Тиджан – Картер Рид 2 (ЛП) (страница 56)
— Мы выясним, кто это был. Мы позаботимся о них.
— А потом?
Я знал, о чем на самом деле он спрашивал: что будет со мной и семьей. Я найду предателей. Убью их, и наконец покончу с этим. Но ему я сказал:
— Об этом поговорим позже.
Я не хотел больше об этом говорить, и он уважал мое молчание, пока мы садились в грузовик, для того чтобы направиться домой.
Я был зол от того, что мой допрос затянулся.
У копов, в участке, было не достаточно улик, чтобы нас арестовать, но это не значило, что они не пытались что-то найти. Это была самооборона. Обе, Эмма и Андреа, дали показания, подтверждающие это, и мой адвокат выплеснул на них достаточно юридических терминов, чтобы заставить полицию отступить. Они хотели что-то на меня повесть, но без доказательств, опровергающих то, что говорили Эмма и Андреа, их руки были связаны.
Когда я не смог дозвониться до Эммы, после того как мы наконец-то вышли, я позвонил Дрейку, который сказал, что ее отвезли в дом Ноя, куда они собирались заехать с ней после того, как сыщики оставят их в больнице. Затем, позвонил Ной, и сообщил то, что мне нужно было знать. Кто-то забрал ее, и это были не мои люди. За ответами я направился в дом Маурисио. Войдя в двери, я получил предателя.
Мы проехали несколько кварталов, прежде чем я спросил Коула:
— Он не сказал, кто был с ним?
— Он сказал небольшая группа. Он не говорил об этом, но у меня сложилось впечатление, что не все старейшины его поддержали. Я не знаю, были ли они в курсе, что он затевает.
Но мы не были. В этом вся суть.
— Слушай, Картер… — начал Коул.
Я покачал головой. Слишком много борьбы. Слишком много крови.
— Я устал, Коул. Я не хочу продолжать войну. Если бы они не были частью этого, то тогда…
Все те старейшины. Все их семьи? Боль подобная той, которую я не чувствовал, с тех пор как умер ЭйДжей, и которая спрятана глубоко во мне.
— Они были моей семьей, Коул.
После ЭйДжея. Когда Эмма была в приемной семье. Прежде, чем она вошла в мою жизнь.
— Они поддержали меня в том, чтобы помочь
Мысль, что они забрали бы ее у меня? После того, как помогли ее спасти?
— Джин держал пушку у ее головы.
Коул затих, после того, как сказал это. Я слышал признание, и я знал, о чем он говорил.
— Мы должны убедиться, кто был с ним и кто не был, — я пригвоздил его взглядом. — Мы должны. Все те жизни, Коул.
Он скривился и тихо выругался. Размахивая руками над своей головой, он застонал и опустил голову обратно на подголовник.
— Мы должны быть единой командой. Ты и я. По-другому это не сработает.
— Мы.
Он покосился на меня, когда Питер продолжил ехать. На мгновенье, он изучил меня, но затем кивнул, и я увидел его облегчение. Его плечи расслабились, голова упала, и, казалось, все напряжение ушло.
— Спасибо, — сказал он быстро.
Секундой позже он засмеялся.
— Она укусила его, Картер.
— Что?
— Эмма. Вот почему он уходил. Она укусила его настолько сильно, что пошла кровь.
Я ухмыльнулся. Конечно, она укусила его. Она была бойцом,
ГЛАВА 24
ЭММА
Аманда притихла рядом со мной. Мы из машины наблюдали, как Тереза и Ной подошли к двери и постучали. Мы, уже как полчаса припарковались снаружи дома родителей Андреа.
Наконец, Тереза сказала, что они пойдут первыми, но по правде, я не смогла выйти из машины. Я не знала почему. Я просто не смогла.
— Ты нервничаешь? — спросила Аманда.
Я метнула в нее взглядом.
— Будто ты не догадалась?
Тридцать минут. Вот как долго мы здесь были.
Она покраснела и улыбнулась.
— Прости. Знаю. Я тоже нервничаю.
— Почему?
Я повернулась к дому. Вопрос был скорее для себя самой, чем для нее. Не было ничего, из-за чего стоило бы нервничать. Я была рядом с Андреа каждый день, пока она была в больнице. Мы все еще незнаем друг друга, но, сейчас, мы это преодолеваем. Ее родители тоже приходили, но мы пересеклись только один раз. Андреа хотела, чтобы я приходила после обеда, а ее родителям было разрешено навещать ее утром.
Она была в больнице, под присмотром, в течение недели, и я знала, что некоторые их визиты проходили не совсем гладко. Она боролась со своими родителями, и она не много мне об этом рассказывала. Мы больше говорили о нашем прошлом, о ЭйДжее и нашей матери.
У меня не было причины бояться войти в дом ее родителей, но я боялась.
— Я не знаю, — Аманда пригладила свою рубашку, а затем потерла свои руки о джинсы. — Это реально, ты ведь знаешь? То есть, ее отец — это ее настоящий отец. Он мог бы быть твоим, или, возможно, он может помочь тебе найти твоего. Кто знает? Он ничего не сказал о твоем брате?
Я покачала головой.
— Только то, что он спросил ЭйДжея, могу ли я поехать с ним и Энди, и он отказался. ЭйДжей был старше Картера и меня… не так уж важно… но я предполагаю, что наша мать выгнала его, и он уже был в системе. Это заняло бы слишком много времени, чтобы сделать все легально и взять с собой также и ЭйДжея. И мой настоящий отец ушел задолго до этого. Это то, что он сказал.
— Ох, — сказала она уже тише.
— Да.
— Все же. Она твоя настоящая сестра. Думаю, это хорошо, иметь настоящую семью. Которой у тебя не было прежде. Когда были ты и я, с Мэллори и Беном, никто из нас не был. Вот почему мы сдружились. Мэллори была бы счастлива за тебя.
Я с облегчением выдохнула, но внутри все было напряжено.
— Милый домик, — заметила Аманда.
Я улыбнулась. Милый. Это был особняк. Он выглядел как трех или четырех этажный дом, с бассейном на заднем дворе.
Аманда тоже посмотрела на задний двор.
— Там теннисный корт, с другой стороны бассейна?
Я засмеялась.
— Возможно. Кто знает? Она сказала, что ее семья богата. Он — владелец отеля, как Ной.
— Ной его знает?
Я нахмурилась.
— Без понятия. Я даже не подумала спросить.
— Вот было бы приколом, хах? Если Ной знал настоящего отца твоей сестры все это время?