Тессония Одетт – Проклятие короля-оборотня (страница 7)
Тряхнув головой, прогоняю воспоминания и начинаю перебирать кучу.
– Они все отцу, – сообщает со вздохом Нина.
И она права. Я почти добралась до конца, и все они…
Тут сердце уходит в пятки. На последнем конверте нацарапано мое имя. Мое! Трясущимися пальцами раздираю бумагу и вытаскиваю письмо. Читаю его один раз. Второй. А затем и в третий.
– Что там? – спрашивает Нина, насупившись.
Наконец-то. Мои надежды не оказались напрасными. И пускай гарантий никаких нет, но это первый шаг. Первая ступень к свободе. Возможность стать тем человеком, которым мне хочется быть. Собой. Оставленной в покое. Свободной.
Я смотрю прямо в глаза своей сестре, а на мои тем временем накатывают слезы.
– Меня пригласили на собеседование!
Глава V
– На собеседование! – вторит Нина, и приходится на нее шикнуть. Она переходит на шепот и зыркает в сторону двери, через которую отец вышел всего несколько мгновений назад. – То есть на работу?
– Ну конечно, – шепчу я в ответ с дрожью в голосе. И стараюсь сдержать невероятно сильное, растекающееся по конечностям возбуждение, ведь иначе рискую упасть в обморок.
Сьюзан, единственная горничная, на чью рассудительность я могу положиться, тоже понижает голос и подходит ближе.
– Хотите, чтобы я отправила ответ?
– Да, и сразу, – говорю я и, шурша юбкой, тороплюсь к столу. Спешно хватаю лист бумаги и ручку и вывожу буквы, подтверждая согласие пройти собеседование.
Нина заглядывает мне через плечо и читает письмо.
– Оно же завтра, – удивляется она. – Слишком быстро.
– Слава святым высям, – бормочу я. Внизу подписываюсь своим именем и, вряд ли давая высохнуть чернилам, убираю лист в конверт, после чего на передней его части копирую адрес отправителя. Тридцать третий дом по Уайтспрус Лэйн.
– Но… это же на Уайтспрус Лэйн! Еще и на должность домоправительницы? Да там дома хотя бы есть?
– Вот и выясню. – Запечатываю конверт и передаю его Сьюзан: – Проследи, чтобы отправили немедленно. И… сама знаешь.
– Быть осторожной, – подтверждает она, кивая.
Стоит горничной выйти за дверь, как Нина принимается, нахмурившись, кружить вокруг меня, в то время как с моего лица не сходит улыбка.
– Это было импульсивно даже по твоим меркам. – Из-за тона ее голоса ощущение триумфа слегка приглушается.
– Что, прости? – Я скрещиваю руки на груди и поджимаю губы. – Ты в курсе, что я искала работу со дня нашего переезда. Наконец меня пригласили на собеседование, и ты принимаешь мое согласие… за импульсивность?
– В обратном адресе даже не указано имя! Ты хоть помнишь вакансию, на которую откликалась? С кем встречаешься? Прежде чем соглашаться, нужно было узнать чуть больше.
Я прикусываю губу, понимая, к чему она клонит.
– Полагаю, я и правда немного поспешила, – признаю я, развожу руки, но голову держу по-прежнему высоко. – Однако сейчас уже поздно.
– Джемма, – хрипло выдавливает она, не скрывая раздражения. – Лучше надейся, что тебя не пытаются надурить. Если тебе предлагают должность домоправительницы, дом должен принадлежать кому-то важному. А ты прибудешь без всяких знаний о том, на кого собираешься работать.
Пожимая плечами, я усаживаюсь на стул, поднимаю «Гувернантку и графа» и притворяюсь, будто увлеклась книгой.
– Вероятно, так хочет мой потенциальный наниматель.
– Нет. – Нина останавливается передо мной и качает головой. – Так не бывает. Нужно отыскать больше информации. Уверена, кто-нибудь знает, кто живет на Уайтспрус Лэйн. – Вдруг она резко втягивает воздух и тем самым привлекает мое внимание. – Можно спросить у миссис Астон! Она знает все городские сплетни.
– Нет, – отклоняю я ее предложение и захлопываю книгу. От мысли, что придется о чем-то спросить миссис Астон, тем более о последних сплетнях, закипает кровь. – Никому нельзя ничего говорить. Вдруг отец узнает и остановит меня.
– Но Джемма… – Еще раз громко вздохнув, Нина чуть пятится и шире распахивает глаза. – Стой. Уайтспрус Лэйн. Миссис Астон только сегодня говорила, что там видели волков!
– Нина. – Я закатываю глаза. – Она это сказала, потому что хотела поделиться сплетнями о мисс Уезерсби, но при этом сохранить лицо.
– Но это может быть правда. Уайтспрус заходит на территорию леса, а волки бывают довольно опасными.
– Волки не нападают ради забавы, – возражаю я. – Я слышала, что земли Фейривэя считаются плодородными и урожайными. Если здесь и водятся волки, то это не изголодавшиеся бешеные чудовища. Ну заметили парочку неподалеку, наверняка те просто шли по своим делам.
По всей видимости, это Нину не успокаивает.
