Ти Клун – Безграничное сердце (страница 88)

— Мне было не весело. Тебя следует уволить.

— Лжец, — сказал Зэл. — Ты будешь напевать эту песню на смертном одре. Я сочинил её за десять минут. Последние строки вообще импровизация. Тебе понравилось.

Ладно, отчасти это правда. Но признаваться я не собирался.

— «Рукоблудники и распутники», — прошептал Гэри мне на ухо. Я оттолкнул его лицо, а он лишь засмеялся.

— Это всё равно не объясняет, почему…

— Я не так много знаю о волшебниках, — начал Зэл, глядя на свои ладони. — Или о королевской знати, эпических походах, волшебных существах и приключениях по спасению принцев от драконов. Я лишь знаю, как рассказывать такие истории, но никогда не был их частью. И не знаю, хочу ли. Есть те, кто бежит сломя голову навстречу опасности, словно это пустяк. А есть другие, кто остаётся позади и записывает происходящее. Таких я называю, здравомыслящими.

— Я бы мало чего добился, если бы всегда поступал разумно, — пробормотал я.

Зэл слегка мне улыбнулся.

— Вот именно.

— Э-эм.

— Знаешь, что я люблю?

— Не знаю. Но ты всё равно расскажешь, да?

— Любовь.

— Отстой.

Зэл меня проигнорировал. Вот же чёрт. Он уже нашёл мою слабость.

— Любовь — удивительная штука. Она может управлять армиями. Уничтожать народы. А может заставить даже самых сильных из нас преклониться. Любовь ужасна и прекрасна, и если ты ей позволишь, она станет лучшим, что с тобой случалось.

Я почувствовал благоговейные трепет. Пришлось остановить себя от мечтательного вздоха.

— Ты будто знаешь о чём говоришь.

Зэл засмеялся.

— Не. Я сплю со всеми подряд, тут не до любви. Прошлой ночью я участвовал в оргии с одиннадцатью циркачами. Не поверишь, какие они гибкие. Никогда в жизни не видел столько спермы за три часа.

Мы уставились на него.

Зэл закатил глаза.

— Если я никогда не любил, не значит, что я не верю в любовь. Просто любовь не для меня.

— Ты мой новый герой, — сказал Гэри. — Я хочу быть тобой, когда вырасту.

— Но подожди, — зашипел я. — Ты сам сказал, что любовь заставляет преклониться перед армиями!

Зэл выгнул бровь.

— О боги. Уверен, что я так не говорил.

— С одиннадцатью? — почти испуганно спросил я. — Так много рук.

— Держу пари, ты даже не смог бы сказать, где кончается одно тело и начинается другое, — прошептал мне в ухо Гэри.

— Они так извивались, — согласился Зэл.

— Аргх! — выкрикнул я, потому что представил. — Я хочу лишь одного партнёра!

— Сэм — девственник, — пояснил Гэри. — Он был только со своей рукой.

— Гэри!

— Правдивая реклама залог успеха, — ответил он.

— Это не правда, — сказал я Зэлу. — Никакой руки. А как же ноги? Куда их деть в сексе с одиннадцатью партнёрами? Есть какое-то правило для ног? Почему я о нём не знаю!

— Некоторым людям нравятся ноги у лица, — заметил Зэл. — Нет ничего плохого в том, чтобы немного поиграть языком.

— Не хочу, чтобы мне лизали ноги, — сказал я Гэри. — И не люблю сосать чужие ноги.

— Откуда тебе знать, — самодовольно произнёс Гэри. — Ты даже не пробовал.

Я нахмурился, глядя на свои ноги. Я попытался представить, как кто-то лижет пальцы моих ног, и поморщился. Затем я подумал о Райане, который лиж…

— О нет, — прошептал я. — Я нашёл свой кинк.

— Здорово, — радостно сказал Зэл. — Кинки прекрасны, если их тщательно и по обоюдному согласию исследовать. Прошлой ночью я обнаружил, что у меня кинк на секс с одиннадцатью партнёрами. — Он помахал кому-то за нашими спинами. Мы с Гэри обернулись и увидели в углу группу мужчин и женщин с длинными светлыми волосами, бледной кожей и яркими глазами. Они помахали в ответ, и половина захихикала.

— Знаешь, — томно смотря, протянул Зэл. — Если ты не готов к любви, мы могли бы попробовать секс с двенадцатью. Они в городе только до завтра. Можешь нас пригласить.

— У меня маленькая комната, — слабо прошептал я.

Он усмехнулся.

— Я имел в виду пригласить в себя.

— Боги, — прохрипел я, положив голову на стойку.

— Сэм немного ханжа, — пояснил Гэри Зэлу. — Мой милый, невинный маленький мальчик.

— Он создан для любви, — заключил Зэл, будто всё понял.

— Некоторые для этого рождены, — выдохнул Гэри. — Одни хотят жениться и завести детей, а другие, чтобы их связал и отшлёпал кентавр.

Внезапно стало трудно дышать. Кажется, у меня началась гипервентиляция, но я не уверен.

— Ты в порядке? — спросил Зэл.

— Аргх! — вскрикнул я, потому что снова представил.

— Даже не знаю, как мы пришли к этому разговору, — сказал Гэри. — Снова.

— Вы часто разговариваете о кинках и оргиях? — спросил Зэл.

— Ты делаешь только хуже, — простонал я.

— Любовь! — вскликнул Гэри. — Вот с чего всё началось. С любви.

— Любовь, — согласился Зэл. — Парнишка, я собираюсь выложить всё начистоту.

— Я больше не могу воспринимать тебя всерьёз, — честно признался я. — Я не знаю, где были твои ноги.

Зэл указал на циркачей.

— Видишь большого крайнего парня? Его зовут Ойев. Вот где были мои ноги. Могу теперь рассказать тебе о любви?

— Совсем не помогло, — сказал я.

— Почему ты не расскажешь рыцарю-коммандеру о своих чувствах?

Я посмотрел на него как на идиота.

— Он помолвлен. С принцем. — И с запозданием: — Я ничего к нему не чувствую! Даже не знаю, о чём ты говоришь. Потому что тема закрыта.

— Правда?