Тест Тестов – asdadadadad222222222 (страница 12)

– А что мы знаем о том, как определить вампира? – помолчав, спросила подруга. – Я их, если честно, только в «Сумерках» видела. На этом мои познания о мире вампиров заканчиваются.

– У меня не намного лучше, – призналась я, – знаю, что вампиры не любят прямой солнечный свет. Не сгорают на нём, а просто некомфортно себя чувствуют, могут получить ожог. Что ещё? Кровь пьют, но это все знают. Вроде бы видят в темноте, но не поручусь. И ещё они типа быстрее, сильнее и так далее.

– Ну, по сравнению со мной ты просто крупный специалист по вампирам, – уважительно хмыкнула Дарья, – и что из этого подходит Марку?

– А вот в том-то и дело, что ничего, – вздохнула я, – на солнце он совершенно спокойно передвигается, а что капюшон накидывает, так это дело вкуса, поэтому в качестве аргумента вряд ли подходит. Видит ли он в темноте, я представления не имею, вот не интересовалась вообще. На физкультуре он так же, как и все: сейчас нормальной спортивной подготовкой мало кого удивить можно. Тренажёрка и всё такое… Ну и насчёт крови – тут у нас тоже информации ноль.

– Слушай, а он же выходил тогда из медкабинета! Ну, помнишь, ночью! – неожиданно воскликнула Дашка и даже из кресла выбралась, чтобы беспокойно забегать по комнате. – А вдруг там хранятся запасы крови? И он ходит туда ночью восстанавливать силы?

– Слушай, чтобы кровь хранить, нужны особые условия, её же не будешь просто в тумбочке держать, к тому же… – начала я и вдруг вспомнила высокий белый шкаф в кабинете Юлии Борисовны, который вызвал у меня тогда какую-то смутную тревогу.

– Ты что-то вспомнила?

– Знаешь, когда я только приехала, меня отправили на медосмотр или что-то такое, – задумчиво проговорила я, – сейчас уже не вспомню в подробностях, но точно была одна странность. Мне там было как-то не очень уютно, но тревога странным образом усиливалась, стоило мне взглянуть на высокий белый шкаф. Он стоял в самом углу и, судя по мигающей зелёной лампочке, это был не то холодильник, не то бокс для хранения чего-то другого, но явно скоропортящегося. Как только я смотрела на него, ощущение опасности накатывало с новой силой, но стоило отвести взгляд и посмотреть в сторону, как беспокойство не уходило полностью, но становилось гораздо слабее.

– Может, это как раз и было хранилище для крови?

Карие глаза Дашки стали совсем круглыми, но в её словах было рациональное зерно. Более того, я чувствовала, что подруга права, и с этим белым шкафом связано что-то важное.

– Значит, получается, что у Марка есть ключ, чтобы он по ночам мог ходить туда и подкрепляться хранящейся в шкафу кровью. А Юлия Борисовна – его сообщница, потому как откуда бы ещё блондин мог взять ключ. Нам нужно убедиться, что наши догадки верны!

– И как ты собираешься это сделать?

Я в принципе была согласна с Дарьей, но пока абсолютно не представляла себе, каким образом мы можем пробраться в кабинет Юлии Борисовны и посмотреть, что она прячет в шкафу.

– Нужно советоваться с Женькой, – решительно заявила подруга, – у него мозги как-то так устроены, что он может придумать относительно законный способ проникновения в медкабинет, я не сомневаюсь.

– Сейчас пойдём?

– Нет, попозже, – подумав, определилась Дашка, – слушай, а ведь раз Золотницкая от него шарахнулась, значит, он не планировал её возвращение? Если бы мы не сунулись туда, то никто и никогда её не нашёл бы и не вытащил бы в этот мир. Почему-то мне кажется, что сама она не смогла бы выбраться оттуда. Значит, если нас и подтолкнули, то это был не Марк, это совершенно не в его интересах.

– К Женьке, – подумав, кивнула я и первой направилась к двери, – нам нужны его рациональные мозги.

Выйдя в гостиную, я молча остановила Дашку и на цыпочках прокралась к двери Стеши. Прислушалась, чуть ли не приложив ухо, но из комнаты соседки донёсся лишь негромкий спокойный разговор. Разобрать слова было невозможно, а совсем уж откровенно подслушивать я не стала. Главное, что Стеф в порядке, а то как-то доверия у меня к Марку практически не осталось.

Зато в гостиной мальчишек нам повезло гораздо меньше: в кухонной зоне возился с чайником Гера. Перед ним стояла чашка, из которой выглядывал хвостик чайного пакетика, и тарелка с крекерами. Увидев нас он сначала удивился, но тут же просиял гостеприимной улыбкой.

– Какие люди! Девчонки, вы к кому? Надеюсь, ко мне?

Тут он игриво подмигнул Дашке, которая через силу ему улыбнулась.

– Нет, Гера, – я решила, что лучше мне говорить, а то от Дарьи он так быстро не отстанет, – мы к Самойлову, у нас вопрос по английскому.

