Тэя Ласт – Опасный союз. Стать невестой врага (страница 8)
Сглатываю, потому что не этого я ожидала, и чувствую, как паника подступает к горлу.
Всё, к чему я пришла в течение этого дня, так это к мысли, что мне надо любой ценой отсрочить процесс бракосочетания. Потому что если я этого не сделаю, то, боюсь, что он уничтожит меня. И в психологическом, и в физическом смысле.
Только вспоминая его слова, сказанные немного хриплым и вкрадчивым тоном, мне становится не по себе.
– Садись, – слышу резкую команду и подпрыгиваю на месте: – Ты как котёнок, пугливый и не приученный к лотку, да? – вполне серьёзно звучат его слова, и я не понимаю, он спрашивает серьёзно или это шутки в его исполнении.
– Если кошке не нравится жизнь, она не умеет вести себя покорно, – озвучиваю с искусственной улыбкой.
Вижу, как он, садясь за стол, едва заметно прищуривает взгляд, но больше ничего не говорит.
Следую его примеру, хотя бы радуясь, что в эту секунду мне удалось его заткнуть.
Открываю закрытое крышкой блюдо и вижу какой-то салат. Очень аппетитный на вид. Живот тут же подаёт своё согласие, что ему всё тоже нравится, а я аккуратно беру приборы.
– Опаздываешь, Уля, – вдруг слышу голос мужчины, и только сейчас слух концентрируется на звуке каблуков.
Вскидываю глаза, наблюдая, как к Юсупову подходит длинноногая девушка, касается его плеча, проводя ногтями по ткани рубашки, и оставляет поцелуй на его щеке.
– Здравствуй, милый, – томно шепчет она.
Раскрыв рот, наблюдаю за этой картиной, не до конца осознавая, что это значит. Алан переводит глаза на меня, но этот нечитаемый вид, кажется, мне никогда не распознать.
Вижу, как девушка садится посередине стола, как бы оказываясь между нами, и этот спектакль откровенно начинает меня раздражать.
Вопрос в глазах я даже не стараюсь скрыть, поэтому откладываю приборы.
Нет, это шикарно, что у него есть девушка, но тогда для чего это всё?! Зачем вырывать меня из моей жизни?! Зачем пытаться ускорить то, чего никто из нас не хочет?!
– Я – Ульяна, – слышу, как, видимо, незнакомка обращается ко мне.
Не сразу, но всё же перевожу на неё глаза.
На её лице очень похожая на его, по мере снисходительности, улыбка, а я даже не улыбаюсь.
– Так хорошо, – наконец, озвучиваю я: – И как это будет? – перевожу глаза вновь на Юсупова.
– Тебе не обязательно знать подробности, – надменно заявляет он, а я прикрываю глаза.
Есть уже совершенно не хочется, а тихий звук ножа в тарелке, в которой она режет своё мясо, буквально взрывает барабанные перепонки этим противным звуком.
– То есть будет не настоящая жена? И? – всё же решаюсь я уточнить.
– Почему же не настоящая, Лея? – мгновенно он парирует в ответ: – Ещё как настоящая. По всем правилам нашей и вашей семьи. Настоящая принцесса русской мафии, – последнее он говорит так, будто это достопочтенно для меня.
Но я абсолютно ничего не чувствую. Кроме такой злости, какой, кажется, даже и не знала, что во мне может быть.
– Алан, – предпринимаю я попытку, активно жестикулируя, что пытаюсь разобраться: – Я не хочу, у тебя девушка…
– Ещё одно слово, и я оставлю тебя спать в подвале, Лея, – жёстко чеканит он, перебивая меня, а эта Уля пытается скрыть свой смешок.
Смотрю на него, строя догадки, он и вправду способен или это просто игра…
Я боюсь. И полагаю, что всё же он способен на подобное.
Однако молчать в тряпочку и принимать все унижения и подлости я не намерена. Я должна выбраться отсюда, когда-нибудь я придумаю как и когда… Обязательно.
– Не переживай, составим расписание, я не против, – влезает в разговор девушка, заставляя меня даже почувствовать, как кожа собственного лба натянулась от шока.
– Прости? – чуть наклоняюсь я к столу: – А ты главная наложница? Есть другие? – перевожу уже глаза на него, указывая пальцами на них обоих.
– Успокойся, – тут же предостерегающе командует он.
Но мне кажется, что уже поздно. Очень поздно, моё здравомыслие ушло в отпуск, как только я вышла на чёртовы смотрины в доме отца.
– Хорошо, – киваю, сглатывая, но знаю, что не отступлю.
Просто не дам этому извергу такого счастья.
