такой, как все ее знакомые девочки. Я имею в виду, что я не плакала. Я не хотела спать вместе с ней, но буквально приклеилась к ее брату. И в те несколько раз, когда она заговаривала со мной, я не слишком утруждала себя ответами. Я не была с ней грубой. Просто не отвечала на ее авансы, что было для нее явно непривычно. Но отвечать на авансы было делом Уиллоу. Она была общительной и обаятельной.
В общем, совершенной.
Я обняла Робби, прижимая его спиной к себе, и уткнулась подбородком в его макушку.
– Нет. Я думаю, что бабушке просто нужно поплакать. Вот и все.
Робби взял меня за руки и крепко сжал их.
– Дедушка выглядит так, словно и он хочет поплакать.
Стоя в стороне, дедушка держал в руке белоснежный платок. Он всегда лежал у него в кармане, бабушка настаивала на этом, но до того дня я ни разу не видела, чтобы он пользовался этим платком. И пока бабушка разговаривала с миссис Дженсен, дедушка высморкался, несколько раз моргнул и отвел глаза в сторону. Он поднес руку к лицу, а потом еще раз часто заморгал. Потом приподнял плечи и отвел их назад, словно напоминая себе, что он должен держаться стоически.
Разговор постепенно стал сходить на нет, и я поняла, что мне нужно приготовиться.
Я знала, что скоро бабушка начнет забрасывать меня вопросами.
Я перевела дыхание, потому что каждый ее вопрос был словно ударом хлыста.
– Эй, Кенз, – сказал Робби, выкручиваясь из моих объятий. – Ты делаешь мне больно.
Я тут же отпустила его и увидела на его руках белые отметины в тех местах, где я сжимала их. Я почувствовала раскаяние и вслед за дедушкой часто заморгала и отвернулась.
Робби дотронулся до моей руки, и его жест сочувствия чуть было не заставил меня расплакаться. Но я же была сильной, как он сам сказал мне.
Я не могла плакать. Еще не могла.
Я слегка улыбнулась Робби и легонько ударила его по плечу.
– Готов принять участие в мелодраме?
– Маккензи!
Это бабушка услышала меня.
– Как ты бесчувственна! Твоя сестра умерла два дня назад. Мелодрама? Ты так относишься к горю бабушки?