И я продемонстрировала разочарованному парню тот самый англо-русский словарь, с которым Дашка открыла мне дверь. Зачем я прихватила его с собой, я и сама не знала: а вот надо же, пригодился.

– А может, я помогу? – тут же предложил он свою помощь. – У меня с английским тоже неплохо, между прочим.

– Ну да, – фыркнула Дашка, – в этом мы все на вчерашнем уроке могли убедиться!

Гера смутился, но ненадолго: я уже поняла, что с самомнением у Дашкиного поклонника всё было в порядке.

– Это мне просто тема неудачная досталась, – пожаловался он, – а было бы что-нибудь другое, я запросто рассказал бы. А про театр – ну откуда мне про него чего знать? Я в него что, хожу, что ли?

– Ладно, Гера, нормально всё, я пошутила просто, – успокоила приятеля Дарья, – так-то я просто с Лизхен за компанию иду, а то про них с Самойловым уже только ленивый не сплетничает. А так я как эта… как там её… дуэнья, вот!

– Следишь за нравственностью? – хмыкнул Гера, как ни странно, знавший, кто такая дуэнья. Может, он тоже не тот, кем кажется? А может, ему просто удобно выглядеть недалёким качком – с такого спрос меньше. Во всяком случае, за те две недели, что Дашка с ним общалась, она не смогла заметить ничего подозрительного, как ни присматривалась.

– А что делать? Долг подруги обязывает, – театрально вздохнула Дарья. – Так что пришла… бдить.

– Ну давай, бди, – хохотнул Гера и уточнил, – а про кафе со мной помнишь? Пусть о нашей нравственности тоже начнут сплетничать, а? Я вот, к примеру, был бы совершенно не против.

От необходимости ответить что-то конкретное Дашку избавил Самойлов, открывший дверь и удивлённо нас рассматривающий. Как-то сложилось так, что мы общались или где-то на нейтральной территории, или у меня, реже – у Дашки. А тут мы обе заявились к нему – есть, от чего насторожиться.

– Мы к тебе, – торопливо сообщила Дарья, чуть ли не вталкивая Женьку в комнату, – Гера, давай встретимся в кафе около половины седьмого, хорошо?

– Отлично, – он довольно кивнул, – правильно говорят, что упорство – лучшее средство при завоевании девушки.

– Мысль смелая, хотя и спорная, – успел сказать Самойлов прежде чем мы закрыли дверь. – Девчонки, чего случилось-то? Вас пыталась покусать Золотницкая?

– Не смешно, между прочим, – очень серьёзно проговорила Дашка, и друг откровенно смутился, – мы пришли советоваться, Жень. Сегодня к Лизхен прицепился Марк…

Я ещё раз во всех подробностях пересказала свой разговор с Марком, его беседу со Стешей и под конец изложила наши с Дашкой соображения по поводу его вампирской природы и хранящейся в медкабинете крови.

Женька внимательно нас выслушал и даже не подумал иронизировать или опровергать наши не слишком логичные умозаключения. Наоборот, достаточно часто кивал: видимо, наши догадки каким-то образом совпадали с его предположениями.

Наконец я выдохлась и выжидательно уставилась на Самойлова. Он какое-то время сосредоточенно молчал, потом несколько раз тяжело вздохнул и выдал:

– Согласен, нужно каким-то образом проникнуть в медицинский кабинет и попробовать узнать, что находится в шкафу. Если там действительно кровь, то это будет более чем серьёзным аргументом в пользу того, что Марк – вампир, как бы дико это ни звучало. Осталось понять, как это можно провернуть и при этом не спалиться.

– Насколько я знаю, дубликаты всех ключей есть у Виктории, но она держит их в сейфе и уж точно нам не даст, – начала рассуждать вслух Дарья, – с Юлией Борисовной договариваться тоже бессмысленно, особенно если учесть, что она, скорее всего, в курсе того, кем является Марк. Я исхожу из того, что наши предположения верны…

– А через окно?

– Думаю, там стоят решётки, – тут же отмёл мою идею Женька, – у меня вариант только один, хотя и его я бы простым точно не назвал.

– Излагай, – мы с Дашкой переглянулись и дружно уставились на друга и, не побоюсь этого слова, сообщника.

– Единственный ключ, который мы можем спереть – это тот, что хранится у Марка, – сказал Самойлов решительно, – потому как те, что у Виктории и Юлии Борисовны, нам абсолютно точно не светят. А Марк, я надеюсь, не так уж пристально этот вопрос контролирует по одной простой причине: он не в курсе, что кто-то знает о наличии у него ключа. Остался пустяк – придумать, как это сделать. Не знаю, как у вас, а у меня в таком деле опыта ноль.

– Нужно проследить за ним, когда он снова пойдёт за кровью, – Дашка подалась вперёд, её карие глаза горели охотничьим азартом, – посмотреть, куда он положит ключ, а потом отвлечь его так, чтобы он вышел из своей комнаты. И, пока кто-то из нас будет заговаривать ему зубы, другой быстренько зайдёт в комнату и стащит ключ. А потом можно будет его подбросить обратно или ещё что-нибудь придумать.