Тиджан – Картер Рид 2 (ЛП) (страница 48)

— Я буду не долго. Она сказала, что они сейчас в коридоре на седьмом этаже.

Затем он отъехал на парковку.

Когда я подошла, двери открылись, и я прошла внутрь. Прямо сразу, я услышала:

— О, мой Бог, Эмма!

Аманда и Тереза бросились на меня. Они обняли меня, и я оказалась в их крепких объятиях. Ной отступил назад и слегка махнул мне.

Они были здесь. Я все еще не могла поверить в это.

— Эмма, — Аманда обхватила мой затылок, как если бы защищала меня. — Мы так волновались. Твоя сестра… мы не можем…

— Нашу дочь привезли раньше.

Пронзительный голос раздался позади нас, разговаривая у стойки регистрации.

Аманда и Тереза снова обняли меня, но меня снедало мучительное чувство. Тот голос… Я оглянулась, чтобы посмотреть на женщину и мужчину, оба были в зимних пальто. Рука мужчины была на спине женщины, пока они ожидали ответ медсестры.

— Имя вашей дочери?

Я знаю. Прежде чем они сказала его, я знала. Они были приемными родителями Андреа.

Я отстранилась от Аманды и Терезы, когда мужчина ответил медсестре:

— Андреа Натанс.

От ее имени разговоры в холле прекратились.

Все знали. В новостях мелькала фотография Андреа, и сообщение, что она была найдена. Глаза медсестры расширились, но она наклонилась вперед и записала информацию. Мать и отец Андреа оглянулись через плечо.

Кода они это сделали, я увидела морщины на лице отца Андреа. У него были мешки под глазами. Ему можно было бы дать, около пятидесяти, но он выглядел на все семьдесят. Я видела грусть, а также… то, как его рука поднялась, чтобы удержать плечо своей жены, то, как она придвинулся ближе к ней, как если бы он заботился больше о ней, чем о себе.

Медсестра протянула им через стойку бумажку и указала вниз по коридору к лифту. Когда мама Андреа взяла бумагу, медсестра подняла пульт и переключила телевизионный канал.

— Спасибо вам огромное, — мама Андреа прижала бумагу к своей груди, когда они пошли к лифтам.

— Я…

Я почувствовала, как растет паника в моей душе, страстно желая пойти за ними, но также и остаться с ними друзьями.

К счастью, Аманда и Тереза поняли. Они отошли назад. Аманда указала жестом на родителей Андреа.

— Иди, Эмма.

Я не тратила больше ни секунды. Я поспешила за ними, но не беспокоилась о том, что они могут заметить мое лицо. Они держали головы опущенными, и казалось, хотели привлечь внимание настолько, насколько и я. Когда двери открылись, и они вошли внутрь, я вошла следом и посмотрела, на кнопку какого этажа они нажали. Шестой этаж. Затем я поспешила обратно. Подняться наверх, и пройти за ними, в ее комнату… Я не думала, что смогу подобраться настолько близко.

Потому что, в конце концов, это была моя вина. Их дочь уехала, чтобы найти меня. Вина обрушилась на мои плечи, угнетая меня, поэтому я села в следующий лифт.

Когда двери открылись на шестом этаже, я услышала их в коридоре. Они о чем-то спорили.

— Остановись, Гейл, — сказал отец Андреа. — Мы можем задать эти вопросы позже. Сначала, мы должны убедиться, что она здорова.

Я прошла за ними, но этот голос… Я узнала этот голос. Его тон. Его акцент. Мягкость с нотками власти. Все в нем было знакомо, и я застыла в коридоре. Мои ноги не слушались моего разума. Я не могла сдвинуться. Я схватилась за живот, когда на меня нахлынули воспоминания, одно за другим. Все они пришли ко мне с молниеносной скоростью, и я покачала головой. Я не могла переварить их все сразу. Они не имели смысла.

В моих воспоминаниях, он спорил с моей матерью.

Он кричал на нее, угрожая забрать обеих девочек. Моя мама крикнула в ответ. Элли была ее. Энди была его.

Подождите. Это не имело смысла.

