Тэя Ласт – Чувства без ответа (страница 4)

Сталью отливает слова для остальных.

Парням уже явно становится не до смеха. Они боятся, может быть, моего брата чуть меньше, а вот Руслана почему-то очень.

– Твою мать, – хваткой на грани с болью тянет меня к реке.

– Руслан, ну что ты делаешь?! – пытаюсь взбрыкнуть: – Отпусти!

– Как напиваться, так ты знаешь, что делать… – как дед старый причитает, а я даже не успеваю сообразить, а мы уже оказываемся в воде.

И в следующую минуту происходит то, чего я никому не посоветую.

Он буквально подсекает мне ноги, чтобы я ушла под воду. Что я благополучно и делаю, камнем тут же иду ко дну. Выныриваю через несколько секунд, широко махая руками, и пытаюсь отдышаться.

– Ты сдурел, Север?! – гневно сверкаю глазами.

Кожа покрывается мурашками от холода воды. А я всё ещё пытаюсь прийти в себя.

Но как только делаю новый вдох, он толкает меня снова в воду. При этом молчит с полным безразличием, и скорее лишь по расходящимся ноздрям я чувствую его раздражение.

– Больной! – взрываюсь я, оказываясь над поверхностью воды, и сплёвываю речную жидкость.

Убираю волосы и подхожу к нему вплотную.

– Ты мне не мамочка! И хватит меня позорить!

Накопительная злость и обида на него готовы вот-вот выйти наружу.

– Ещё один стакан, и я сам тебя утоплю вместо твоих родителей, – цедит, именно цедит, будто я самое ничтожное существо в этом мире.

Отворачиваюсь от него, отплываю от берега.

На смену секундной ярости приходит тотальная боль по всему телу. Одним взглядом он уничтожает. И так по кругу.

За что ненавидит?! Почему так рьяно делает из меня какую-то малолетку?!

По лицу бегут слёзы, смешавшиеся с прохладными каплями воды. Стараюсь дышать, но всхлипы рвутся наружу. Поэтому недолго думая, плыву обратно. Однако вижу глаза, что цербером следят за мной на расстоянии двух метров.

Будто аллигатор, высунув только эту часть из воды, готовится к тому, чтобы наброситься на жертву.

Игнорирую его, пытаясь работать руками быстрее. А когда, наконец, ноги касаются дна, пару секунд пытаюсь прийти в норму.

– Вероника.

– Что?! – и снова эта долбанная надежда в собственных глазах.

И полный игнор того, что он сделал, делает и будет делать.

– Больше не пей.

Глава 4

Надежда тут же рушится в крошки. А обида своими щупальцами продолжает давить.

– Не твоё дело, Север, – бросаю в ответ и двигаюсь к берегу.

Однако в следующее мгновение чувствую, как очередная резкая хватка останавливает, разворачивая к себе.

Прожигает ненавистным взглядом, крылья носа расходятся в стороны, а дышит так, словно бык.

Складываю руки на груди, выхватывая локоть. Вот даже сейчас люблю этого засранца, но злость затмевает все собственные ощущения.

– Ещё вопросы?! – прищуриваюсь.

Смелость совершенно точно от алкоголя, а протест от природы.

Вижу, как он пытается сделать глубокий вдох. В свете солнца эти сероватые глаза вызывают нечто потаённое из недр души. Эта нерушимая уверенность, что они способны подарить целый мир.

– Руслан? – слышу томный голос откуда-то сбоку.

И наш зрительный контакт прерывается, потому что он отводит подарить частичку этого мира другой. Очередной другой, но не мне. Проходится похотливым взглядом, пожирая им тело фигуристой девушки, и приподнимает уголок губ.

Отчаянно стараюсь, стоя рядом, не плакать, но, если честно, хочется.

До безумия хочется вмиг оказаться где-нибудь далеко, в абсолютном одиночестве упиваться своей неразделённой любовью.

Качаю головой, не понимая, почему всё ещё стою здесь и унижаю сама себя. Так происходит тоже часто, когда до меня доходит, что я топчу собственную гордость в угоду тому, чтобы этот парень хотя бы раз во мне девушку увидел.

Ведёт себя всегда так, будто имеет право распоряжаться моей жизнью. Вот и сейчас на глазах у всех опозорил, и ведь даже не понимает, насколько мне неприятно, обидно и больно, а ему плевать.

Просто начхать на любые мои чувства.

– Домой брат довезёт, я ему сказал, – бросает он мне и идёт к пассии, а я не реагирую.

Поеду сама.

Вот прямо сейчас и поеду.

Думала, наивная, влюбится он, когда увидит спустя месяц. Будто годы до этого подействовали.

Какая же я дура!

Двигаюсь к берегу, ругая себя. Я даже привета не удосужилась. Если и заставила немного подождать, можно было бы сделать вид, что моё общество ему не настолько безразлично.

Наверное, самое тяжёлое во всём этом… Это принять и уложить мысль, что он просто-напросто равнодушен.

После того как в семнадцать я совершила один опрометчивый поступок, Руслан, в принципе, не хотел бы находиться со мной в одной комнате, полагаю.

– Всё в порядке? – когда приближаюсь к ним, слышу этот чёртов голос.

Молниеносно киваю в ответ, а он даже бровь вздёргивает.

– А где крики? Топанье ножкой?

Пожимаю плечами.

– Пора бы уже взрослеть, да?

Не останавливаюсь, прохожу мимо.

– В каком смысле?!

Чуть поворачиваю голову, а глаза говорят, мол, не знаю, но Северов вновь за руку хватает, останавливая от движения, и тянет к себе.

– Если взрослеть через секс собралась, тут урою, слышишь? – он цедит это в одно ухо.

А у меня по-идиотски тепло в груди разливается.

– Если только с тобой, Север, – хмыкнув, озвучиваю, и всё же ухожу дальше.

– Вероника. Мы договаривались.

Да, да, Руслан.

Договаривались.

Два года назад, когда я пела тебе о любви, ты договаривался с кем-то другим о приближающемся оргазме. А когда закончил, посчитал, что я несу чушь, и обсмеял с ног до головы.

Хватаю с покрывала вещи и бросаю всем оставшимся: