Ти Клун – Безграничное сердце (страница 33)

— Что ты имеешь в виду?

— Честно? Понятия не имею. Ты меня удивил, и мой мозг ещё не включился.

— Напугал, — поправил Райан.

— Иди в задницу. Как ты узнал об этом месте?

Он переступил с ноги на ногу.

— Ну-у.

Я ждал.

— Твоя мать… возможно мне показала? — Он казался смущённым.

— Значит она? — спросил я, уже планируя месть.

— Давным-давно, — сказал Райан, и провёл рукой по свёрнутому лепестку оранжевого полевого цветка. — Думаю, мне это было нужно.

— Что? Почему?

— Она сказала, что это хорошее место, если мне однажды захочется уединения. Становится слишком… шумно. В замке.

— Это ещё мягко сказано. Как ты думаешь, почему я сегодня весь день отсиживался в лабораториях?

— Да. Ух. Об этом.

— Всё в порядке, — сказал я с невозмутимым лицом. — Я знаю, что трудно быть бравым и безупречным.

Райан застонал и закрыл лицо руками.

— Конечно же, ты видел.

— Ты вообще ходил куда-нибудь не бравым и безупречным? Это, должно быть, утомляет. Знаешь. Вся эта безупречность.

— Думаешь, я безупречный? — спросил он, опустив руки и выгнув бровь.

Я осознал, что Райан возвышается надо мной, и мой пенис находит это очень привлекательным. Внезапно мне стало очень трудно дышать.

— Что? Просто. Что? Нет. Просто. Замолчи наглая рожа. — Привлекательный. Очень привлекательный. — Просто цитирую твоих обожающих фанатов.

— У меня нет фанатов, — отрезал он.

— Ух. Как грубо. И ты ошибаешься. У тебя есть фанаты. Они состоят в клубах. Ты знал? В Верании есть настоящие официальные фан-клубы Райана Фоксхарта. Фанаты встречаются и говорят о твоих бровях и о том, какой тебе лучше сделать пробор налево или направо, и как фантастически ты выглядишь, когда позируешь.

— Я не позирую! — сказал Райан так, словно услышал самые возмутительная слова в мире.

Я поднялся с земли.

— Прежде всего, это ложь. Ты точно позируешь. — Я немного снизил голос, чтобы быть похожим на Райана. — Привет, меня зовут Райан Фоксхарт. О нет! Надвигается опасность! Позвольте мне вытащить меч и принять позу. — Я изобразил, как вытаскиваю меч из-за пояса, и приподнял бровь. — Заметьте, какой я безупречный. И бравый. И сегодня мои волосы убраны на право. — Я подмигнул.

— О боги.

— Прямо в точку, верно? — Я подумал, что нужно убрать меч, но понял, что его не существует, и я все ещё позирую. И немедленно прекратил. — Держу пари, ты сейчас словно смотрелся в зеркало.

Райан был взволнован. Это было потрясающе.

— Нет. Это даже близко не похоже на мой голос.

— А всё остальное, значит, правдиво? Я так и знал!

Он хмуро на меня посмотрел.

— Ты меня раздражаешь.

— Я всех раздражаю. Это часть моего обаяния. — Разговор был странным. Я даже не знал, зачем мы его начали. Как я такое допустил. Поклялся же себе держаться подальше от Райана Фоксхарта, пока Морган снова не отправит меня куда-нибудь. Между тем, я покинул лабораторию меньше часа назад, и вот он здесь. Это нервировало.

— Я бы не назвал это обаянием.

— Да? Как бы ты это назвал? — Я спросил и подумал: «Уходи, уходи, уходи».

Райан не ответил. Вместо этого он сухо сказал:

— Тодд кажется… милым.

И это была внезапная смена темы и я не понял.

— Хм?

— Тодд, — медленно произнёс Райан, будто я был идиотом. — Твой жених.

У меня чуть глаза из орбит не вылезли.

— Мой кто?!

Хмурый взгляд Райана стал ещё более мрачным.

— Твой будущий муж. Это было во всех новостях.

Он выглядел сердитым, и я понятия не имел, почему.

— Я не собираюсь выходить замуж!

— Тогда зачем им это печатать?

— Потому что свобода прессы зашла в этом королевстве слишком далеко? Я не знаю!

— Они не могут просто печатать всё, что хотят!

Бедное, милое глупое дитя.

— Эм. Да. Они могут. Это называется сенсацией. Они назвали тебя бравым и безупречным!

— Я бравый и безупречный!

— Ага! — воскликнул я. — Я знал, что ты позировал. О боги. Это так неловко. Моё впечатление было настолько правильным, что это даже не смешно. Я собираюсь рассказать об этом всем в твоём фан-клубе.

Райан зловеще ухмыльнулся.

— И откуда ты вообще знаешь о фан-клубах?

ОПАСНОСТЬ. ОПАСНОСТЬ. ОПАСНОСТЬ.

Райану не нужно знать, что я однажды ходил на одну из встреч фан-клуба, переодетый. Это было просто смешно. И жутко.

— Боги. Уже поздно. Посмотри на время. На самом деле у меня нет часов. Я предполагаю, что уже поздно. Так что.

— Сейчас нет и десяти. — Он сделал шаг ко мне.

— Поздно, — настаивал я. — Я устал. Кто-то не отпускал меня вчера до рассвета.

— На тебя напали. Тёмные волшебники. Снова.

— Это случается не так часто, как можно подумать, — сказал я, отступая на шаг назад. — У меня просто лицо, в которое все хотят чем-нибудь засадить. — И сразу же в голове… пошлые картинки с моим участием.

— Отлично выразился.

— Серьёзно, — сказал я, широко раскрыв глаза. — Ты больше не Королева Дерзости. Ты Бог Дерзости. Ты создатель всей дерзости мира. Почему об этом знает так мало людей? Они должны описывать тебя не бравым и безупречным, а нахальным и дерзким. Утром я первым делом напишу письмо редактору. Об этом необходимо немедленно сообщить.