Ти Клун – Кости под моей кожей (страница 57)

— Я… нет. Приятного аппетита. — Она поспешила прочь.

— Это было грубо, — отчитал девочку Алекс, но даже Нейт заметил, как приподнялись уголки его губ.

— Я лишь указала ей на то, что у неё на зубах помада, — оправдывалась Арт. — Это был вежливый поступок. Если ты не умеешь быть вежливым, это не значит, что я не умею. Мне понравятся сосиски? — Она с интересом рассматривала тарелку Алекса.

— У тебя есть бекон, — напомнил ей тот. — Ешь его.

— Но я думаю, что мне хотелось бы попробовать сосиски.

— Дай мне кусок твоего бекона. Мы можем обменяться.

— Ты в своём уме? Это не… напарник, тебе повезло, что мы с тобой не разлей вода. А иначе я бы вызвала тебя на ковбойскую дуэль на рассвете.

Нейт попытался заговорить. Но не смог выдавить ни слова.

Алекс настороженно на него посмотрел.

— Ешь свою еду. Тебе это понадобится.

Арт ухмыльнулась ему с набитым беконом ртом.

Каким-то образом Нейту удалось съесть свою еду.

Конечно, он не почувствовал вкуса ни у единого кусочка.

Гипервентиляция — состояние, при котором наблюдается учащенный дыхательный ритм, что приводит к неестественному усилению вентиляции легких. Такое явление вызывает обширную симптоматику со стороны дыхательной и сердечно-сосудистой системы, судороги, расстройства сознания и панические атаки. Сарсапарилла — безалкогольный напиток, который изготавливается из лозы растения сарсапариль. Флаг Конфедерации — красно-синий флаг с двумя перекрещенными диагональными полосами и звёздами на них. Он был придуман как символ Конфедеративных Штатов Америки (содружества 13 рабовладельческих штатов, существовавшего с 1861-го по 1865 годы). Использование символов Конфедерации в современной Америке неоднозначно и вызывает споры, из-за ассоциаций с расизмом, рабством, сегрегацией и сепаратизмом.«4-H» — главная программа развития молодежи от Министерства сельского хозяйства США. В таких клубах молодежи помогают с обучением и развитием навыков, а также поддерживают с работой в сфере сельского хозяйства.

Глава одиннадцатая

Когда могли, они оставались на просёлочных дорогах, продолжая путь на север. Алекс сказал, что не хочет рисковать, выезжая на главные магистрали, хотя по ним двигаться было бы быстрее. Перед тем, как они отъехали от закусочной, он поменял номерной знак «C/K» на другой, который снял с пикапа, припаркованного на стоянке. Арт в это время стояла на стрёме, насвистывая весёлую мелодию. Нейт же сидел в их автомобиле, стараясь не выпустить съеденный им завтрак наружу.

Ему нужно было задать больше вопросов. Куда они направлялись. Какой у них был план. Зачем им нужно на восток. С какой планеты прибыла Артемида Дарт Вейдер, и как, будучи захваченной в плен тридцать лет назад, она до сих пор умудрялась выглядеть так, как сейчас. Простые вопросы.

Ещё ему хотелось бы знать, осталась ли хижина целой или её сровнял с землёй водопроводчик, который на самом деле не был водопроводчиком.

Нейт не знал, что может означать то, что ему вообще удалось сформулировать такое абсурдное предложение.

Алекс врубил радио через час после того, как они покинули закусочную. Он переключал станции, пока не нашёл ту, что передавала новости. В них говорилось о бейсболе. Погоде. Маркхэм-Трипп — комете, которая подлетала всё ближе и ближе, так что люди, живущие в горах, должны были увидеть потрясающее зрелище, находясь вдали от светового загрязнения больших городов. Ещё три недели, и комета станет самой яркой из когда-либо существовавших, как вам подобное? А теперь, песня, которой уже пять лет, можете ли вы в такое поверить, это Гарт Брукс со своими раскатами грома и ударами молнии^[1].

О солдатах недалеко от Розленда ничего не упоминалось. О сбитых «Чёрных Ястребах». О двух мужчинах и маленькой девочке в бегах. Ни единого слова.

Как будто ничего этого вообще не происходило.

Словно их и не существовало.

Нейт смотрел в окно, наблюдая за проплывающими мимо деревьями.

Арт иногда подпевала радио, пока читала книжку, которую Алекс достал для неё из сумки. На этот раз «Серебряный каньон». Стрелок по имени Мэтт Бреннан влюбляется в дочь владельца ранчо. Эта история не была среди фаворитов Нейта. Арт сидела в своих солнцезащитных очках, поправляя их на переносице каждые несколько страниц. На одном из стёкол виднелась царапина. Вероятно, она появилась во время их побега.