– Но они могли быть волками-фейри. – И слово «фейри» она шепчет так, словно это проклятие.
Я гляжу ей прямо в глаза:
– Ты, как и я, знаешь, что фейри за нападение на людей жестоко карают.
– Да почему ты не боишься? – От возмущения она аж притоптывает. – Мы почти ничего не знаем ни об острове, ни о созданиях, которые им управляют.
Откровенно говоря, под моим воодушевлением и облегчением все же кроется толика страха. Мы всю нашу жизнь считали фейри мифическими созданиями. И только перебравшись в Бреттон, находящийся от Фейривэя на расстоянии всего одного канала, мы выяснили, что остров существует на самом деле, как и гласят легенды. Причем многие легенды нагоняли жути, описывали жестокие войны, ужасных чудовищ и смертельные сделки. Но затесалось среди них несколько историй, в которые отчего-то поверить было проще. Например, о войнах между людьми и фейри. Первая закончилась давным-давно, а вот вторая примерно двадцать лет назад – тогда фейри защитили людей от вооруженных сил Бреттона. В итоге Фейривэй добился независимости от материка и окружил свои территории магическим полем.
Так что да, признаю, я немного боюсь. Однако понимаю разницу между реальностью и фантазией. И пускай опыта общения с фейри у меня недостаточно, мне охотнее верится в то, что это раса людей, что положила конец несправедливой войне, чем чудовища, обожающие по ночам похищать младенцев.
Кроме того, в итоге решительность оказывается сильнее страха. Именно она вынуждает меня выбираться за книгами, хотя я предпочитаю оставаться за запертыми дверями. Это она помогает тайком от отца отправлять отклики на вакансии, хотя я знаю, как он будет недоволен. И это она завтра станет моим компаньоном на пути к свободе.
Вероятно, Нина замечает мою непоколебимость и складывает руки в молитвенном жесте.
– По крайней мере возьми сопровождающего.
– Вызываешься добровольцем?
– Конечно нет! – бледнеет она. – Я-то как раз не сумасшедшая.
Я открываю рот, шутливо изображая ошеломление.
– Ты предпочтешь отправить старшую сестру на встречу с роком, а не составить ей компанию?
Она закатывает глаза.
– Возьми хотя бы Сьюзан.
– Ладно. – Я вздыхаю, знаменуя поражение. – Возьму Сьюзан.
– Хорошо, – кивает Нина удовлетворенно. – И, если тебя загрызут волки, она сможет сказать, где искать тело.
Я предпринимаю попытку грозно на нее зыркнуть, но разражаюсь хохотом, и Нина усаживается обратно в кресло. Мы погружаемся в тишину, и я снова беру в руки книгу. Только, насколько бы сильно мне ни хотелось читать, разум заполняют мысли, полные мечтаний и перспектив.
Завтра в это же время у меня наверняка будет работа. Святые выси, пускай так и случится.
Я солгала, сказав, что возьму с собой Сьюзан. Возможно, я ей и доверяю, но у всего есть свой предел. Сомневаюсь, что горничная готова воспротивиться воле моего отца настолько, чтобы сопроводить меня в лес на собеседование. К счастью, когда мой обман вскроется, я уже буду дома, в безопасности, и надеюсь, что с новостями о грандиозном успехе. Нина и отец успели разбрестись кто куда: она отправилась на чаепитие с семьей жениха, а отец, вероятнее всего, где-то занимается делами. И вряд ли вернется в ближайшее время. Вот только это значит, что кареты у дома нет, а воспользоваться услугами стороннего водителя я не посмею. Даже на семейного водителя полагаться достаточно рискованно, так что лучше всего пройтись пешком.
И когда я говорю «лучше всего», то имею в виду «кто подкинул мне эту мысль». Под подошвой сапог хрустит снег, из-за которого вскоре промокают подолы юбки и пальто. Я надела самое скромное и строгое платье из серого атласа с изображениями черных роз, а корсет обтянут кружевом цвета слоновой кости, которое скрывает шею до подбородка. Надеюсь, я правильно подобрала наряд. До сих пор не верится, что мне предстоит пройти собеседование на позицию домоправительницы. Мне кажется, именно ею я и была, когда вела наши дела, управляя домом, слугами и распоряжаясь финансами. Однако я занималась скромным по габаритам жилищем в Бреттоне. Чего ждать в тридцать третьем доме по Уайтспрус Лэйн, понятия не имею.
Добираюсь до окраины города и радуюсь тому, что вдали от рыночной площади встречается так мало людей. Здесь домов намного меньше и практически отсутствуют пешеходы, из-за чего на краткий миг становится жаль, что отец выбрал жилье в паре кварталов от городской суеты, а не в этом районе. Однако, живи мы так далеко, до книжной лавки приходилось бы идти через весь город, натыкаясь на куда большее количество горожан…
Меня пробирает легкая дрожь.
Следом возникает отрезвляющая мысль. Если я получу работу, то где буду жить? Сразу ли отец выгонит меня из дома? Может, к должности прилагается проживание и пропитание? А есть ли в Верноне варианты, которые может себе позволить одинокая женщина?