Ти Клун – Безграничное сердце (страница 46)

— Рыцарь-коммандер, — промурлыкала Тина. — Как мило с вашей стороны выделить время в вашем плотном графике, чтобы пообщаться с дамами.

— Тоже тебя ненавижу, сучка, — пробормотал я себе под нос.

— Вы какое-то сообщество? — спросил Райан.

Тина распустила хвост. Словно павлин.

— Мы не просто сообщество, — ответила она. — Мы фан-клуба Райана Фоксхарт: филиал замка Локс. Мы — самый большой фан-клуб Фоксхарта Локс-Сити. Мы — Фоксистки.

— Ну, — сказала Мэри, похлопав меня по руке. — Фоксисты. Мы против дискриминации.

— Фан-клуб? — спросил Райан, выглядя очаровательно шокированным. Потом я вспомнил, что он засранец, и я на него злился, так что он не был очаровательным. — О, ничего себе. Он не шутил.

— Кто? — настойчиво спросила Тина.

— Сэм. Он… мой друг. — Райан немного поник, и захотелось крикнуть, что вчера мы точно не выглядели друзьями, ублюдок. Но я сдержался. Едва ли.

И почти все дамы вздохнули.

— Сэм Безграничный? — спросила Мэри. — Он о нас знает?

Дейдра разрыдалась.

— Он… просто… стоит… так… близко.

— Можете дать автограф? — спросила Николь. — На бумаге? Салфетке? Моей груди? Бёдрах или глубже? Везде, где захотите.

— Эм-м, — сказал Райан. — Ого.

— Николь, — рявкнула Тина. — Обуздай свою шлюшью сторону!

— Не могу поверить, что Сэм о нас знает, — с трепетом произнесла Гризельда.

— Как? — заплакала Кортни. — Откуда он знает? Мне нужны ответы! Я хочу, чтобы Сэм был здесь. Я передумала. Я больше не за Растин. ХэвХарт навсегда!

— ХэвХарт — это пара, которую однозначно ждёт смерть, — прорычала Тина. — Да здравствует Растин!

— Я… просто… хочу… прикоснуться… к нему, — всхлипывала Дейдра.

— Что вообще происходит? — в недоумении спросил Райан.

— Растин — это Джастин и Райан, — объяснила Мэри.

— А ХэвХарт — это Сэм Хэверсфорд и Райан Фоксхарт, — пояснила Гризельда.

— Растин и ХэвХарт? — сказал он задумчиво. — Я даже не…

— Я Сэмтистка, — перебила Мэри. — Из-за того, как Сэм выглядит в обтягивающих брюках. Лакомка. Он словно лакомый кусочек в узких брюках.

— О боги, — лихорадочно прошептал я. — Это происходит прямо у меня на глазах.

— А я Фоксистка, — встряла Тина. — По особым причинам. — Она уставилась на грудь Райана. Все понимали её особые причины. Даже я.

Райан снова посмотрел на меня.

— А ты Фоксист? Или Сэмтист?

— Что, — произнёс я, понизив голос настолько, насколько это было возможно. — Нет. Даже неблизко. Захлопнись.

Райан нахмурился.

— Я тебя знаю? Мне кажется мы знакомы.

Все за столом медленно повернулись и посмотрели на меня.

— Нет, — соврал я. — Мы не знакомы. Я тут по делу. Своему делу.

— И по какому? — спросил Райан.

И поскольку я не мог удержаться, то съязвил:

— Не твоего ума.

И Райан засмеялся. И мои трусы чуть не упали.

— Медовые яички, — прошептал я.

— Уверен, что мы никогда не встречались? — спросил Райан. — Ты мне кого-то напоминаешь.

— У меня просто такое лицо.

— Ну, не знаю. Я его не вижу. За всеми этими волосами.

— Это борода.

— Да. Очень длинная.

И тогда я сказал: «А как иначе», потому что это моя жизнь. Потом я ужасно закашлялся и, о боги.

— В смысле, спасибо! Я горжусь длиной и размером. Срань господня! Заткнись, С-Мервин.

— Кто такой Смервин? — спросил он.

— О нет! Глянь-ка на время. У меня важная встреча, на которую я обязательно должен пойти. Деловая встреча.

— Это Мервин, — сказала Мэри. — И простите его. Просто нервничает. Он немного в вас влюблён.

— Мэри! — крикнул я. — Ты предательница. Нет! Я не Фоксист.

— Так ты Сэмтист, — сказал Райан, похоже, забавляясь. Засранец.

— Да, — заявил я. — Совершенно точно Сэмтист. Самый наисэмтисткий сэмтист.

— Значит, ХэвХарт?

— Думаю, Сэму и одному просто шикарно. — Ха! Флора Бора Слам, ублюдок!

— Я обязательно ему передам, — сказал Райан, слегка наклонив ко мне голову.

Меня это разозлило.

— Как хочешь. Уверен, что он просто не может дождаться, чтобы с тобой поговорить.

Райан вздрогнул.

— Нам очень жаль слышать о Джастине, — вклинилась в разговор Тина. Из её глаз потекли слёзы, это у неё получалось легко, и она начала всхлипывать. — Вы, должно быть, так расстроены.

— Да, — сказал он сдавленно. — Это было тяжело. Но мы его вернём.

— А потом вы поженитесь! — сказала Тина, хлопая в ладоши, слёзы мгновенно высохли. — Это будет свадьба века с цветами, слезами, тортом, признаниями в любви и уткой с зеленью в качестве основного блюда, и будут воздушные шары, и гирлянды, и клятвы, что Джастин будет вашим навсегда, и вы будете смотреть в его глаза и вздыхать.

— Как много… слов, — сказал Райан. — Ты немного напоминаешь Сэма.

— Я убью всё, что ты любишь, — зарычал я на него.

— Прости что? — спросил он.

Дерьмо.