– Если у нас всё настолько открыто, то у меня будет условие.
Многозначительно заявляю, глядя в холодные мрачные глаза и повыше поднимая подбородок.
Глава 11
Вижу, как мужчина хмурится, но выражение лица тем не менее распознать не могу. Просто старательно пытаюсь выдержать эту невидимую схватку.
– Ульяна, ты закончила? – невозмутимо звучит грубый баритон.
Перевожу глаза на девушку, которая в этот момент как раз смакует кусочек мяса. Она растерянно хлопает глазами, но я же вижу, что всё прекрасно понимает.
Видит и считывает.
– Предлагаешь оставить вас, Алан? – тон не ироничный, скорее даже больше подходящий для покорной лани.
Но мне так и хочется кричать «не верю».
– Приказываю, Улечка, приказываю. – отвечает ей мужчина, но его холодные глаза всё ещё направлены чётко в мои.
Девушка кивает и, надо сказать, с достоинством принимает его ответ. Даже не фырчит, не закатывает глаза, а напротив, подходит к нему, проводя по краю ворота его рубашки пальцем, и оставляет поцелуй на щеке.
Отчего-то смотреть на это противно, поэтому я меняю траекторию взгляда и смотрю на стол.
– Итак, – он складывает руки в замок, прикрывая ими свой подбородок, и вопросительно вздёргивает брови: – Сделаем вид, что это твой последний вдох свободы, Лея.
Сглатываю, но пытаюсь вида ему не подать, прямее держу осанку и хочу озвучить свои требования.
– Я продолжу учиться, – начинаю я с малого: – Даже если меня будут возить твои церберы или кто там у тебя есть – хорошо, но учёбу я не брошу. Я не буду сидеть здесь как в заточении, Алан, – озвучиваю, намекая на то, что да, пусть моя жизнь и поменяется, но что-то всё же в ней останется.
Например, любимое кафе с огромными пирожными, от которых я без ума, или торговый центр… Хоть что-то, что останется со мной, будто я обычный человек.
Он снисходительно слушает, не меняя выражения своего лица, а я наконец хочу озвучить последнее из своих условий.
Только отчего-то мне кажется, что мужчина уже всё понял. Не знаю, как я это почувствовала, то ли по едва заметному движению губами, то ли потому что прищур стал сильнее.
– И ещё кое-что… – всё же глухо продолжаю я: – Даниил. Мы можем встречаться с ним где-то, где нас никто не увидит, чтобы не было разговоров, которые не нужны тебе и отцу… Или даже на территории дома, или в его квартире, но мы…
Слышу резкий и противный звук стула по кафелю и вздрагиваю, останавливаясь от своего лепета.
Мужчина поднимается и обходит стол. Вжимаюсь в спинку своего кресла, не зная, что сейчас будет… Может быть, надо было постепенно?
Но тут же другой голос в моей голове заставляет стиснуть зубы и не терять настрой. Я изначально сказала ему, что не согласна с этим театром абсурда. А дальше будет только хуже, так почему я должна, приняв их условия, беспрекословно чтить неизвестного мне то ли бандита, то ли наследника мафии, слепо верить и слушаться?
Он надвигается на меня, словно пантера. Бесшумно, медленно, я бы даже сказала, будто специально играет на нервах, потому что знает, что сильнее, потому что знает, чем меня припугнуть, угрожая отцу и Рите.
Такое ощущение, что от люстры с потолка буквально вниз закручивается какая-то воронка, которая добавляет холодного воздуха в помещение и заставляет тебя испытывать страх, что и ты попадёшь в этот смерч.
Он подходит к моему стулу, а я смотрю прямо перед собой, стараюсь не обращать внимания на то, что сейчас его парфюм отличается от того, что был в моей комнате. Тот я запомнила, потому что несколько часов выветривался древесный и чересчур тяжёлый запах.
Сегодня же он пахнет иначе. Ноткой свежести, не без, я так понимаю, любимого муската.
Когда я уже не жду от него никаких действий, мой стул резко дёргается. Мужчина, схватив его за подлокотники, с тем же скрипучим, раздражающим звуком грубо разворачивает к себе.
Смотрю на него снизу вверх, а он, так и не отпуская ручки, наклоняется ещё ниже ко мне. Он буквально в нескольких сантиметрах.
Слишком близко и страшно.
– Дорогое ты удовольствие, невеста, – с какой-то нечитаемой интонацией басит он: – Но для того, чтобы уравнять нашу сделку, как считаешь, что такого можно запросить взамен, м? – он вскидывает бровь и говорит слишком спокойным и театральным тоном.