Тейра Ри – У озера на рассвете (страница 10)

В школу Буров больше не заходил – просто высаживал дочь на стоянке перед воротами. Классная руководительница Ники отчитывалась ему о поведении и успехах девочки по телефону в конце каждой недели. И пока все шло гладко, Антон не видел смысла наведываться в учебное заведение лично. К тому же он не горел желанием видеться с Варей. Даже перевести деньги в ее фонд он поручил своей помощнице, хотя мог позвонить лично, ведь теперь у него наконец был номер телефона Власовой, который ему дала Лидия Евгеньевна. Но Буров даже не написал ей сообщение с извинениями.

Он чувствовал себя прыщавым подростком с разбушевавшимися гормонами, когда думал о Варе. А думал Антон о ней куда чаще, чем следовало, что невероятно бесило. Вот он и решил, что избегать встреч – отличная идея. Рано или поздно воспоминания о том утре на озере выветрятся из памяти, и ему снова станет на все наплевать.

Правда, все планы пошли прахом, когда к нему прицепился Игорь Орлов. Орлов давно бегал за Антоном с одним, на его взгляд, офигенно прибыльным проектом, для которого искал инвесторов. Однако Буров ничего прибыльного в этой сомнительной идее не видел – сплошные риски, потому Игоря деликатно слал куда подальше. Но стоило Орлову заикнуться о поездке за город, где будет Варя, слова согласия сорвались с губ Антона, прежде чем он успел все тщательно обдумать.

И вот теперь он в недоумении наблюдал, как его обычно грубая, нелюдимая дочь радостно улыбается, обнимая Лесю.

– Привет, Варя, – Ника отпустила Олесю и теперь обнималась с Варварой.

– Привет, солнце, – Власова чмокнула дочь Бурова в щеку. – Готова веселиться?

Антон окончательно впал в ступор, когда и Даша поспешила к Веронике с приветственными объятиями. Буров вдруг осознал, что упустил нечто важное.

– Здравствуйте, Антон Павлович, – сухо поприветствовала его Леся.

– Здравствуйте, Антон Павлович, – повторила за сестрой Дашка.

– Привет, девчонки, – улыбнулся Буров. – Можете звать меня просто Антон, ни к чему обращаться так официально. Мы же на отдыхе.

– Вы же не наш ровесник, – возразила Леся, сложив руки на груди. – Не нравится «Антон Павлович», будем звать вас дядя Антон. Для мужчины вашего возраста звучит уместно. Идемте, девочки.

Леся схватила свой чемодан на колесиках и направилась к остальным детям, которые собрались у выхода со стоянки, пока взрослые разгружали вещи. Дашка и Ника послушно последовали ее примеру.

Варя мило хихикнула и закрыла багажник.

– И в кого, интересно, Леся растет такой дерзкой? – с сарказмом поинтересовался Антон, наблюдая, как Варя наклонилась, чтобы достать рюкзак с заднего сиденья, демонстрируя потрясную задницу, обтянутую серой тканью легинсов.

Варя выпрямилась и, хлопнув дверью сильней, чем следовало, смерила Бурова хмурым взглядом.

– В мать. – Она нажала кнопку на ключе, и машина пискнула. – Моя сестра никогда не лезла за словом в карман.

Буров тяжело вздохнул. Он сказал, не подумав, и вовсе не желал расстроить Варю в первые же минуты совместного отдыха. Но, видимо, рядом с ней все его красноречие мигом иссякало, и мозг мог выдавать лишь тупые шуточки.

Варя взяла свои вещи и поспешила к входу на территорию базы, где стояли Юля, Жанна и Люда с мужьями и еще две семейные пары, с которыми Буров не был знаком. Антон пошел следом.

Черт! Варвара была нереально хороша в этих своих легинсах и белоснежных кроссовках, черном лонгсливе и ветровке в тон штанам. Распущенные каштановые волосы красиво переливались в лучах яркого сентябрьского солнца и развевались от легкого ветерка.

– Он с тебя глаз не сводит, подруга, – прошептала Жанна Варе на ухо, когда та подошла к ним.

– Они точно убьют друг друга, – пробормотала стоящая рядом Люда, обращаясь к Юле. – Варя его не выносит.

– Ну с чего ты взяла, Людок? – хихикнула Юлька. – Видно же, что он ей нравится. Глянь, как она старательно перед ним бедрами виляла, пока сюда шла.

Люда оптимизма подруги не разделяла и бросила на нее взгляд, полный скепсиса.

Варя с Антом стояли на берегу реки и смотрели на очаровательный маленький деревянный домик, терраса которого нависала над водой.

– Это шутка какая-то? – поинтересовался Антон, переводя взгляд на Варвару.

Идея совместной ночевки казалась Бурову отстойной, учитывая то, как бурно реагировал его член на присутствие Вари. Перспектива две ночи спать со стояком ему не нравилась. Он точно не сможет сохранить хладнокровие, когда она будет в соседней комнате. А еще этот гребаный общий душ…

– Я сначала тоже так подумала, но нет, – Варя направилась к ступеням, ведущим на крыльцо. – Даже хотела отказаться от поездки, но это бы жутко расстроило девочек. Пришлось смириться.

