Тиана Тесса – Навстречу закату. Ты нужна мне (страница 46)

И вскоре действительно уснула.

Глава 48. Подарок

— Что это за место, Ларионов? — я поёжилась, разглядывая высокий забор в какой-то несусветной глуши.

Ни вывески, ни намека на то, что находится за ограждением. И в принципе высота забора такая, будто по ту сторону засекреченный объект, не меньше. Об этом говорили и странные датчики на самом верху, и как я успела рассмотреть, еле заметные камеры по краям.

— Если это место, где можно укрыться на время, то я предпочитаю что-то менее ограничивающее свободу.

— Ты почти угадала. Здесь можно укрыться не только на время, но и так… что тебя никто никогда не найдёт. Даже самые близкие. И со свободой тут тоже напряг.

Резко обернувшись на Тёма, заметила мрачный взгляд. Я предпочитаю пошловатый юмор Ларионова, а не вот эту вот серьёзность. Когда он так говорит, по спине мороз проносится. Внутри всё разрасталась тревога. Ещё и ветер завывал, как ненормальный. Гудел и бросал в глаза пыль от дороги.

Вот что за чертовщина? Кого здесь держат?

— Видишь ли, крошка, Крут не единственный, кто раскопал твое прошлое.

И именно в этот момент в голову ворвалась очередная догадка. Ладони вмиг стали влажными, а сердце скакнуло вниз и пустило по венам холод.

— Тём… Ты… как ты нашёл это место? Это что? Что это?

Вместо ответа Ларионов хмуро кивнул и вышел из машины.

Не может быть. Но… откуда?

Дверь передо мной распахнулась. Я покачала головой.

— Откуда ты знаешь?

— Дополнила картину Аня.

— Отлично. Она тоже в теме?

— Не переживай, сама девушка не в курсе. Я сделал вывод из её слов просто потому что знал, кого искать. Позже объясню. А пока что…

Он подал руку. Преодолевая возникшее оцепенение, я вышла из машины и ещё раз взглянула на высокий забор. Сердце колотилось в районе горла, во рту пересохло.

Да быть не может.

— Дальше тебе придется идти без меня, — донеслись слова Тёма через нарастающий гул в ушах. — Но выслушай внимательно инструкции.

* * *

Ни белых глянцевых стен, ни характерного запаха, которые разносятся по коридорам обычных больниц здесь не было. Внутри здание было похоже на отель — большой холл, под потолком и в нишах стен точечные светильники теплого оттенка, на самих стенах лепнина и фотографии в рамках.

«Вы дома!» — гласила надпись на одном из постеров.

Исключение было лишь в том, что окон почти не было. Совсем узкие полоски света ближе к потолку, и на этом всё.

Люди в серых халатах вели меня по узким коридорам, и я с удивлением обнаружила, что мы снова движемся в сторону выхода из здания. Лабиринт, ей-богу.

Но надо признать, уровень проверки здесь непревзойденный.

— Она там, — указал в сторону небольшого сквера сопровождающий, когда мы оказались на воздухе. И кивнув, предложил дальше идти одной. — Если возникнут какие-то проблемы, нажмите кнопку на устройстве, — он потянул небольшой пульт. — Всякое случается, — добавил он. — Держите палец на красной.

Я пока ещё не могла понять свои чувства, тяжесть сковала ещё на входе в это странное место, ограждённое по периметру тремя высокими заборами, между которыми каждый раз я проходила процедуру досмотра.

Да уж, ни на побег, ни на незаметное проникновение внутрь ни у кого шанса нет.

К волнению прибавилось горькое, пожирающее изнутри чувство безысходности. Я понятия не имею, что мне предстоит узнать. Я не понимаю, какая реакция меня ждёт… Чёрт, да даже её внешность сейчас для меня большая загадка.

В памяти всё настолько смазано, насколько усердно я всё это время вычеркивала прошлое из своей жизни.

Лишь, когда из-за аккуратно стриженных кустов показалась женская фигура, я наконец, чётко всё осознала — сейчас я её увижу. Ту, которую похоронила несколько лет назад. Которая меня прокляла, считая, что я убила любовь всей её жизнь. Ту, которую я вопреки всему до сих пор… люблю. Этот факт никак не объяснить.

Кроме как одного немаловажного момента — она моя мать.

Шаги становились короче, дыхание реже, а сердце напротив стучало так быстро, что казалось вот-вот выйдет из строя от бешенной скорости.

Я вижу её, боже, я её вижу.

Она стояла спиной, но я без труда в худой сутулой женщине распознала когда-то родного человека. И не доходя пару шагов, позвала:

— Мам…

Но женщина не обернулась. Я сделала ещё шаг:

— Мама… Мамочка, — прошептала последнее слово едва слышно.

Я чувствовала, как глазам подступает что-то жгучее, но чувства испытывала противоречивые. И пока женщина оборачивалась, вдруг решила, что быть может, это какая-то ошибка. Просто кто-то очень похож на неё? Кто-то мог всё нарочно подстроить. Потому что несколько лет назад все новости трубили о том, что во время пожара моя мать погибла.

Но когда женщина завершила оборот, внутри всё моментально скрутило от острой боли. Колени безвольно подкосились, и я пошатнулась. Но всё же на ногах устояла.

Нет никакой ошибки. Это моя мать.

С безжизненным взглядом, с бесцветным лицом, с обвисшими веками и седыми прядями. Но это она.

Она.

И я ринулась к ней, наплевав на все предостережения персонала. Обняла и зашептала:

— Мама, мамочка. Прости меня, мама.

По щекам внезапно покатились слезы, но я тут же вытерла их тыльной стороной ладони и отстранилась, не чувствуя ни сопротивления, ни ответных объятий.

Так и есть. В глазах женщины не наблюдалось ни испуга, ни удивления. Но теперь она на меня смотрела.

— Ты вернулась, — произнесла она еле слышно.

— Я вернулась, мам.

— Вернулась…

Она на короткий миг растянула губы, и тут же снова улыбку убрала.

— Кто вы?

— Ты не узнаешь меня? — заглянула ей в глаза.

— Простите, я… нет, я вас не знаю.

Родной до боли голос, и вот теперь интерес. Она как будто только что очнулась.

— Я…

— Вы от моей дочери? От Леры? — ошарашила внезапно, встрепенувшись.

Я застыла, не зная, что на это ответить. Она помнит, что у нее есть дочь. Но не узнает меня, или не хочет узнавать. Меня предупредили, что всё может пойти совсем не так, как представляю. И нужно подыграть, если это случится. Так больше шансов, что не произойдет внезапного срыва. Поэтому кивнула.

— Да, меня Лера послала.

— Как хорошо! Как она, расскажите? У нее всё хорошо? Я обещала ей новое платье, она просила с большим синим бантом. Показать? А вдруг ей не понравится?

На её лице отразился испуг, мама начала оглядываться.

— Где шкаф? Я повесила туда платье. Прошлое Лерочке не понравилось. Вы видели, показать?

Слезы полились из глаз, и я зажала рот рукой, подавляя рвущийся всхлип.