Тест Тестов – asdadadadad222222222 (страница 4)

– Ну это же она сама себе выбрала, а не мы, так что все вопросы к самой Несс. А что с ней? Тоже головная боль или давление?

– Ни малейшего представления, – Юлия Борисовна положила передо мной светло-жёлтую таблетку и поставила стакан с водой, – ко мне она, во всяком случае, не обращалась. Пей, Морозова, это должно помочь. Да не смотри ты на неё так, это же не цианистый калий!

– Наверняка, – я взяла таблетку и понюхала, – он миндалём пахнет, я в детективе каком-то читала. Или это что-то другое миндалём пахнет?

– Морозова, ты в своём уме? – искренне возмутилась Юлия Борисовна. – Ты всерьёз нюхаешь таблетку, которую я тебе дала, на предмет запаха миндаля или чего-то в этом роде?!

– Ну а что? Знаете, какие-нибудь злодеи прокрались ночью в медкабинет и подменили лекарственные препараты на отраву. Я в каком-то фильме видела что-то такое, только сейчас не вспомню, в каком именно.

– Бред какой, – тряхнула головой доктор, – можешь пить таблетку совершенно спокойно, Морозова. Ключ от кабинета есть только у меня, к тому же он на сигнализации, так что никакие злодеи сюда пробраться не могут.

– Точно? – я подозрительно прищурилась. – Ну хорошо, поверю вам, Юлия Борисовна.

Я выпила таблетку и глубоко вздохнула.

– А можно мне на физкультуру сегодня не ходить, а?

– Вот с этого и надо было начинать, – с облегчением, как мне показалось, вздохнула доктор, – а то плетёшь невесть что. Ладно, Морозова, так и быть, сегодня можешь не ходить, не зря же целый спектакль разыграла. Но только сегодня, ясно?

– Конечно, – я с тяжким вздохом поднялась со стула, – я и так сегодня бегала с утра, а вчера в тренажёрке чуть не померла. У меня соседка, знаете, какая? Физкультурный маньяк, без преувеличения!

– Котлакова? – Юлия Борисовна усмехнулась. – Ну что же, думаю, она сумеет сделать из тебя более или менее жизнеспособную единицу. Очень… Очень целеустремлённая девушка. А теперь иди, Морозова, не нервируй меня.

– А справку для физкультуры?

– Держи, артистка, – доктор взяла из стопки листок, на котором было напечатано несколько строк, поставила сегодняшнюю дату и расписалась.

– Спасибо, Юлия Борисовна! – от души поблагодарила я и, прихватив справку, покинула медицинский пункт.

Друзей я нашла рядом с кабинетом, в котором должен был проходить следующий урок. Они сидели на широком подоконнике и что-то негромко обсуждали. Увидев меня, Дашка с облегчением выдохнула, а Самойлов демонстративно вытер рукавом лоб.

– Ну что? – шёпотом спросил он, когда я устроилась рядом с ними на подоконнике. – Чего звал?

– Это разговор не на пять минут, – так же тихонько ответила я, – но зато я узнала, что Несс в медкабинете нет и не было. Я только что оттуда, и Юлия Борисовна сказала, что Золотницкая к ней за помощью не обращалась. Там во вторую комнатку дверь приоткрыта была, и там кушетка пустая, никого нет.

– Не знаю, как вы, а я совершенно не удивлён, – вздохнул Женька, – посмотрим, что скажет Ника, она ведь тоже собиралась к доктору Каргель наведаться. Но не думаю, что она скажет ей что-то другое.

– Мне дали освобождение от физкультуры, – сообщила я, спрыгивая с подоконника, так как народ начал потихоньку втягиваться в кабинет, – я попробую прогуляться вокруг физкультурного флигеля. Вдруг что замечу?

– Может, не стоит одной? – тут же забеспокоилась Дашка.

– Я обещаю, что никуда лезть не буду, – поклялась я, – просто взгляну, вдруг что почувствую. А потом поговорим, мне надо кое-что вам рассказать.

Глава 3

К немалому моему удивлению, прогулка вокруг физкультурного флигеля оказалась совершенно безрезультатной. С одной стороны, это было хорошо, так как нам бы с уже имеющейся информацией разобраться. А с другой – я подсознательно ждала какой-то подсказки, хотя сама не понимала, какой именно.

Обойдя трижды вокруг здания и не увидев абсолютно ничего интересного, я присела на скамеечке и решила немного понежиться на ласковом сентябрьском солнышке. Кто его знает, сколько ещё нам выпадет солнечных дней до того момента, когда небо затянет облаками, начнётся постоянный нудный дождь и всё вокруг окончательно станет серым и коричневым.

Перебирая в памяти разговор с директором, я старалась понять, как именно он во всей этой истории с амулетом замешан. В том же, что он, так сказать, в теме, не осталось никаких сомнений. Более того, он почему-то хотел, чтобы я это поняла. Но с какой целью? Напугать? Предупредить? Нет, одной мне точно не разобраться, тут нужно думать всем вместе.

Я вспомнила ту жуткую улыбку, которую успела увидеть, уходя, и поёжилась, словно откуда-то на несколько секунд повеяло ледяным ветром. Но это ощущение очень быстро ушло, сменившись ленивым спокойствием.

