Тест Тестов – asdadadadad222222222 (страница 16)

– Спасибо, Марк, – поблагодарила я, – но если я увижу, что Женька ни на кого меня менять не спешит, то сама ему всё расскажу и извинюсь.

– Ну ладно, – он пожал плечами и снова хмыкнул, – дурь несусветная, конечно, ну да ладно. От меня что требуется?

– Ничего особенного, – я надеялась, что Женька за прошедшие минуты успел стащить ключ, – я завтра начну тебе мелкие знаки внимания оказывать, а ты на них откликайся без всяких там «ты чего, Лизхен, с ума сошла?». Договорились?

– Договорились, – Марк протянул мне руку, и я решительно её пожала, скрепляя этот странный временный союз. – Может, поцелуемся ради такого случая, так сказать, в подтверждение намерений?

– Да сейчас! – возмутилась я, а Марк расхохотался, искренне, весело.

– Ох, Лизхен, актриса из тебя вот вообще никакая, – проговорил он, вытирая выступившие слёзы, – не поверит тебе Самойлов, и будет прав.

– Посмотрим, – я решительно тряхнула головой и направилась к двери в комнату, – тогда до завтра, Марк. За завтраком и начнём.

– Как скажешь, дорогая, – парень галантно распахнул передо мной дверь, – это может быть даже забавным. Только вот тут такое дело…

– Что?

– А вдруг тебе понравится, Лизхен? И ты поймёшь, что я лучше твоего Самойлова? Тогда как быть?

– Ну вот тогда и подумаю, – я рассмеялась, хотя в сердце и кольнула ледяная иголка, – а заранее чего переживать, правда?

– Тоже так, – не стал спорить Марк, провожая меня до двери.

Спортивная куртка лежала там же, где и несколько минут назад, но, надеюсь, у Женьки всё получилось.

С Самойловым мы столкнулись в дверях гостиной, и Женька удивлённо спросил:

– Лизхен? Ты ко мне заходила? Извини, я не знал, что ты зайдёшь, – он расстроенно вздохнул и тут же прищурился. – Ты давно здесь?

– Нет, только пришла, – я широко улыбнулась, – тебя не было, но я с Марком поболтала.

– Понятно, – спокойно кивнул Самойлов, – а меня Филипп вызывал, по поводу мероприятия предстоящего. Просил материалы подготовить по обеим гостиным. У вас кто занимается? Степанцова?

– Да, а кто же ещё, – фыркнула я, краем глаза замечая, что дверь в комнату Марка слегка приоткрыта, – можешь со мной пойти, она, по идее, у себя сейчас.

– Давай, – подумав, согласился Женька, – а ты чего хотела-то?

– Да по английскому уточнить, – начала я, выходя вместе с Женькой в коридор, – у нас с Дашкой диалог вроде и получается, но чего-то не хватает. Хотела, чтобы ты послушал…

Об английском мы разговаривали, пока не вошли в нашу гостиную и не ввалились в мою комнату.

– Уф, – выдохнул Женька, падая в кресло, – жесть какая! Вот верите – руки тряслись, сердце останавливалось…

– Верю, – кивнула я, тоже чувствуя, что внутри всё ещё дрожит после разговора с Марком.

– А теперь не томите, рассказывайте, – велела Дашка, которая, судя по всему, переживала больше нас с Самойловым вместе взятых.

Начала я, постаравшись максимально сгладить моменты, касающиеся Женьки, но он, видимо, это понял и заявил:

– Лизхен, я понимаю твоё желание пощадить мои чувства, но мы же знаем, что это игра, так что не заморачивайся и рассказывай как есть.

– Как-то так, – я закончила говорить и выпила целый стакан воды. – Марк или не вампир, или очень опытный вампир и прекрасный артист, потому что я никакой фальши не почувствовала. А теперь ты рассказывай…

Женькин рассказ получился короче моего, так как и действий было меньше. Когда он услышал условный стук и понял, что я пришла, то тут же подкрался к двери и стал прислушиваться. Когда мы с Марком ушли, он быстро добежал до своей двери на террасу, дождался, пока мы выйдем на воздух, вернулся и осторожно открыл дверь в комнату соседа.

– Больше всего я боялся, что Марк вспомнить о чём-нибудь и вернётся в комнату, а тут я, весь из себя такой внезапный, – блестя глазами, рассказывал Самойлов, – нам повезло, что куртка лежала на кресле и не пришлось лезть в шкаф. Дверца могла скрипнуть – и всё, Марк наверняка услышал бы. Ну, я быстро нашарил ключ в кармане куртки и вытащил, стараясь не сдвинуть её с места. Нет, так-то вряд ли, конечно, он помнил с точностью до сантиметра, как она лежала, но мало ли. Потом так же тихо вышел и осторожно закрыл дверь. Добежал до Филиппа, перекинулся с ними двумя словами и бегом обратно. Теперь, ежели вдруг Марк спросит, то Батаев подтвердит, что я к нему приходил.

– Правильно мы сделали, что придумали эту страховку, – сказала Дашка, – почему-то мне кажется, что он обязательно постарается узнать. Вот просто предчувствие у меня такое.

Глава 10

За завтраком я вовсю кокетничала с Марком, который отнёсся к порученной роли чрезвычайно ответственно, на мой взгляд, даже слишком. Он постоянно норовил придвинуться поближе, говорил комплименты на грани приличия и демонстративно игнорировал недовольные взгляды Самойлова и Вяземской.

