Тиджан – Мой дорогой Коул (страница 27)
– Извини.
Я закрыла глаза, позабыв о сотнях людей под нами. Весь клуб погрузился в темноту. Огни вспыхивали над танцполом, но я знала, что никто снизу нас не видит. Откинувшись назад, выгнув спину и выпятив грудь, я обхватила его за шею. Платье было с глубоким вырезом, и я знала, что он видит. Я хотела, чтобы видел, трогал, ласкал. Хотела всего.
– Эддисон, – прошептал он мне на ухо.
Я слышала его дыхание и почти чувствовала, как растягивается в улыбке рот. И больше не думала об оставшихся за дверью охранниках.
В пронизанной ощущением секса атмосфере клуба я хотела того же, чего хотела в комнате: чтобы Коул меня поцеловал.
Да, я хотела еще и большего, но это потом, а пока…
Обвив Коула руками за шею, я отклонилась назад, чтобы видеть его. Клуб стал нашим задником.
Его глазами на меня смотрела животная страсть. Кончиками пальцев я потянулась к нему, коснулась лица.
– Завтра я вернусь к моей обычной жизни.
Его взгляд тяжелел.
– Но эта ночь… здесь… она не обычная. У меня такого не бывает. Спасибо тебе.
Коул нахмурился.
– За что?
– За то, что вытащил меня из той жизни, пусть даже ненадолго. –
Он сжал мое бедро, надвинулся, прижался всем телом, и на меня нахлынуло пьянящее ощущение. Опустив голову, он на мгновение коснулся губами моего обнаженного плеча.
– Это я должен благодарить тебя. Ты не представляешь…
Я замерла. Он не играл, не дразнил, не осторожничал, но говорил с непривычной, жутковатой серьезностью:
– Не могу говорить о том, о чем не могу, но твой приезд… он как глоток кислорода. Я снова дышу. Так мало чистого среди всей этой грязи.
Я закрыла глаза. О чем он? Что хочет сказать? Не все ли равно – ведь он не скажет. Упершись руками в стену, я подалась ему навстречу, а он, обхватив меня рукой, оторвал от пола и приподнял.
Я посмотрела на него сверху вниз и улыбнулась.
– Что ты делаешь?
Он усмехнулся в ответ, повернулся и посадил меня на барную стойку. К счастью, бармена за ней не оказалось. Я развела ноги, и Коул встал между ними, наклонился и вошел в меня. Его губы запечатали мои, и по спине побежали «мурашки». Теперь он был там, где ему и полагалось быть, – со мной. Я обняла его за шею и притянула к себе. Поцелуй проникал все глубже, и я забыла обо всем. Остался только этот миг. Я с ним. Будущее подождет до завтра. И Сиа, и моя жизнь в Чикаго – это тоже там, в завтра, а сегодня – только этот миг, только Коул.
Только Коул и вихрь разбуженных им эмоций.
Глава 16
Мы оставались в кабинке до полуночи. А когда уже не могли больше сдерживаться, вернулись в мой номер в отеле.
Рано утром Коул разбудил меня ласками и поцелуями, но около шести ему пришлось уехать по делам. Когда я позже проснулась снова, в аэропорту уже ждал самолет.
По пути домой я думала о минувшей ночи. Все случившееся напоминало сон наяву. Я перенеслась в другой мир – мир Коула. Побывала в его жизни. И пусть визит был недолгим, и пусть я даже не поняла, что это за жизнь, оно того стоило. Очень даже.
О том, в какую цену это обошлось мне, я думать не стала и по возвращении сразу же влилась в нормальную жизнь. Точнее, попыталась влиться. Мысли о Коуле отошли на периферию, а на передний план выдвинулась встреча в юридической фирме Джейка.
Прошла она хорошо. Я принесла им нужные бумаги, и этого оказалось достаточно. В офисе сказали, что их сильно удивит, если родители Лайама предпримут дальнейшие шаги, потому что все их претензии «яйца выеденного не стоят». И Джейк, и его коллеги придерживались в этом отношении одинакового мнения.
Подруге о том, что улетала на ночь из города, я ничего не сказала, но она, должно быть, заметила какие-то изменения в моем поведении и спросила, все ли в порядке. Я ответила, что да, все хорошо. Сиа, похоже, не поверила и пригласила меня на очередное мероприятие.
– Спонсором выступает сама «Гала», так что мне положено быть, но поскольку организуют другие, работы у меня будет немного, – объяснила она. – Думаю, дело ограничится разговорами с нужными людьми. Но само мероприятие масштабное и проводиться будет не в нашей галерее. Мы лишь выступаем в роли одного из спонсоров. Думаю, там соберутся все «сливки» города. Хочешь пойти? Но имей в виду, я и Джейка с собой беру.
Может быть, потому что мне не хотелось быть одной. Может быть, потому что Коул разбудил меня, и теперь мне не сиделось в уголке. Раньше все было серое, а теперь мир обрел краски. Я хотела, чтобы все вокруг было ярким, как неоновые огни в клубе. Мне не нравились размытые, приглушенные тона. Может быть, поэтому я неожиданно для себя самой согласилась пойти.
И вот, уже двадцать четыре часа спустя, я снова оказалась среди чудесных, красивых людей, хрустальных огней и шампанского. Много, очень много шампанского. Сиа так и обещала и не обманула. Все, как на ее презентациях, только помноженное на десять.
Мне хотелось умереть. Хорошо, почти хотелось. Не совсем. Понимаете. Прогресс. Я испытывала раздражение и сожаление, но в мягкой форме. И от тех, кто захотел бы подойти и поговорить со мной, я защищалась бокалом с шампанским, который твердо держала перед собой.
«Холдорф» – один из самых престижных отелей в Чикаго, и публика к вечеру собралась самая разная: звезды спорта, знаменитости, герои светской хроники, часто бывающие и в «Гала». Расположившись в углу, у окна, я видела передний вход и прибывающих приглашенных. Не хватало красной дорожки.
– Привет. – С бокалом в руке ко мне робко, бочком, подошел Джейк и, повернувшись спиной к окну, оглядел толпу у меня за спиной. – Впечатляет. У Сиа обязанностей много?
– Точно не знаю.
– Она где-то здесь. – Он посмотрел на меня. – С ней на этих мероприятиях всегда так?
Я похлопала его по руке и тоже повернулась лицом к залу.
– Да, мой дорогой друг. Ты присоединился к силам темной стороны. Я называю их Позабытой Свитой. Некоторое время в этом печальном клубе числился только один член, но сегодня я рада приветствовать тебя как новобранца.
– Мне можно получить булавку?
– Я куплю тебе одну из тех штуковин, которые носят победители конкурсов красоты. Между прочим, чтоб ты знал, прежде она никогда своих бойфрендов на такие вечера не брала.
– Да? – Джейк с интересом посмотрел на меня.
Я кивнула:
– Ты – первый. До других ей обычно и дела не было. – Я легонько толкнула его локтем в бок. – Думаю, это кое-что значит.
Джейк горделиво выпятил грудь:
– Определенно значит. Я чертовски хорош в постели.
Я рассмеялась:
– Не может быть!
Внезапное восклицание Джейка заставило меня повернуться в ту сторону, куда смотрел и он.
– Это же Малер.
– Кто?
Поначалу я видела только черные смокинги и сверкающие платья, но потом стоявшая неподалеку пара отошла в сторону, и я заметила его. Главный поверенный в делах родителей моего покойного мужа. Я присмотрелась к паре рядом с ним, и кровь похолодела в жилах.
– О, нет.
– Это же тот самый кусок дерьма, который пытается – или, вернее, пытался – привлечь тебя к суду. Давненько с такой тупостью не сталкивался.
Джейк понятия не имел, кто стоит рядом с «куском дерьма».
– С ним кое-кто еще.
– Что? – Он проследил за моим взглядом. – Не может быть. Это же не…
– Они самые. Родители Лайама. Собственной персоной.
– Должно быть, пришли по его билету. Что будем делать? – Энтузиазма у него заметно поубавилось. – Я уже собирался подойти да устроить небольшую разборку, но решать тебе. Сделаем вид, что не замечаем? Отойдем в сторонку? Или будем хохотать как сумасшедшие – пусть знают, что нам здесь веселее, чем им? Давай пройдем мимо, ты меня как бы нечаянно толкнешь, а я врежу старичку плечом в локоть. Посмотрим, крепко ли он держит бокал и на кого прольет.
– Хочешь подраться?
Джейк пожал плечами.
– Да, но только в своем стиле. Законники дерутся по-своему, не так, как остальные.
Я уже собиралась предложить вариант с обходным маневром, но тут Малер посмотрел в нашу сторону. В следующую секунду глаза у него полезли на лоб, а по лицу, раскрасневшемуся и потному, расплылось довольное, вкрадчиво-любезное выражение. Он помахал нам, и я заметила, что вид у него не вполне трезвый.
– Вы только посмотрите, кто у нас здесь! Джейк Паркер. Ваш офис прислал сегодня бумаги. Вы так любезны и внимательны.