– Ну что, нашла что-нибудь интересное?

Дашка шлёпнулась на скамейку рядом со мной и тоже, зажмурившись, подставила лицо тёплым лучам.

– Неа, – сейчас, когда я была не одна, а солнышко пригревало так мягко и по-домашнему уютно, мне стало казаться, что все проблемы где-то далеко, – ничего любопытного. Только сухая трава, разноцветные листья и последние цветы.

– Может, оно и неплохо, – подумав, заявила Дарья, – мне пока сюрпризов как-то не очень хочется, если честно. Нам их и без того – выше крыши. Сейчас Женьку дождёмся и обсудим.

Ждать пришлось совсем недолго: Самойлов присоединился к нам буквально через пять минут. Сев между нами, он вытянул длинные ноги, откинулся на спинку скамейки и обнял нас обеих за плечи.

– Почувствуй себя мачо, – заявил он, довольно улыбаясь и подмигивая проходящим мимо парням из второй группы.

– Тебе самолюбие потешить, а мне Гера потом весь мозг выклюет, – проворчала Дашка, – вот не надо было вас слушать и раздавать авансы. Он же как жвачка: прилип и категорически не желает отлипать. Димон – тот нормальный вполне парень, вменяемый. Посмеяться, похохмить, пофлиртовать – это он всегда с радостью. Но при этом берега видит, за что ему, как говорится, большое человеческое спасибо. Кстати, я думала, что Гера – это Герман, а оказалось, что вообще нет.

– Да? Я тоже думала, что Герман, – я удивлённо посмотрела на подругу.

Дело было в том, что на уроках нас называли по фамилиям, а вне стен класса к нему всегда обращались просто Гера или Герыч, кто как. Да и не общались мы так-то с ним… Не было точек соприкосновения, если можно так сказать. Мы держались своей сложившей компанией, а Гера с Димоном в основном тусили со второй группой, присоединяясь к нам только на уроках.

– Фиг тебе, – хихикнула Дашка, – он Герасим, прикинь.

– Как?! – хором воскликнули мы с Женькой.

– Герасим. Он мне по большому секрету рассказал. Ну вот комплексует парень из-за имени, и его, в общем-то, где-то даже можно понять.

– «За что Герасим утопил Муму, я не пойму…» – провыл Самойлов и совершенно невоспитанно хихикнул. – Не повезло чуваку, чего уж. Хотя, если разобраться, нормальное имя, только ассоциации вызывает не те. А что до его к тебе внимания, так ты просто убедись, что Гера самый обычный парень, и спокойно давай ему от ворот поворот. Делов-то…

– Вот ты такой умный, ты и займись, – прошипела Дарья, – ой, нет… только не это!

– Привет, ребята!

К нам целенаправленно двигался Гера, облачённый в спортивные штаны и обтягивающую накачанный торс майку.

– Привет, Дашунь, как сама?

– А что, за прошедшие десять минут что-то могло измениться? – Дашка с явным трудом подавила раздражение и даже улыбнулась поклоннику.

– Ну, мало ли, – он пожал широкими плечами и с сожалением оглядел скамейку, на которой уже не осталось места, – может, кто расстроить успел… Так я тогда разберусь!

– Нет, Гера, всё в порядке, не переживай.

– Ты обещала со мной в кафе посидеть, – напомнил ей парень, – может, сегодня? Я бы за тобой перед ужином зашёл, а?

– Я подумаю, честно, – ответила Дашка, – прикину, что там с домашкой и тогда решу. Ты загляни где-нибудь часиков в шесть, ладно? Тогда и определимся.

– Замётано, – довольно ухмыльнулся Гера и двинулся в сторону жилого корпуса, перебрасывая спортивную сумку из одной руки в другую и слегка поигрывая мускулами.

– Пижон, – фыркнула Дарья, – ну да не о нём речь, верно? Кто начнёт? Лизхен, давай ты?

– Хорошо, – не стала спорить я и рассказала о своём визите к директору, стараясь не упустить ни малейшей детали. Так как историю с моими двумя днями рождения ребята знали, то я сосредоточилась на поведении Оленева. Рассказала и о своих ощущениях, и о мутной тяжести на сердце, и о видении, которое вполне могло быть правдой.

– Хреново, – помолчав, подытожил Самойлов, – если директор как-то в этом всём замешан, а в верности такого предположения сомнений практически уже нет, то нам придётся совсем худо. Может он быть одним из тех, кто охотится за артефактом?

– Вполне, – вздохнув, кивнула Дарья, – ему тут, как говорится, и карты в руки. Помните, тогда он ругал кого-то, кто проник на территорию школы из тумана? Не исключено, что он вообще среди этих охотников за артефактами главный.

– Тогда очень может быть, что Несс просто узнала что-то важное или секретное о нём и пыталась его шантажировать, – неуверенно проговорил Женька, – вполне вероятно, что тогда ночью они как раз об этом и говорили. Но, видимо, у неё не получилось, уж больно вид у нашей блондинки был недовольный.

– Не знаю, – Дашка с сомнением нахмурилась, – если бы она его шантажировала, думаете, он не избавился бы от неё сразу?