Стоял ранний вечер, когда они прибыли в Национальный заповедник Уилламетт. Небо затягивали тучи. Если бы они продолжали ехать, то рано или поздно угодили бы под дождь.

Нейта выдернуло из ступора, когда он почувствовал, что пикап начинает замедляться. Он моргнул, глянув на Алекса. Тот хмурился, что не являлось чем-то необычным. Но выражение на лице мужчины было мрачнее, чем Нейту доводилось видеть ранее.

— В чём дело? — спросил он, заговорив впервые с тех пор, как они покинули закусочную.

Алекс покачал головой.

Арт хмыкнула, загнув уголок страницы и закрыв книгу.

— Он морально подготавливается.

Нейту не понравилось, как это звучит.

— К чему?

Та посмотрела на него. Нейт едва мог разглядеть её глаза за тёмными линзами.

— К разговору, который нам предстоит. Он переживает, что ты нам не поверишь. Или что ты сделаешь что-нибудь, что мне навредит. Или бросишь нас.

— Арт, — предупредил Алекс сквозь стиснутые зубы.

— Что? Это же правда.

— Может, нам просто стоит ехать дальше, — предложил Нейт, ёрзая на сиденье. — Нам не нужно ни о чём разговаривать. Мы можем просто притвориться, что ничего не произошло.

Алекс хмыкнул. Нейт думал, что это вообще не похоже на какой-то ответ.

Впереди, с правой стороны, имелось место для стоянки. Три деревянных столика для пикника примостились на траве рядом с мусорным баком из чёрного металла. Сосны качались на ветру. Трава была такой ярко-зелёной, какой Нейт никогда не видел. Поблизости не было ни души.

Алекс припарковал пикап рядом со столиками. На одном из них красовался пустой бумажный стаканчик. Красно-белый со словом «КОЛА» сбоку.

— Выходи.

Нейт яростно замотал головой.

— Нет. Мне и здесь хорошо, спасибо.

— Нейт. Вылезай из пикапа. Сейчас же.

— Или что? Ты собираешься меня пристрелить и… о боже, пожалуйста, не стреляй в меня.

Алекс закатил глаза.

— Не собираюсь я в тебя стрелять.

— Он не станет в тебя стрелять, — пообещала Арт, похлопав Нейта по колену. — Ты слишком нам нравишься, чтобы заставлять тебя истекать кровью. Кроме того, если ты будешь ранен, нас это только замедлит.

— И я бы мог пустить в тебя пулю уже множество раз, — добавил Алекс. — Но не пустил, так зачем мне это сейчас.

— Это не так обнадёживает, как ты думаешь, — пробормотал Нейт. — Хорошо. Если я выйду из пикапа, ты обещаешь не оставлять меня здесь?

— Только если ты сам захочешь, чтобы тебя здесь оставили, — произнёс Алекс. По голосу не было похоже, что он счастлив.

— Хорошо. Эм. Тогда… ладно. Я сейчас выйду. — Он открыл дверь. Воздух казался тяжёлым. Нейт сделал глубокий вдох.

— Вау, — выдала Арт. — А ещё медленее ты не можешь двигаться?

Иисус Христос.

Он выбрался из кабины. Земля под его ногами была тверда. Он видел, как белки бегали по стволам деревьев. Пели птицы. Он почти мог бы убедить себя, что всё нормально. Что всё в порядке.

Арт взяла его за руку.

Он посмотрел на неё сверху вниз.

— Всё будет хорошо, — заверила она его. — Вот увидишь. Тебе просто нужно слушать, и я обещаю, что всё будет хорошо. Я не причиню тебе вреда. Я не хочу причинять тебе вреда. И я знаю, что ты тоже не хочешь мне навредить. Ты другой. Ты как Алекс. А он особенный.

Нейт не знал, как на это реагировать.

Он позволил Арт подвести его к одному из столиков для пикника. Она заставила его сесть, прежде чем отошла к другой стороне стола. Девочка забралась на него и села перед Нейтом, скрестив ноги, положив локти на колени и подперев подбородок ладонями.

— Привет, — сказала она, уставившись на него.

— Привет, — удалось ответить Нейту. Он попытался отвести взгляд, но это было практически невозможно.

— Итак. Всё было довольно безумно, не так ли? Последние пару недель.

— Это ещё мягко сказано.