Тейра Ри – Последний демон. И даже Тьма не спасет (страница 12)

– Теней вроде как смерти не сильно трогают.

– Не сравнивай жизнь Тени с жизнями кого бы то ни было, – в голосе колдуна мелькнуло раздражение.

– Любая жизнь ценна, Гедеон, – ответил я с не меньшим недовольством.

– На незнакомцев мне плевать.

– Ты пытался защитить меня от Пожирателя, хоть и не скрываешь своей неприязни. А ведь мы тогда были едва знакомы.

Гедеон поморщился, будто я напомнил ему о чем-то очень мерзком. Он подошел к письменному столу и принялся разглядывать лежащие на нем рисунки. Будучи подростком, я любил рисовать, потом забросил. Вспомнил о своем увлечении, когда Лука запер меня здесь. Хоть какое-то разнообразие. В основном изображал Сумрака, фурий и пушистых лемфе или ящеров. Знал бы, что придет колдун, – убрал бы все. Никогда не нравилось демонстрировать свои работы.

– Да ты просто кладезь талантов, нолгурд. Как такого не пытаться спасти, – с издевкой ухмыльнулся Гедеон, продолжая рассматривать картинки.

Видят духи, иногда он походил поведением на подростка.

– Хватит копаться в моих вещах.

Я встал и принялся собирать рисунки, чтобы убрать в ящик.

– Какие мы нежные. – Он оперся бедром о край стола. – Дайна с ума бы сошла, если бы ты помер. Вот и пришлось за тебя вступиться.

– Все-таки ты ее любишь, хоть и говорил, что никогда не задумывался о подобном. – Я убрал все в ящик и вернулся за стол. – Любовь толкает нас на безумства. А сражение с Пожирателем без колдовства иначе как безумством не назовешь.

– Вообще-то после твоих слов тогда, в саду, я как раз задумался. – Гедеон хитро и нагловато улыбнулся. – Ты прав. Люблю. И сказал ей об этом в тот день, когда вы избавились от Пожирателя.

Я призвал на помощь все свое самообладание, чтобы сохранить спокойствие. Хотя внутри все мгновенно вскипело от ревности. Гедеон продолжал самодовольно улыбаться. Запустить бы в его наглую рожу кофейником!

– Полагаю, ответного признания ты не дождался? – Решил не бить дорогую посуду: лучше словами. – Я был с ней после открытия Ночного турнира. Не припомню, чтобы она вспоминала о тебе.

Теперь настала очередь Гедеона скрежетать зубами.

Духи вездесущие, да мы оба походили на подростков, которые вот-вот сцепятся из-за девчонки. Что тут сказать: достойное поведение для принца-нолгурда и колдуна, которому перевалило за четыре с половиной столетия. А если учесть еще и то, что эта самая девчонка играючи наваляет нам обоим за драку в доме, – мы выглядели просто смешно.

– Ладно, – рассмеялся вдруг Гедеон. – Один – один. Или у тебя есть еще что мне рассказать?

Я покачал головой и тоже рассмеялся. Мне этого жутко не хватало. Смеха. Вот такого бестолкового и легкого.

– Я не отдам ее тебе так просто. – Успокоившись, Гедеон плюхнулся в свободное кресло.

– Боюсь, что после случая с ловцом воспоминаний у меня и без того не осталось ни единого шанса.

Это казалось очевидным.

– Она остынет. Не сразу, но остынет, а то и вовсе все спустит тебе с рук, как делала до этого. И, заметь, не раз.

– Не пойму, ты пытаешься меня подбодрить?

– Чем сложнее охота, тем желаннее добыча, – Гедеон хищно оскалился. – Разве нет?

– Пощады не жди. – Я откинулся в кресле, скрестив на груди руки, а про себя подумал, что в нашем случае мы с колдуном на самом деле скорее подходили на роли жертв, а не охотников.

– С ней что-то не так, – сказал Гедеон после недолгого молчания, вдруг резко посерьезнев.

На его лицо вернулась привычная мрачность. Он налил себе еще кофе и уставился на кружку немигающим взглядом, крутя ее из стороны в сторону.

– Ну, я чуть было не отправил ее в забытье навечно. Неудивительно, что она зла. У меня самого ото всех этих воспоминаний в голове каша, кто знает, что виделось ей целых десять дней. Может, еще не до конца пришла в себя? – предположил я.

– Ты не понял, нолгурд, – Гедеон перевел тяжелый взгляд с кружки на меня. – Она хотела прикончить меня. По-настоящему. Не просто для того, чтобы припугнуть эту чокнутую. Когда туман коснулся моего тела, я явственно это ощутил. Первый ее порыв не был наигранным. Дайна не сразу взяла магию под контроль, поверь.

– Тебе почудилось, – я попытался его успокоить, но вспомнил: и мне, и остальным Теням в тот момент тоже показалось, что демон не шутит, потому мы и пытались пробить барьер. То было необъяснимое смазанное чувство, сродни несформировавшейся, ускользающей мысли, но при этом жуткое до дрожи.

– Не почудилось. Уверяю тебя. Ты и представить не можешь, что нас ждет, если магия тумана выйдет из-под контроля. Ты не видел и десятой доли мощи Истока демонов, запертого в ее сердце. И молись своим духам, чтобы никогда не увидеть.