– Я настолько тебе противен? – Антон и не предполагал, как на самом деле она зла на него, раз готова была пропустить ежегодный отдых.

Варя резко остановилась, обернулась, и эмоции, наконец, хлынули наружу.

– Ты назвал меня шлюхой при куче свидетелей, Буров! Унизил! Напугал детей своими воплями и оскорбил моего брата. – Она уперла руки в бока, и ее брови взметнулись вверх в недоумении. – Считаешь, что после такого ты можешь быть мне симпатичен?

– Я очень виноват, Варя. И признаю это. Прости, – он приблизился к ней, примирительно вскинув ладони. – Прости, пожалуйста. Мне не стоило так остро реагировать. Я… Я растерялся. Сама посуди, что еще я мог подумать, когда Мирон назвал тебя мамой, а какой-то мужик обнял как ни в чем не бывало.

– Спросить у меня, что все это значит, и дать возможность объясниться, а не орать, как конченый психопат, на весь магазин.

– Варь, – он осторожно коснулся ее плеча, – я же извинился и признался, что был не прав. Давай просто все это забудем и начнем сначала.

Варя дернула плечом, сбрасывая его руку и сердито процедила:

– Забудем? А тетя Рая со своим мужем тоже забудут и перестанут мешать мое имя с дерьмом на каждом углу? Или, быть может, Нинкина дочь со своей малолетней подружкой-потаскушкой засунет наконец свой язык в жопу и перестанет пиздеть о случившемся всем и каждому, добавляя от себя тонну мерзких выдуманных подробностей?

Вместо того чтобы выразить сочувствие и раскаяние, Антон непроизвольно улыбнулся, слушая, как сдержанная Варя, на людях являющая собой образец святой невинности, матерится. Его так и подмывало заткнуть этот грязный ротик поцелуем, затащить малышку в дом и хорошенько отшлепать, а потом трахать ее весь день напролет так, чтобы к следующему утру она на ногах стоять не могла.

– Я понятия не имею, кто все эти люди, – ответил он, чувствуя, как член напрягся под тканью боксеров.

Антон ощутил себя похотливым животным, понимая, сколь неуместны были его мысли при таком серьезном разговоре, но ничего не мог с собой поделать. Видимо, сказывалось длительное воздержание.

– Это те, кто стал свидетелями сцены, которую ты закатил. Тебе смешно, Буров?! – она заметила его улыбку и истолковала ее по-своему. – Вконец стыд потерял?!

– Нет, Варя, мне вовсе не смешно. Я искренне тебе сочувствую. – Он говорил правду, но ее это явно не убедило.

– Запихни себе в жопу свое сочувствие. Оно не поможет мне очиститься от той грязи, которой меня теперь поливают все, кому не лень. Там поселок, Буров. Провинция. Где сплетни – это излюбленное развлечение всех и каждого. Только представь, каково моим родителям слышать подобное? Леське тоже досталось от местных. Ее назвали дочерью проститутки. Да мне даже роман с собственным братом приплели! А все из-за тебя, идиот!

Варвара потерла лицо руками. Антону стало совсем совестно. Она выглядела теперь подавленной и растерянной, а еще такой беззащитной. Бурову захотелось вырвать себе язык. Он и не задумывался о том, какие последствия для Вари и ее семьи могли иметь брошенные им в гневе слова.

– Варь, я знаю, ты не веришь мне, но мое раскаяние искреннее, – Антон аккуратно взял ее за подбородок и вынудил поднять голову. В серых бездонных глазах плескалась обида. – Ты права. Я идиот. Самый что ни на есть придурок. Я облажался и честно хочу все исправить.

– Одного не пойму, Антон. – Варя моргнула, и глаза предательски заблестели. Антон с трудом подавил желание обнять ее. – Я же честно сказала, что после озера ничего больше не будет. Не давала никаких обещаний, не клялась тебе ни в любви, ни в верности. Мне казалось, нам было хорошо вместе. Я искренне считала, что то утро с тобой буду еще долго вспоминать с теплом и трепетом. Ведь глупо отрицать, что секс был потрясающий. – На этих словах ее щеки залились румянцем. – Так отчего же ты обошелся со мной так, будто я не больше, чем грязь у тебя под ногами?

«С теплом и трепетом». У Антона екнуло сердце, пульс мгновенно участился. Он не знал, как объяснить все Варваре. Боялся, что если расскажет об обстоятельствах смерти Ирины, то это будет выглядеть так, будто он оправдывается, и Варя не поверит ему точно так же, как не поверил никто, даже родители, с которыми он в итоге разругался и не общался вплоть до этого лета. Лишь лучший друг Олег был на его стороне и помог сделать так, чтобы этой сучке Эльвире пришлось навсегда свалить из города вместе со своим семейством.

Варя ждала объяснений и даже не убрала его руку от своего лица. Бархатистая кожа будто жгла пальцы Антона, печальный взгляд проникал в душу и выворачивал ее наизнанку. Искренность и прямолинейность девушки обезоруживали. То, как она спокойно призналась, что сочла их секс потрясающим, было сравнимо с ударом под дых, выбившим из легких воздух.