Затем, другое воспоминание… Я пряталась за дверью и знала, что ЭйДжей идет ко мне, чтобы увидеться. Я была так взволнована, обнимая свои колени с собранным рюкзаком. Хотя, он не пришел. Он задерживался, и когда я прождала так долго, как могла, я подошла к окну, чтобы посмотреть, был ли он там. Он был. Он был там, с тем мужчиной. У них была напряженная беседа, во время которой они размахивали руками. ЭйДжей выглядел расстроенным. Мужчина выглядел уставшим. Он плакал, и когда ЭйДжей оглянулся на окно, где я стояла, я увидела, что он тоже плакал.

Третье воспоминание… Я слышала, как ЭйДжей разговаривает с тем же мужчиной:

«— Она — моя сестра. Ты не можешь забрать ее у меня.

Мужчина сказал:

— Ни одна из девочек не в безопасности с Коралес. Мы оба знаем это. Я заберу Андреа с собой. Кора не будет драться со мной. Она знает, что проиграет, но Элли. Элли ее старшая сестра.

— Она моя сестра.

— Ты знаешь, что я имею ввиду. Нам не следует разделять девочек. Они должны жить вместе.

— Ты только что сказал, что Кора боролась бы с тобой за это.

— Да, но Аарон, мы оба знаем, что у тебя не прав на твою сестру. Ты несовершеннолетний. У тебя нет прав опеки над Элли.

— У нас один отец. Этого не достаточно?

— Не против ее матери. Если ты будешь сражаться с Корой, Элли попадет в систему, по усыновлению.

— Что угодно. Может ей будет лучше там, чем где-либо еще.

— Дай мне сразиться с ней. У меня есть деньги. Я могу обратиться в суд, чтобы забрать обеих девочек, не только свою дочь.

— Нет. Элли — моя сестра. Она принадлежит мне.

— Она не с тобой. Она с Корой. Мы оба знаем, что это катастрофа замедленного действия. Ты можешь навещать свою сестру. Я прослежу, чтобы о ней позаботились…

ЭйДжей крикнул:

— Я сказал нет! Я знаю, что ты планируешь. Ты собираешься увезти ее из штатов и надеешься, что она не запомнит это место. Ты не собираешься взять меня с собой, и я не могу позволить себе, поехать самостоятельно. Ты обрезаешь любой путь, ты собираешь забрать у меня мою сестру. Я не согласен с этим. Перестань уговаривать меня сделать это».

— Подождите, — сказала я, не осознавая это.

Мужчина застыл перед поворотом, повернувшись, чтобы посмотреть на меня. Его жена повернулась с ним, ее лицо было нахмуренным. Но на его лице не было смятения. Он знал меня, так же как и я знала его.

Я указала на него, и внутри меня начал образовываться глубокий водоворот эмоций. Он… этот парень… он знал ЭйДжея. Он разговаривал с ним. Он был… Я внимательно посмотрела на него. Он выглядел так же, разве что в его волосах проступала седина, зачесанная на бок, и он поправился на несколько фунтов. Он показался мне таким старым тогда, но посмотрев на него сейчас, я поняла, что ему должно быть было тогда за тридцать. Он был тогда моего нынешнего возраста.

— Вы — отец Андреа.

Его жена ахнула. И прижала руки к губам.

Они оба выглядели как представители среднего класса, но я вспомнила заголовки. Он был зажиточным владельцем отеля.

— Андреа сказала, что она была удочерена, — сказала я негромко.

Хотя, это не могло быть правдой.

— Ох, дорогой, — в голосе его жены звучала отчаяние.

Она взглянула на него.

— Эдвард, она помнит тебя. Ты сказал, что она не вспомнит.

Он тронул ее плечо и сжал его.

— Потому что я не думал, что она вспомнит. Это твое хорошее воспоминание, — сказал он мне.

Я по-прежнему заполняла пробелы. Но чем больше он говорил, тем больше воспоминаний вылезало наружу. Все встало на свои места.

— Я не могла вспомнить Андреа, потому что она не росла со мной, ведь так? — спросила я. — Ты забрал ее раньше. Когда она была маленькой.

— Ей было пять. Вот когда я вмешался. Я должен был. Кора была жестокой, и я попытался забрать тебя с собой, но твой брат не допустил бы этого.

ЭйДжей. На меня обрушилось облегчение, но всплеск гнева наступал на пятки.