– Почему ты говоришь об этом со мной, а не с остальными Тенями? – Его тревога начала передаваться и мне.

– Потому что не хочу зря их волновать и нагнетать обстановку, если все же ошибся. А еще потому, что как бы я к тебе ни относился, не могу не признать: ты хорошо на нее влияешь, нолгурд, хоть и та еще заноза в заднице. Даже когда чудишь, она смотрит на это сквозь пальцы, – Гедеон сделал паузу. По колдуну было отчетливо видно, с каким трудом ему дался даже такой сомнительный комплимент в мой адрес. – Ты, как и твоя мать когда-то, пробуждаешь в ней то хорошее, что еще осталось. Помоги мне не дать ей снова сорваться в пропасть. Прошу.

– Лука морил тебя голодом и запрещал бриться? – Демон сидела за своим столом в кабинете, лениво развалившись в большом кресле, обитом темно-зеленым бархатом, закинув ногу на ногу, и неспешно постукивала пальцами по подлокотнику. – Хотя борода тебе даже идет.

Филипп пришел за мной ближе к вечеру, чтобы сообщить: «Госпожа хочет вас видеть». И вот я стоял у стола Дайны, пытаясь предугадать дальнейшие варианты развития событий, совершенно не желая повторить участь Селены.

– Просто не было аппетита и настроения следить за своим внешним видом. Лука тут ни при чем.

Не хватало еще, чтобы магу досталось почем зря, он и без того натерпелся от рнирхов.

Демон разглядывала меня, не произнося ни слова, будто специально пыталась заставить нервничать еще сильнее. Она выглядела привычно: спокойной и отстраненной, но зелень в глазах словно покрылась слоем инея. Казалось, под этим взглядом сама Тьма из Глубин готова забиться в дальний угол и сидеть, не высовываясь. Что уж говорить обо мне – человеке, который собственной жизнью и той не распоряжался, да еще и отправил повелительницу Санмерата в забытье почти на две недели. Плюс слова Гедеона не шли из головы.

– Сядь и выдохни. Я не стану тебя наказывать и уж тем более убивать, – властный негромкий голос прорезал гробовую тишину.

Не скажу, чтобы после этих слов стало как-то спокойнее, но напряжение немного спало. Хотя расслабиться не получалось. Меня нервировал незримый туман, клубящийся вокруг. Все равно, что сидеть в клетке с голодной фурией, которая рычит и клацает зубами, выжидая момент, чтобы напасть. Одно неверное движение – и смерть. Пламя в камине плясало, вторя туману, то и дело с треском выплевывая в дымоход снопы искр.

– Дайна, мне очень… – начал я, садясь, но она сделала знак рукой, который можно было истолковать как «лучше тебе сейчас заткнуться».

– Последнее, что я хочу слышать, это твои извинения.

– Если желаешь расторгнуть договор, я пойму.

– Хотела бы – уже расторгла бы. Твое согласие или участие для этого мне не требуется.

– Тогда спасибо, что позволяешь остаться.

– Судя по твоему виду, ты до сих пор наслаждаешься созерцанием моего захватывающего прошлого? – Демон проигнорировала благодарность, и уголки ее губ изогнулись в насмешливой ухмылке. – И как? Нравится?

– Познавательно, насыщенно и немного утомительно. – Я сцепил руки в замок и коснулся ими подбородка, стараясь не упустить ни единого ее движения или взгляда, все еще опасаясь нападения. От напряжения дар под кожей зудел и жег огнем.

– Пройдет через пару недель. – Дайна вновь стала серьезной. – Одна из причин, почему ловцы воспоминаний так редко используются, – это как раз таки переходящие воспоминания. Искусственные чары, накладываемые к тому же неумелым магом или колдуном, действуют иначе, чем подлинные. Еще и заклинание заведомо было испорчено, закинув тебя в мое сознание глубже, чем требовалось. Ты впитал слишком много ненужного, но эффект временный.

– Пару недель?! – я даже не пытался скрыть досады, подавшись вперед и схватившись за подлокотники кресла.

– Может, раньше. – Дайна равнодушно пожала плечами, а потом добавила нарочито елейным голоском: – По-моему, небольшая плата за то, что ты сделал. Не забывай, Селене повезло куда меньше.

– Такое я вряд ли когда-нибудь забуду.

Мне и правда повезло, а ведь мог бы застрять навсегда в разуме демона, что, на мой взгляд, еще хуже смерти.

– Зачем ты так с ней? Разве недостаточно было просто изгнать?

Последние мгновения жизни Селены еще долго будут преследовать меня, напоминая: какой бы «мягкой» Дайна иногда не становилась рядом со мной, – она по-прежнему чудовище. Вот только отчего-то вышло так, что я искал оправдания для подобной жестокости, а не испытывал к демону отвращения. От этих мыслей делалось горько. Так думать для нолгурда непозволительно.

– Когда мы с тобой заключали договор, я сказала: «Решишь предать меня, и договор тебя убьет, если, конечно, я не сделаю этого раньше». Эту фразу слышат все Тени. Селена смогла обойти связывающее заклинание, сделав все твоими руками, но от этого ее предательство не перестало быть таковым. Да и потерять Луку я не могла.