Мы долго спорили по поводу того, предупреждать ли Стешу, но потом решили этого не делать. Во-первых, они, в отличие от нас с Женькой или Кира и Клео, не были, так сказать, официальной парой. Во-вторых, мы не знали, можем ли полностью доверять Стеше, а если она не будет реагировать на наш с Марком флирт, это будет выглядеть подозрительно. Нам же нужно исходить из того, что за нами наблюдают, причём одновременно несколько сил. Пусть эти самые наблюдатели считают, что мы полностью погружены в проблемы, связанные с романтикой, и не собираемся ничего искать и выяснять, а значит, пока достаточно безобидны.

Но, как оказалось, сюрпризы только начались: после завтрака ко мне совершенно неожиданно подошла Золотницкая. Хотя нельзя сказать, что совсем уж внезапно: в столовой я несколько раз ловила на себе её пристальный взгляд.

– Будь осторожнее, Морозова, – проговорила Несс, глядя куда-то мимо меня, – так-то мне наплевать, но я тебе должна. Тебе, Котлаковой и Самойлову. Ты понимаешь, о чём я. Берегись его.

– Ты о ком, Несс? – я даже слегка растерялась. – Ты о Марке, да?

Золотницкая ничего не ответила, даже не взглянула на меня, только голову к плечу наклонила, словно прислушиваясь к кому-то невидимому, да и пошла себе по коридору в сторону жилого крыла.

– И что это такое сейчас было?

Дашка стояла неподалёку и всё слышала, однако не подходила: мало ли, вдруг Несс передумает откровенничать. Теперь же подруга стояла рядом со мной и точно так же задумчиво смотрела в спину удаляющейся Золотницкой.

– Нас предупредили, – констатировала я очевидное, – только теперь хорошо бы понять, кто, насчёт кого и, главное, зачем. Стало ещё запутаннее, если честно.

– Сегодня постараемся выяснить, с какой целью Марк ходит в медкабинет, и тогда будем планировать дальнейшие действия, – пожала плечами Дашка, – о, к тебе Вяземская. Лизхен, помни, чему я тебя учила. Если что – бей сразу, не дожидайся удара противника. Стеша, конечно, нам подруга, но… сама понимаешь…

К нам действительно шла соседка, и вид у неё был самый решительный.

– Лиза, отойдём на минутку, – с заметной прохладцей в голосе сказала Стеша, – пошепчемся о своём, о девичьем.

«Лиза», не «Лизхен»… Значит, сердится она, да и, в общем-то, если по-честному, с полным на то основанием.

– Ты чего творишь, соседка?

Голубые глаза Стеши метали громы и молнии, светлые брови были сердито нахмурены, да и вся она просто искрилась от возмущения.

– Ничего объяснить мне не хочешь?

– Насчёт чего? – мне нужно было немного протянуть время и дождаться, пока Марк вместе с остальными парнями покинет столовую.

– А то ты не знаешь?! – совершенно искренне возмутилась Стеша.

– Ты насчёт Марка? Так он вроде официально никем не занят? Разве нет?

– Но ты же видела, что он мне нравится, – даже слегка растерялась Стеша, – у тебя же Самойлов есть, зачем тебе ещё и Марк? Или лишь бы у другой отбить? Так вроде не такая ты, Морозова. Или я не понимаю чего?

– Не понимаешь, – ссориться со Стешей не хотелось, да и увидел нас уже тот, кто присматривает, и выводы сделал правильные. Женька ушёл из столовой хмурый, как осенняя туча, Стеша со мной отношения выясняет… Всё именно так, как и должно было быть.

– Так ты объясни, я не дура, пойму, – раздражённо проговорила Стеша, поправляя волосы, и на пальце сверкнуло помолвочное колечко.

– Тебе реально Марк нравится?

Я старалась незаметно оглядеться: вдруг замечу, кто за нами наблюдает. Но столовая уже почти опустела, лишь за одним из преподавательских столов неторопливо беседовали директор и Филипп Батаев. Они передавали друг другу какие-то бумаги и выглядели полностью поглощёнными своими делами.

– И что? Твоё-то какое дело? – в голосе Стеши не было ни капли прежней симпатии, только раздражение и неприязнь.

– Ты не ответила, – я постаралась улыбнуться как можно мягче, давая понять, что настроена на разговор, а не на конфликт. Стеша была кем угодно, но не дурой, поэтому всё поняла правильно и прищурилась.

– Допустим, – проговорила она осторожно.

– Тогда второй вопрос, – я чувствовала себя так, словно шагаю по тонкому льду и могу в любой момент провалиться в ледяную воду. – Ты хотела бы убедиться, что он тоже к тебе по-настоящему расположен, то есть всерьёз, а не просто хиханьки?

Стеша задумалась, а потом на её хорошеньком личике промелькнула тень понимания.

– Так ты это чтобы Самойлова позлить и проверить, что ли?!

– Ну да, – я спокойно пожала плечами, – хочу убедиться, что всё, что он говорил, хотя бы наполовину соответствует действительности. А так-то мне Марк и через порог не нужен, не мой типаж, понимаешь? Просто больше некого, Стеша. Кир только на Клео смотрит, это все знают, Гера вокруг Котлаковой круги нарезает, ему сейчас никто больше не интересен, Димон… ой, нет, так-то он парень ничего, но Женька ни за что не поверил бы, что я им заинтересовалась. А вот Марком…